кулак прямо на морду, в том месте, где защита уже была продавлена.
После второго простого удара со всех сил, зверь все же смог резко извернуться шеей и схватить меня за руку, моментально дробя и ее своей сильной челюстью. Я бы наверняка отступил, стараясь выдернуть остатки руки, но в последний миг передумал.
Все дело было в шерсти на лбу, которая осыпалась. По ходу мой первый, ядовитый удар все же подействовал. А продолжая бить рядом с этим местом, я сломал естественную защиту зверя, ведь вся прана в этой области тратилась не на защиту, а на регенерацию черепа.
Ударив еще пару раз, я позволил руке отвалиться, а сам быстро вскочив на ноги начали бить ногой в череп, и это давало результат. То ли от бешенства, то ли от боли, зверь не догадался хотя бы с такой неудобной позы ударить верхней передней лапой, продолжая лежать на боку. Но это продолжалось недолго.
В один момент острые когти чуть ли не оторвали мне ногу, из-за чего я вновь упал на тушу и продолжил колотить в морду не только целой рукой, но и обрубком, из которого торчала кость. А потом в глазах потемнело и я упал.
***
Земля, Российская империя, г. Санкт-Петербург, Мраморный дворец, кабинет императора
— Приветствую дядя. Ты вызывал меня?
— Да. Пора заканчивать с этой войнушкой.
— Но мы ведь почти додавили этих индусов!
— Прям задавили?
— У раджи было много недоброжелателей среди своих. Ну и Римляне сильно постарались, вместе с моими людьми.
— А теперь примите капитуляцию и заканчивайте с этим делом.
— Может все же скажешь, что случилось?
— Звонил Гагарин.
— И?
— Перстень Волкова потух.
— Ты же знаешь, что возможно ему просто отрубили руку, а перстень повредили.
— Если существо способно повредить перстень, который под божественной защитой…
— И все же это не повод записать его в покойники. Он говорил, что у него будет жесткое обучение. А значит его старшие могут его спасти.
— Не сомневаюсь. Только вот гвардейцы нашего клана слишком долго находятся в каких-то проклятых джунглях ради одного баронского рода.
— Это конечно ты зря. Там Морозовы постарались донести до всех, что все участники акции воюют не конкретно за Волковых, а за национальную честь, или что-то в этом роде. Короче их пропагандисты так все раскрутили, что парочка впечатлительных графов сами присоединились к этой войне.
— Я в курсе, и говорил уже с князем Морозовым. Пора закругляться. Вы достаточно навоевались.
— Но, если мы сейчас закончим, все дивиденды окажутся у индусов, которые продолжат после нас.
— Ну а если продолжите, то дивиденды получат Волковы. Но, шансов что их глава рода вернется слишком мало, чтобы и дальше тратить ресурсы за отстаивание их интересов.
— Дядя, даже если я верну гвардейцев, сам я обязан до последней секунды оставаться рядом с моим дружественным родом.
— Это само собой. Хорошо тебя мальчишка провел с этой клятвой. Хотя и тут можно смотреть с разных сторон. Слишком расплывчатая клятва. Что означает дружба? Можно ли ради друга пойти против приказ главы своего рода?
— Но ты ведь не заставишь меня рисковать?
— Нет. Не заставлю Лешка. Но предупреди своих друзей, чтобы вели себя чуть поскромнее. Гагарин не смог проконтролировать, чтобы новости не распространились.
— Значит многие недоброжелатели сейчас уверены, что Волков погиб?
— Именно.
— В целом, ты прав. Нужно заканчивать поскорее эту войну. Сейчас Волковым нужно на время залечь на дно и не отсвечивать.
— Я рад что ты делаешь правильные выводы. Я сам не хочу, чтобы у них появились проблемы. Но им стоит перестать вести себя так провокационно и усмирить свою гордыню на время. Хотя, дочь старого товарища сильно порадовала меня. Пока твой кузен болван домогался до нее, она все это время днями и ночами тренировалась и достигла ранга кандидата. Все-таки очень жаль, что этот род почти исчез.
— Ты ведь знаешь дядя, что моя интуиция намного острее, чем у любого. Что-то мне подсказывает, что Волков еще вернется.
— Не поверишь, но я буду только рад. Но думается мне, что на этот раз это лишь пустые надежды. Во что бы не ввязался мальчишка, он вряд ли вернется, даже если останется жив.
***
Где-то в джунглях Индии
— Тетя, ты уже слышала…?
— Успокойся Анна. Да я уже в курсе новостей.
— И ты так спокойна?
— Конечно. Ведь мой сын жив.
— Конечно тетя, я и не сомневаюсь.
— Анна, не пробуй меня успокаивать. У тебя это откровенно паршиво выходит. Тут не пустые надежды, а четкое знание.
— Но как?
— Знаешь, я однажды думала, что он умер и оплакивала его больше десяти лет. Само собой, перед тем как он ушел, я попросила создать что-нибудь для своего успокоения. Если он умрет, то этот нефрит на моей шее треснет.
— Только вот никто не поверит в такое.
— Ты права. Поэтому нам стоит на время быть тихими, так как многие захотят вновь оскалить клыки в сторону нашего рода. Кроме того, теперь ты становишься мишенью для многих алчных людей.
— Я постараюсь не высовываться.
— Тут дело не в этом. Ты молодая девушка, и это отлично. Но прямо сейчас, ты не должна какому-нибудь сердцееду вскружить себе голову. Иначе будет беда. Ты ведь понимаешь, о чем я?
— Понимаю тетя. Я никогда…
— Не продолжай. Как я и сказала, ты молода. Это прекрасно на самом деле. Но сейчас все слегка напряжно. А ведь в этом мире есть люди с даром харизмы, ты знала об этом?
— Конечно.
— В любом случае, еще и года не прошло с отбытия сына, а ведь он просил прождать с твоим замужеством минимум три года.
— Я буду начеку и буду ждать. Не беспокойся. Если нужно, то я могу прямо сейчас выйти замуж за того же Сурыкина, и вопрос будет решен.
— Ни в коем случае. Это не приемлемо.
— Но почему?
— Дочери Найак не могут заключить политический брак, иначе предки накажут.
— Кто такие Найак? Какие предки? О чем ты тетя?
— Об этом тебе расскажет твой брат, когда вернется. А сейчас нам просто нужно быть осторожными. Думаю, пора заканчивать с этой войной. Своего мы добились.
Том 5. Глава 12
По идее я должен был прийти в себя,
