приковыляла, когда я уже… эм… занималась делами, — Фиона только пожала плечами.
Через пару минут пустышку ликвидировали. Девушка, кстати, была довольно опрятной. Если посмотреть на неё со спины, и не поймёшь, что она заражённая. Не успела ещё отведать человечины, относительно чистая была.
— Слушай, — Фиона с интересом осмотрела труп. — Если она приползла сюда своим черепашьим шагом, значит, где-то поблизости есть лагерь. А если есть лагерь…
— Значит, там есть еда и шмотки… — мечтательно подхватила Веда.
— …и снаряга какая-никакая. Отлично! Сейчас перекусим и погнали!
На дорожку пожевали хлебцев, запили немного живчиком. Затем Фиона решила найти следы девушки.
Веде всегда казалось чем-то волшебным, когда люди могли читать следы. Там, где она перед собой видела лишь бескрайний лес, пожухлую растительность, покрывающий камни мох да осыпавшиеся иголочки и листья, другой человек замечал целый чужой маршрут, вычерченный скупым, но красноречивым языком примятой травы и сломанных прутиков. Взять ту же Фиону: вот она, ни на миг не задумываясь, живо взяла след недавней гостьи, как открытую книгу прочитала. Веда на примере подруги тоже присмотрелась повнимательнее, и спустя несколько секунд непрерывного вглядывания в мешанину из лесного сора тоже заметила характерный вдавленный овал с размытыми краями, след от подошвы кроссовки той самой красной шапочки.
Квази, помимо отпечатков, обратила внимание на поломанные с одной стороны ветки, да и в нескольких местах подлесок оказался примят в одном направлении, причём линия движения шла из северо-западной части леса, по пологому хребту, постепенно спускаясь с пригорка в их низину. Примерно в трёхстах метрах от места их ночлега Фиона заметила и более явные признаки присутствия человека: мелкий мусор в виде пустой пачки от орешков со вкусом бекона, полуторалитровую бутылку из-под воды. Пластик успел покрыться капельками конденсата изнутри, значит, выбросили её совсем недавно, а рядом обнаружился ещё один след, но уже от мужского ботинка покрупнее и с более чётким протектором.
— Смотри-ка, — пробормотала она, приседая на корточки, чтобы не сбить ногой хрупкую картину. — Тут ещё кто-то ходил, причём совсем недавно. Похоже, следы тянутся оттуда, со стороны оврага.
Фиона махнула Веде рукой, указывая на едва заметные цепочки отпечатков, что вились между стволами деревьев и терялись в палой листве.
— Вот ещё…
С одной стороны, круто, что следы отыскались так быстро, не пришлось плутать по лесу полдня. Но с другой стороны, Веде это совершенно не понравилось, потому как в душе разворачивалось нехорошее предчувствие. Не поймите неправильно, она не питала ни малейших иллюзий насчёт того, будто та девушка могла бродить здесь одна, ведь кому вообще в здравом уме придёт в голову тащиться в глухой лес в одиночестве, без сопровождения? Нет, в одиночку сюда явно не ходили, но Веда хотя бы надеялась, что их было немного — трое человек, максимум четверо, ибо как больше уже означало серьёзные неприятности, с которыми вдвоём особо не повоюешь… Наверное… Тут вся надежда была бы на Фиону.
Через час измотанные и порядком проголодавшиеся девушки наконец наткнулись на лагерь. На небольшой поляне, окружённой с трёх сторон чахлым ельником и молодыми соснами, стояли четыре палатки, образуя кривоватый квадрат вокруг давно потухшего кострища с седым налётом золы. Но это был не просто лагерь… это оказалась сцена настоящей бойни. Кровь забрызгала все палатки без исключения: одна из них оказалась заляпана алыми потеками до самого верха, из другой наружу торчала женская, судя по размеру кроссовки, покусанная нога. Да и по всей поляне в хаотичном беспорядке были раскиданы вещи: вывернутые спальные мешки с вылезшим синтепоном, чугунная сковорода с пригоревшими остатками неизвестно чего, одежда, пара туристических ножей и россыпь вскрытых, пустых консервных банок, бутылки.
Из третьей палатки доносились сдавленные ритмичные звуки глухих ударов и раздражённое горловое урчание, а брезентовая ткань мелко и часто трепетала. Внутри кто-то метался, не находя выхода для своей безумной энергии. Фиона бесшумно достала стрижа, жестом приказала Веде держаться за спиной и, подойдя вплотную, аккуратно потянула за молнию.
В следующую секунду из палатки, словно пробка из шампанского, вывалился молодой парень по пояс голый, в одних грязных трениках, съехавших на бедра. Его чудовищно раздутый живот выглядел так, будто бедолага находился на девятом месяце беременности, а натянутая до блеска кожа на боках покрылась синюшной сеткой лопнувших растяжек. Лицо его искажало животное безумие, расширенные зрачки почти не оставили видимой радужки, а изо рта тянулись нити вязкой густой и кровавой слюны. Он не успел ничего сообразить, потому как Фиона, не теряя ни доли секунды, схватила его за голову, прижала лицом к земле и хладнокровно всадила лезвие в затылочную ямку, куда уходит ствол мозга. Его тело мгновенно успокоилось.
Внутри палатки открылось поистине адовое месиво: залитые кровью пол, спальник и стенки, усеянные мелкими ошмётками плоти, плюс изрядно изувеченное тело с несколькими обглоданными дочиста костями. Парниша успел плотно перекусить кем-то из своих же товарищей. Тело было сильно травмировано и определить пол его еды, не представлялось возможным.
Фиона выпрямилась во весь рост, и её глаза мгновенно метнулись в сторону леса, за спину Веды.
— Сзади! — прорычала она.
Веда не стала даже проверять, кто именно там сзади, её тело, к счастью для неё, сработало быстрее головы. Она резко метнулась вбок, падая на землю и перекатываясь через плечо, больно ударившись ключицей о торчащий корень. Она зашипела от боли и обернулась: в том месте, где она только что стояла, приземлилась залитая с ног до головы чужой кровью шатенка в белой майке-алкашке, превратившейся в грязно-бурое тряпьё, и синих лосинах, насквозь промокших в паху и на коленях.
Пустышка грохнулась на колени, едва не сломав себе чашечки, но тут же, унюхав живое свежее тёплое дышащее мясо, с пугающей прытью начала ползти к Веде, судорожно вытягивая перед собой дрожащие от напряжения руки с обломанными ногтями. Вот это была уже не та медлительная и неуклюжая тварь, что утром возилась в еловых ветках. Нет, эта оказалась звездец какой активной… скорее джампер, переходящий в стадию бегуна. Но где она надыбала столько еды? Чтобы перейти из одной стадии в другую нужно было схарчить минимум с пяток человек, ну и плюс время на трансформацию. Неужели кэмперов было так много? Или неподалёку ещё кто-то развернул лагерь? Фиона подоспела вовремя и с размаху ударила пустышку ногой по локтю. Раздался отвратительный сочный хруст ломающейся кости, и рука твари сложилась под противоестественным углом в другую сторону. Вторым ударом квази перебила и вторую конечность, после чего одним точным ударом ножа в
