хотя оно уже перестало быть обычным.
Каждое разумное существо рядом — будь то дрищ, человек, или не совсем человек, если речь шла о Цзяне иди ведьмах из подразделения М — создавало искажение пространства. Я мог эти искажения чувствовать, воспринимать как набор впадин и выпуклостей.
— У каждого свой образ, и с ним можно работать всю жизнь, — говорила Гита. — Отлично, ты поймал свой.
— Только не цепляйся за него, поскольку этот образ ложен, как и все остальное, — мурлыкала Лана, и нежный голосок ее диссонировал с содержанием слов.
Дрищи перестали беспокоиться, они миновали то место, где лежали мы, и свернули на юг, вдоль границы скал. Когда они исчезли из виду, меня отпустило, я потерял все необычные ощущения, вернулся к обычным мыслям и эмоциям.
— Что… это… было? — язык мой и губы были сухими, будто тоже состояли из песка.
— Когда-нибудь поймешь, — буркнула Лана и отодвинулась.
— Ты молодец, — Гита поцеловала меня в щеку.
Они продолжалиизображать доброго и злого инструктора, продолжали беспощадную игру, где я был лишь пешкой. Может стоило не отвергать предложение Ингвара или еще раз переговорить с Цзянем, попросить его о помощи, рассказать, что за безумие пытается овладеть мной?
Может быть, сектанты-каннибалы тоже умеют справляться с подобным?
— Бегом! Вперед! Отстаем от графика! — напомнил о себе взводный, и мы повскакали на ноги.
Вскоре стало ясно, что до поселения недалеко — стали попадаться ямы-выработки, кучи пустой породы, брошенные наполовину механизмы, наполовину живые существа, похожие на клубки перекати поля. Над горизонтом встало слабое лазоревое сияние, рассеченное темными линиями дымных столбов.
Мы знали, что это селение больше разгромленного в прошлый раз, что тут обитает более тысячи дрищей. Благодаря разведке с дронов имели представление о характере местности — тут тоже была котловина, прижавшаяся к скальному массиву, и нее вели несколько разломов.
Все они охранялись, но не очень сильно, обитатели пустыни явно рассчитывали на ходящие по окрестностям патрули.
— Разворачиваемся, — сказал Цзянь, и с сомнением во взоре оглянулся на нашу троицу.
План атаки сверстали без учета того, что с нами отправятся две гражданских барышни, и в этом плане я был активным участником, а не пассивным «охранником» в тылу.
— За нас не волнуйся, котик, — сказала Лана. — Мы можем за себя постоять. Увидишь.
— Серов, ты в резерве, — сказал Цзянь. — Кто их сторожить будет? Конфуций?
Группы ушли в разные стороны, скрылись в ночи — одна должна пошуметь около скал, привлечь внимание, другая прорвется через одну из расщелин, третьей предстоит вести огонь с края котловины. Мы втроем плюс командир и Хамид с рацией остались на месте, залегли между трех валунов размером с легковушку каждый.
— На рубеже, — доложил Ричардсон, и я не выдержал, заскрипел зубами.
Я должен быть там, с парнями, делать то, за что мне платят, а не отсиживаться за чужими спинами!
— На месте, — тут же влез Джи.
— Мамой клянусь, готовы, — не подвел Карло.
Цзянь сидел перед большой рацией, маленькую, ближнего радиуса действия, ондержал в руке, Хамид прохаживался кругами, изображая боевое охранение. Я приглядывал за тылом, а Лана и Гита шептались за моей спиной, так что доносились только обрывки фраз:
— … тоже чувствуешь?..
— … надо сказать…
— Тоже урок, и…
— … вступим…
Какой очередной урок готовили мне эти «ведьмы»? Интересно, что так называл их не только Цзянь, но и доктор Чжан, оба китайцы.
— Начали, — приказал взводный.
Вдалеке грохнул выстрел, с другого направления, от скальной стены, прикатила очередь. И тут же я ощутил — что-то идет не так, чувство оказалось таким острым, что я даже задохнулся и споткнулся.
Несколько минут перестрелки, и группа Джи начала плановый отход, вытягивая дрищей на себя.
— Их очень мало, — доложил тамил. — Всего с десяток! Все…
Его голос пропал, затерялся в шипении, и многоголосый грохот возвестил, что в ход пошли живые минометы. В небе над городом промелькнула крылатая тень, вторая, тьму разорвали несколько ярких вспышек.
— Воздух! Воздух, львиная кишка!! — это был Ричардсон, и в голосе его звучали удивление и растерянность.
Да, сюрприз — у дрищей теперь есть если не ВВС, то хотя бы дроны.
Командир первого отделения молчал, хотя там, где оно находилось, шел интенсивный бой, рвались гранаты и пустели магазины. Все шло совсем не так, как в прошлый раз, не так, как планировалось, и судя по всему, нас тут ждали, были готовы к нападению, готовы встретить не хлебом-солью, а смертью-болью.
— Джимох ранен! — прорезался из эфира голос Карло.
Мне в грудь словно толкнуло холодным ветром, ушей коснулся шорох сыплющегося песка. Они поднялись над камнями, три стройные, еле заметные фигуры, и тут же пропали, чтобы появиться вновь, уже в стороне.
Но я знал, что они там, идут к нам, нацелены на нас.
— Тревога! — воскликнул я.
Палки в руках дрищей родили огонь, но за миг до этого я уже лежал, упершись локтями в камни. Моя очередь прошла слишком высоко, но и они не попали, от одного из валунов полетели осколки.
— Залегли!! — рявкнул Цзянь, и я понял, что команда относится к барышням из подразделения М.
Они продолжали стоять, как ни в чем не бывало, даже на корточки не присели.
— Не волнуйся, котик, — сказала Лана. — Они не причинят мне вреда. Вот, смотри.
И она пошла в обход меня, к выходу из круга камней.
— Стой, безумная женщина! — рявкнул Хамид, но на него и вовсе никто не обратил внимания.
Лана шагала от бедра, словно по подиуму, и ухитрялась выглядеть сексуально в бронике и каске. Дрищи продолжали стрелять, но как-то вяло и растерянно, почему-то никак не могли поймать ее в прицел.
— Смотри, воспринимай, пытайся понять, — сказала Гита позади меня, и не оставалось сомнений, кому предназначались ее слова.
Я слышал шорох песка, мог различить в нем оттенки, говорящие, что сыплется несколько струек. Но вот видеть их не мог, как и ощущать искажения пространства, создаваемые другими живыми существами… мешало насилие, разлитое вокруг, густое, клокочущее, ревущее.
А затем Лана вскинула правую руку.
Видимо под влиянием фильмов про джедаев я ждал, что дрищей разбросает в стороны, но произошло нечто иное. Они вскочили одновременно, и принялись стрелять друг в друга — вспышка, вспышка, еще одна, летят в стороны клочья
