с двойным рангом… – хмуро и тихо прозвучал голос Тэрэи, соответствуя укрытому мраком, опечаленному миру вокруг. – Теперь нам ее не убить…
– Кто сказал? – Неожиданно сзади появился Ци Ла, вслед за взглядом Тэрэи он посмотрел на Серебро Морей, который, рыча, двигался к ним. – Карающий князь больше не в силах сражаться, поэтому ответь мне: красная весть Тяньгэ с распоряжением об убийстве все еще в силе? Если да, то ее исполню я.
Женщина удивленно повернула голову и увидела в глазах Ци Ла лишь непроницаемый холод.
– Но ты… – В мыслях Тэрэи пронесся огромный лабиринт, что он совсем недавно устроил в глубинах островов, и она резко осознала, что не понимает, что у него на уме, – возможно, она и вовсе никогда не понимала этого всегда окруженного туманом загадок человека. Она хотела бы договорить, но, промолчав, отвела от его взгляда свой.
Неожиданно с поверхности моря раздался громкий рев: Серебро Морей, извиваясь, стал взбивать огромные брызги, а Гуйшань Ляньцюань почему-то повалилась на его спину. Словно позабыв свои слова о страшной мести, она стремительно направила духовного зверя прочь, и огромное, размером с целый остров, тело Серебра двинулось прочь, поднимая гигантские волны.
– Не дайте ей уйти! – учащенно задышав, произнесла Тэрэя. В глазах ее клубился белый туман, она почувствовала перемены в духовной силе Ляньцюань. – Слияние разных наборов линий не окончено, они еще борются. Ее духовная сила во временном вакууме… Нужно действовать сейчас, убейте ее!
– Ци Ла, отправь меня к ней! – неожиданно подал голос Инь Чэнь.
Третий князь поднял руку, и на берегу выросли сияющие врата, в то же мгновение на пути побега Ляньцюань, преграждая ей путь, с поверхности воды поднялись еще более огромные, высотой, казалось, в несколько десятков метров, идентичные врата. Инь Чэнь резко пришел в движение и стремительно понесся к первым. По воздуху прошла невидимая волна, и фигура князя моментально исчезла, уже секунду спустя он вылетел из огромных золотистых врат посреди моря, а вместе с ним в сторону Ляньцюань из врат полетели тысячи сверкающих холодным блеском острых лезвий. Редкие клинки выплыли из сияющих золотом врат косяком рыб и яростно рванулись к девушке.
Сердце Гуйшань Ляньцюань резко упало, казалось, все духовные линии в ее теле связались в спутанный узел, полностью блокируя поток силы, вся ее плоть, жилы остро болели. Она смотрела на движущуюся к ней яростную формацию из мечей и несущегося позади них Инь Чэня – безжалостный взгляд делал его похожим на равнодушное божество смерти.
Первый тонкий кинжал устремился прямо к ее лицу, а следом полетел и второй точно такой же. Ляньцюань инстинктивно закрыла глаза…
Все произошло в две короткие секунды.
В первую секунду кинжал номер один пролетел мимо ее правого уха настолько близко, что она ощутила холод его лезвия, и в полете из металлического оружия голосом Инь Чэня прозвучала первая фраза:
– Не двигайся.
Во вторую секунду кинжал номер два едва не задел ее левую щеку, и снова пронесся голос Инь Чэня:
– Верь мне.
* * *
– Брат, ты уверен?
– Нет. Но такова была наша клятва, помнишь? Во веки веков защищать Асланд, кровью лощить его славу.
– Разве это того стоит? Возможно, мы оба умрем.
– Возможно, умру я, но тебе умереть я не позволю. Помни мои слова – верь ему.
– Я верю ему. Потому что я верю тебе.
* * *
Никто не успел понять, что произошло, а летящие в сторону Ляньцюань лезвия, резко сменив направление, понеслись к стоявшим на берегу.
Взгляд Ци Ла застыл, а на его лице появилось редкое выражение гнева. Он сложил руки за спиной, и в воздухе перед ним возникли бесчисленные пятна золотистого света, сложившиеся в нечто похожее на огромные пчелиные соты у берега, и полностью поглотили первую волну лезвий!
Инь Чэнь взмахнул руками. Все остальные клинки, словно живые, очертив в воздухе причудливую дугу, миновали сверкающие золотые пятна – пространственные магические круги Третьего князя, которые моментально переместили поглощенные орудия первой волны в неизвестное место.
Мечи загудели, словно рой ядовитых пчел, и понеслись к князьям и апостолам. Тэрэя усмехнулась, глаза ее залил белый свет. Береговые рифы резко разорвало – с треском из земли вырвались бесчисленные полосы белого шелка, укрыв всех внутри мягкого кольца.
В воздухе расцвели плотные круги золотой ряби – пространственные искажения, вызываемые бесчисленными вонзающимися в Подол богини клинками. Орудия неистово кружили вокруг щита, яростно снуя туда-сюда, однако внутри его границ было спокойно, словно на морском дне. Лезвия без остановки входили и выходили из шелковой материи, но никак не могли пробиться в пространство внутри Подола богини.
Вдруг раздался звон. Словно стая мертвых птиц, все оружие упало на камни.
Тэрэя убрала Подол богини, и взгляды присутствующих устремились к морю: на бескрайних морских просторах от Гуйшань Ляньцюань и Инь Чэня не осталось ни следа.
– Что произошло? – спросил Ци Ла, посмотрев на Четвертого князя.
– Среди выпущенных Инь Чэнем лезвий находилось два клинка, способных вмещать в себе голос, – их называют Клинками-вестниками. Они передали его послание Гуйшань Ляньцюань.
– Что он сказал?
– «Не двигайся», а затем «Верь мне»
Ветер обдувал бледное лицо Тэрэи.
Взгляд Ци Ла напоминал зимнее утро – такой же колючий и пробирающий холодом. Заметив дрожащие губы Четвертого князя, он не удержался от еще одного вопроса:
– Почему тебя тревожат его слова? Даже если Инь Чэнь решил встать на сторону Гуйшань Ляньцюань, чего бояться с твоей силой тебе?
– Меня испугали вовсе не те слова, что Гуйшань Ляньцюань сказал Инь Чэнь… – Во взгляде Тэрэи бушевала безграничная злоба и ненависть, однако за ними виделся бесконечный ужас, который скрыть было невозможно. – Меня пугает то, что она ответила ему, пока мы укрывались от атаки его мечей. – Тэрэя подняла глаза и, смотря на Ци Ла, произнесла, выделяя каждое слово: – Она сказала: «Пойдем со мной, я отведу тебя к Гильгамешу».
* * *
Ледяная ночь наконец-то подошла к концу, на горизонте между безбрежными небом и морем постепенно собирались лучи утренней зари, и яркая дымка света красочным рукавом девичьего платья расползлась по воде.
Всю играющую бликами поверхность моря заливало алое сияние зари, отчего то походило на пылающий огнем океан.
В это мгновение играющий красный свет озарял юные, нежные лица Ци Лина и Юхуа. Они лежали ничком на мохнатой спине размахивающего в полете крыльями Снежного Клыка и с растерянными, печальными лицами смотрели на воду под ними, словно два брошенных ребенка, они вглядывались в бескрайние просторы, не имея понятия – что же им делать дальше?
Вокруг летали остатки духовных зверей – несколькими часами ранее мятежное звериное полчище, вслед
