извилины.
Поэтому к вечеру все так вымотались, что даже безжалостный старый пират вынужден был дать им немного отдыха.
— Пожрать, помыться и оправиться. И через час быть на стартовой линии. Кто опоздает, того сразу зачтем в «убитого».
— Деда, может, наоборот? Сначала помыться, а потом пожрать? — пытался шутить Денька.
— Ну ты, как знаешь, а я сначала пожрать. Корову бы съел, вместе с кожей да костями, — ответил тому Коля.
Тем не менее, через час все были снова на площадке, заметно отдохнувшие и повеселевшие. Вахрамеевская закалка и порода быстро восстанавливали молодые, полные энергии и боевого задора организмы.
К тренировке в этот раз приступили уже без деда.
— Март, на объекте ты ведешь группу, так что, давай, включайся по полной. Проявляй инициативу.
— Принял, — ответил тот, думая, что все ясно и группа без учителя прекрасно справится с задачей.
Но все пошло сразу не так, как он себе вообразил. Ошибки проявлялись на ровном месте. И каждый раз всплывало что-то новенькое. Казалось бы, прошли этап без проблем, а в следующий раз ровно на этом месте все начинало сыпаться.
Но старый оружейник не стал сидеть с ними, наблюдая через систему за действиями бойцов, не вмешивался, давая им самим набить нужное число шишек. Сам он большую часть времени теперь проводил в своей мастерской, расположенной в пристройке к жилым блокам, что-то секретное там делая, появляясь на площадке весь в машинном масле только для очередного разноса. И так продолжалось до глубокой ночи, пока группа окончательно не рассорилась, кипя нервами.
— Все, на сегодня харе, а то еще поубиваете друг друга, — скомандовал Каллистрат отбой. — Объявляю отдых. А завтра, со свежими головами, разберем, что вы делали не так.
К утру вторых суток, проспав часов шесть, отдохнув, группа в первую очередь устроила мозговой штурм. На этот раз его вел Мартемьян, дед только иногда вставлял несколько слов. Братья также перестали триггерить, больше не возражая и не переча старшему, а внося разумные предложения.
— Вот, другое дело, — похвалил в итоге Каллистрат, — у вас начинается складываться коллективное сознание. А теперь все, пошли на площадку отрабатывать ваши умничанья. Посмотрим, выдержат ли они столкновение с реальностью, — ухмыльнулся он.
Ну что ж, разбор ошибок пошел на пользу: отряд выдал сходу отличный результат. Удалось свести прохождение до 25 минут и, что еще важнее, пройти весь «лабиринт» без потерь. И тогда Краб включил новый режим сложности.
— Теперь будет почти как на самом деле. Тоже легко, но уже не детский сад, штаны на лямках…
— А что до этого было? — выразил общее мнение Денька.
— То было для черепах, а сейчас для бойцов, — отрезал дед.
На этот раз виртуальные противники снова выдали что-то новенькое, сменив тактику, и только поверившая было в свои силы молодежь, столкнувшись с резко возросшим сопротивлением, провалила заход, так и не доведя его до финиша. Слились быстро.
— Нет, щеглы, это никуда не годится. Думайте! Напрягите извилины! Действуйте как одно целое. Чувствуйте друг друга спинным мозгом! Все, Соберитесь. И вперед. Я в вас верю, — напутствовал их Каллистрат Маркелович перед стартом, не без труда сдержав рвущиеся из самых глубин маты.
«Дед был прав, — подумал Март. — Это была их слабая точка. Группа хорошо справлялась с заданным алгоритмом, а когда условия игры менялись, вся их слаженность рассыпалась словно карточный домик».
— Так, братаны, не спешим, спокойно все чистим, сработаем не на время, а на технику и тактику. Потом добавим скорости. Сейчас надо отработать алгоритм, — решил Март проработать именно коллективный разум.
Установка сработала и они, пусть и черепашьими шагами, но выполнили миссию чисто и без потерь. А в следующие три захода смогли ужать сроки до почти вменяемых, правда, всякий раз получая условные ранения.
— Молодцы, совсем другое дело. А теперь давайте попробуйте, как оно может быть на самом деле. Думаю, не надо объяснять, что ломиться дуриком нельзя? Но и действовать медленно недопустимо.
— Деда, а зачем такие сроки вообще?
— А ты включи бестолкову, Денис, и сам ответь на вопрос.
Парень почесал затылок и недоуменно посмотрел на Марта, ища поддержки.
— Это просто, — ответил приватир. — В усадьбе не может быть очень много боевиков, их там просто негде размещать. Но если мы протянем время и не доберемся до Барана быстро, то, во-первых, он может запросто убежать, и тогда вся операция окажется бессмысленной, а во-вторых, успеют подтянуться по тревоге дополнительные силы. Бойцов он может рекрутировать до нескольких сотен человек. Промедлим, и нас обложат. И пиши пропало. Так что…
— Соображаешь. Все верно. Потому и гоняю вас. Времени у нас мало, но что успеем, то наше. Потому хватит разговоров, за дело! — подбил итог Каллистрат, запуская симулятор по новой.
После этих пояснений парни в полной мере осознали масштаб задачи, прониклись и выложились, использовав весь накопленный за прошедшие годы, месяцы, дни и часы опыт. Риски и угрозы их не придавили, все же каждый из них был потомственным воином и воспитывался в суровом кержацком духе. Никогда не сдаваться и только вперед. Что они и продемонстрировали. Кто-то назвал бы такой настрой вдохновением боя, кто-то сказал бы «словили кураж». Суть одна. И у них получилось выдать результат. Почти уложившись в заветные 10 минут. Правда, под конец прошел сбой, и одного они все же потеряли. И все равно это был успех!
— Время⁈ — добив последнего фрага, заорал, открывая забрало шлема, Денька.
— Двенадцать минут и семь секунд, — раздался в ответ спокойный хриплый голос старика. Но и в нем проскальзывало удовлетворение от достигнутого.
— Ура! — парни, не в силах сдержать радость, пустились в пляс, грозно потрясая оружием.
— Ладно. Теперь повторим для закрепления и два часа на отдых, а потом продолжим.
Когда наконец дед их отпустил, бойцы, выбравшись из БСК, слегка покачиваясь, покинули тренировочную площадку, направившись в жилые модули. Заскочив в свой блок, Март скинул мокрое от пота исподнее и бросился в душ. Все тело ныло, словно он весь день таскал в гору пудовые гири. Отпарившись и отмывшись, заметно посвежевший Вахрамеев спустился в столовую, где его уже ждали остальные, яростно работая ложками.
— На-ко, Мартяша, горяченького, — поставила перед ним тарелку с дымящейся кашей с мясом тетка Аграфена и уселась напротив, подперев ладонью щеку.
— Блательник, — пропищал голос снизу.
