парка, вычеркнув нашего неблагодарного альва из всех раскладов, то мою ногу пнула, перевернувшись, кособокая и кривая игрушка в виде машинки на радиоуправлении. Или чего-то похожего, но сделанного из говна, палок и сломанных деталей советского конструктора.
— Марий Гритт! — негромко проскрипело из недр странного устройства, — Приобретите рацию марки «Koia-14r» в магазине «У Педро» на улице Куа Фисао, настройте её на частоту десять двенадцать сорок один. Вызов с площади. Я буду ждать!
— Как-то ты усох, — поскреб щеку я, критически рассматривая машинку, — С космического дрона до хлама из помойки. Неужели твой алебастр кто-то обоссал?
— Кицуне! Если сильно искусаешь черноволосого, я подарю тебе «Альтрон Маус» третьего поколения! — тихо рыкнул динамик мусорной машинки, после чего она натуральным образом с шипением загорелась, издавая вонючий дым.
— Вот и поговорили, — с растерянностью заметил Гритт, а затем подозрительно прищурился, — Юки, ты почему на Петра так смотришь⁈
— Альтрон Маус… — с несколько нездоровым выражением лица пробормотала японка, еще на полшага приблизившаяся ко мне.
— Отставить кусать Петра! — сориентировался барон, — Не знаю, что это такое, но купим мы тебе это. Если полезное. Когда деньги будут. Идемте за рацией!
Как оказалось, я нахожусь в серьезной опасности, потому что «Альтрон Маус третьего поколения — это крайне ограниченная премиальная серия персональных компьютеров, собранная в Японии из комплектующих, произведенных там же. Ничего сверхъестественного или ультра-мощного, просто надежнейшая машина из очень хороших комплектующих»… но теперь я постоянно ловлю на себе взгляды Широсаки Юки.
И они — не задумчивые!
Быстро добравшись до нужного магазина и купив там китайскую рацию, оказавшейся чуть ли не «уоки-токи», мы закинули домой вяло сопротивляющуюся кицуне, озадачив последнюю приготовить ужин, а сам поспешили назад на храмовую площадь, переговорить с нашим будущим чернокожим другом, вызвавшим чересчур много вопросов.
Что же, поговорили.
— Могла бы предупредить, что не умеешь готовить, — ворчал я, тыкая вилкой в некое месиво на тарелке, очень условно напоминающее съедобную массу, — Тут даже определить нельзя, чем это было раньше! Эрика, ты куда смотрела?
— Смотрела? Чем? — ехидно поинтересовалась вампиресса, имея в виду свои заплывшие и еще не начавшие отходить глаза. Отметелил я тогда брюнетку крепко.
— Кушайте! Мы ждем вашего рассказа! — жалобно и настойчиво потребовала японка, приготовившая то клейкое чудовище, в котором мы сейчас с Марием ковырялись.
— Да? А где ваши порции? — подозревал блондин, весьма недоверчивый, как оказалось, к ближним своим.
— Мы уже поели!
Это восклицание нашему лидеру показалось недостаточным. На мой вкус, в интонациях кицуне царила полнейшая искренность, а вот вампирессу выдавали еле-еле заметные насмешливые нотки, скрытые бубнением из-за разбитых губ. Но я-то эксперт в выслушивании качественно избитых людей! Особенно, избитых (или избиваемых) мной самим!
Гритт тоже оказался не лыком шит.
— А ну-ка попробуй, — придвинул он тарелку со своим ужином к белобрысой тощей японке, — Попробуй, попробуй. Пару ложечек.
Глаза кицуне расширились, от чего она совсем стала похожа на маленькую девочку.
— Я очень плотно поела, Марий! — поведала она тоном, с которого просто сочилась искренность.
— Верю, — мягко улыбнулся блондин, сейчас похожий на голодного тигра, уже лизнувшего бок маленького олененка, еще не знающего того, что он — просто закуска перед основным блюдом, — Но ты всё-таки попробуй. И ты, Эрика, тоже. Покушайте…
— Я помогу, — внес свою лепту я, вставая со стула, — А то мало ли, вдруг вы сопротивляться начнете…
Этого оказалось достаточно. Лисица тут же предприняла попытку к побегу, сломав девушкам всю игру, а, будучи перехвачена бдительным мной, задрыгала ногами в воздухе, прося пощады и сдавая всю схему. Как оказалось, у дам было немножко налички, но только на два хороших таких плотных перекуса для самих себя, взятых ими на базарчике, а нам Юки уже готовила.
— Не понял? — удивился я, стоя с провинившейся девчонкой подмышкой, — А где деньги?
— Какие деньги? — мрачно буркнула сложившая руки под грудью вампиресса, явно досадующая на то, что шутка провалилась.
— Наши общие, — дернул глазом блондин, — У нас более сорока тысяч долларов было.
— Было и есть, — независимо повела опухшим носом Хатсворт, — Где вы их оставили, там и лежат. После головомойки, которую устроил Петр, притащив нам кучу ножей за бабки, на которые можно было бы купить хороший холодильник, мы с Юки и доллара из общака не возьмем! Будем жить как дикари, пока вы все свои игрушки не приобретете! На бетоне и в обшарпанных стенах!
Хм, так вот оно чего. Оказывается, на наш диктат обязательного над желательным затаили большой вампирский зуб. Ладно, маленький.
— Красовский, я оклемаюсь и сделаю из тебя отбивную! — тут же рявкнула обидевшаяся на указанный мной «недостаток» брюнетка.
— Так, заканчиваем балаган, — под бурчание собственного живота заявил наш лидер, — Петр, поставь Юки, идем сходим за едой, а затем расскажем девушкам про нашего, хм, пятого члена команды. Потом договоримся о распределении бюджета. Первичном распределении того, что есть. В дальнейшем будем выделять доли, откладывая часть с заказов на общие траты.
Через полчаса, после плотного ужина свежей уличной едой с близлежащего рынка, причем, неслабо обворованные «сытыми донельзя» девушками, мы приступили к рассказу. Он оказался… интересным.
Алебастр, чьего настоящего имени мы так и не узнали, оказался в Апсародае куда раньше нас. Он выполнял тут уникальную роль, являясь посредником между Священной Инквизицией и местными, весьма специфическими, религиозными фигурами. Вдобавок к этому он стал играть роль информатора для Старого города, продавая за денежку малую информацию местным воротилам. Некоторое время всё шло хорошо, но затем выяснилось, что наш альв, как и церковники, влезли в сферу интересов Среднего города.
Нашим будущим сокомандником заинтересовались силы, которые не умели и не любили слышать отказы, но это произошло достаточно вежливо и мягко, чтобы он, при поддержке наших и церковников, сумел вывести ситуацию на уровень аккуратного взаимовыгодного сотрудничества. Как оказалось, не очень аккуратного, из-за чего пришлось прямо и нагло вмешиваться в крайне деликатный процесс раздела зон влияния между Триадами и католической церковью. Пусть даже в такой мелочи, как зачистка «морских крыс». В результате, прямой конфликт между двумя структурами предотвращен, в монастыре пьют кагор и танцует какую-нибудь католическую ламбаду, а вот выполнявший своё задание Алебастр теперь сильно дискредитирован в Апсародае. Плюс еще заинтриговал китайцев тем, что имеет какое-то влияние на
