Воображение у меня, конечно, не слишком богатое, но ради такого случая сподоблюсь. И начать могу вовсе не с тебя, а...
— Шиан не принадлежит тебе!
— Верно. Но позволь напомнить: она не принадлежит ни мне, ни кому-то ещё по очень простой, хоть и печальной причине. Твоя сестра живёт на этом свете взаймы. Благодаря тебе. Её жизнь в книге судеб записана между строками твоей. Шиан не должна была прийти в мир. Она нежеланная гостья, и её уход не вызовет никаких изменений.
Злобное, даже не шипение, а хрип или стрекот. Хочет броситься на меня и растерзать? Опоздала: я заблаговременно обзавёлся защитой и поддержкой. Оконченная партия игры осталась за мной. Не может признать поражение? Её трудность.
— Итак? Ты ответишь на вопросы?
Узкие губы кривятся, беззвучно шепча проклятия, но голова утвердительно, хоть и немного судорожно, кивает.
— Тот, кто наставлял тебя. Что ты о нём помнишь?
— Он нечасто приходил. Оставлял нас на попечении слуги, а тот не больно-то разговаривал, и мы никогда не знали, когда учителя ждать снова. А потом оба неожиданно ушли и больше не появлялись. Он старый. Наверное... — неуверенно добавила Риш. — Тогда он казался нам старым. Тёмноволосый. Кожа тёмная, как земля. Глаза — синие стёклышки: в них можно было видеть своё отражение, но больше ничего... Он всё время дрожал. Трясся, как в лихорадке. Но его движения всё равно оставались точными. На лбу вечно выступали капельки пота... Мутные и пахучие. Ещё у него вокруг правого запястья был обмотан шнурок, на котором болталась бляшка: я хорошо её запомнила, потому что когда он меня ругал, всё время размахивал руками перед моим лицом... Тёмный камень с вырезанной картинкой. Такая маленькая, но различимая до последней чёрточки.
— И что на ней изображено? — Спросили хором я и Валлор.
Гаккар немного удивился нашему оживлению, но ответил:
— Горный склон, превращающийся в волну.
Два взгляда напряжённо коснулись друг друга и снова воткнулись в лицо Риш.
— Гора? — Переспросил Заклинатель.
— Волна? — Уточнил я.
Ришиан смотрела на нас не на шутку испуганно, чем в любое другое время здорово бы повеселила: угрозы пропустила мимо ушей, а самый обыкновенный азарт приняла с опаской. Впрочем, в дальнейших пояснениях мы не нуждались, равно как и в чужом мнении:
— Дурной знак.
— Согласен.
— Надо обсудить.
— Разумеется.
— Здесь поблизости я вроде видел тихий трактир...
— Эй, heve! Это всё, что вы хотели услышать, да? А что дальше?
Я непонимающе взглянул на гаккара:
— Дальше?
— Да, именно дальше! Если ты теперь мой хозяин, должен заботиться обо мне, да?
Вот. Этого я и боялся. Попытка настоять на своём провалилась, и женщина начала атаку с тыла. А возразить-то нечего.
— Должен.
— Тогда, если ты такой сильный и могущественный, вылечи мою сестру!
Она слушала в детстве много сказок? Странно: вроде некому было быть рассказчиком.
— Всё не так просто.
— Правда? — Ришиан ехидно округлила глаза. — Но хозяин потому и называется хозяином, что может...
Честное слово, надо было позволить её прикончить. Тогда удалось бы избежать заслуженных насмешек и справедливых обвинений.
Валлор смерил гаккара недовольным взглядом и позвал:
— Лаймисс, зайди к нам!
Она стояла за порогом, совсем рядом с дверью, но осторожно дотронулась до печати в моей груди своим сознанием только теперь, отвечая на зов брата.
Та самая танцовщица у фонтана, только одетая скромнее и незаметнее, да к тому же закутанная в плащ. Чёрные волосы заплетены в косы и уложены вокруг головы под капюшоном с меховой оторочкой. Карие, вишнёвого отлива глаза смотрят предельно внимательно, словно их обладательница боится пропустить малейшее слово и движение. Смуглая кожа щёк разрумянена морозцем. Занятно... Она не пользовалась своими умениями? Наверное, в угоду Валлору, по долгу службы не торопящемуся открывать свою принадлежность к Заклинателям.
— Не заскучала? — Ласково спросил мой друг. Ну да, она же его родственница, дальняя и младшая, что подразумевает вольную или невольную опеку.
— Напротив, всё было очень познавательно.
Голос глубокий, богатый интонациями, хоть и резковатый. В самом деле, талантливая девочка.
— Хочу предложить тебе попрактиковаться в изменении тканей.
— Не откажусь. Что именно нужно сделать?
— Посмотри эту женщину, — Валлор указал на робко дожидавшуюся своей участи Шиан. — Она — недоделанный гаккар.
— Такое возможно? — Вспыхнули звёздочками интереса глаза Лаймисс.
— Как видишь. Но ей трудновато жить, насколько я понимаю.
Заклинательница быстрым шагом пересекла комнату, приблизила своё лицо к лицу сестрёнки гаккара, едва не соприкасаясь носами, потом отстранилась и доложила:
— Да, трудновато. Вторая пара желез ленится работать, но и первая не напрягается. Она не способна быть полноценным гаккаром.
— Это и мне понятно. Но я, как ты помнишь, не силён в целительстве, потому хочу спросить у тебя: возможно что-то поправить?
Лаймисс задумчиво нахмурилась, размышляя:
— Поправить... Вывести железы на один уровень отдачи? Надо бы посмотреть протоки поподробнее...
Правая рука Заклинательницы стремительно вылетела из складок плаща и вцепилась в горло Шиан. Гаккар сделал было неуверенный шаг к сестре, но наткнулся на подставленное мной плечо. Левое. Боль снова напомнила о себе, пришлось давить стон стиснутыми зубами.
— Не трогайте её!
— Успокойся, Риш, никто не причинит твоей сестре вреда. Не причинит, верно?
Лаймисс повернула голову в мою сторону жестом, смутно напоминающим поклон:
— Всё будет, как пожелает hhyde-o-hhies... Готово! Я немного расширила протоки желез: теперь количества вырабатываемого яда и противоядия будут равны между собой.
Шиан, чьё горло освободилось от хватки Заклинательницы, растерянно перевела взгляд на меня.
— Я... больше не буду болеть?
— Почему же? Будешь. Простуду, к примеру, можешь подхватить запросто, ведь один добрый дядя не умеет стучаться в дверь, а предпочитает её сносить, чтобы войти. Но поцелуи сестры тебе больше не понадобятся.
— Правда? — Тёмно-синие, столь же глубокого цвета, как у Валлора, но невероятно нежные и хрупкие глаза сверкнули слезинками.
— Правда.
Она прижалась к моей груди, изо всех сил стиснув пальцами рукава куртки.
— Это так... странно... я не могла и мечтать, а теперь...
— Вообще-то, благодарить надо не меня: я в исцелении участия не принимал, да и не мог принять.
Шиан замотала головой:
— Но без вас ничего бы не случилось!
— Она права, Тэл. Без тебя ничего бы не случилось, — улыбнулся Валлор.
— Лучше бы и не случалось! Этим девицам
