об этом. Ты собирался за пару часов дела обстряпать и вернуться или что? Как можно налегке идти? — нервно затараторил музыкант.
— Ты есть хочешь или потрепаться? — слегка раздражённо спросил я, вытаскивая из инвентаря бутылку воды и запечатанный сэндвич.
— Есть.
Я сунул парню в руки бутылку и пластиковый контейнер.
— Ух ты, а откуда?
— Ешь давай, — буркнул я, — У меня есть подпространство, в котором я храню вещи.
— Фё, как инфефтафь? — пробормотал с набитым ртом Тимур.
— Да, это буквально он и есть.
— Падафди, инфефтафь, ифтефефс…
— Да прожуй ты сначала, я никуда не денусь… — вздохнул я.
— Так вот, это чё, у тебя силы как будто ты игрок в реале? — спросил он, наконец перестав чавкать.
— Ага, — коротко ответил я.
— Куда мне бутылку и упаковку деть? — спросил парень.
— Давай сюда, — сказал я и выхватил её у него из рук, тут же сунув в инвентарь.
Да, всё же не только пол можно рассмотреть, на расстоянии вытянутой руки видимость появилась.
— Не хочу проверять, как отнесётся Хтоня, если мы будем мусорить в её владениях.
— Ну не знаю, по-моему, она миленькая, — сказал Тимур, — Я бы её на свидание позвал.
— У тебя там всё хорошо? — поинтересовался я, — Это древнее божество мира смерти.
— Ну красивая же.
Мда. Мрак. Глядя в бездну её глаз, видеть там красоту — это надо иметь крайне специфичный склад ума. Ну или это у меня погрешность восприятия, поскольку я точно знаю, что она очень сильна, опасна и её мышление может сильно отличаться от нашего.
Кстати, странно, что нас встретила именно она. Да и в целом мир смерти выглядит вообще не так, как в мифах его описывают. В любых. Да ещё и река эта, наполненная ихором. Не значит ли это, что другие боги мертвы? Тогда кто их убил? Очевидно тот, кто остался жив и заполучил молот, с помощью которого расколол это измерение и перестроил по своему вкусу. Хтоня. Даже само её имя. Подозреваю оно идёт от слова «хтонический». Возможно, что она была одной из первых и самых могущественных богов смерти. Но зачем она убила своих «коллег»? Неужели ради силы? Но какой от неё смысл в запечатанных вратах? Как много вопросов и как мало будет возможностей их задать. Вокруг нас снова раздалось рычание, теперь источников звука было куда больше. Но теперь я не стал создавать оружие. Эта тьма — лишь наше неведение. Поэтому стоило мне это понять, как обзор раскрылся ещё дальше.
— О нет, нас окружают! — воскликнул парень, — Что будем делать? Ты сможешь их отогнать?
— Ничего не будем делать, — сказал я.
— В смысле? Ты решил просто взять и умереть? Нет уж, я на это не подписывался! — закричал парень.
— Успокойся. Никто сегодня умирать не будет. Ни ты, ни я, ни кто-либо ещё. По крайней мере, в этом помещении.
— Да неужели? Твари, которые тут вокруг рычат, с тобой не согласятся! — ответил Тимур.
Внезапно к приближающемуся рычанию добавился громкий, рокочущий и заставляющий землю дрожать топот. Словно бы к нам шло нечто огромное.
— О нет! Это ещё что?
— Расслабься и сделай глубокий вдох. Там ничего нет, — сказал я ему.
— С чего ты решил? Я вот своему слуху доверяю! — продолжил паниковать парень.
— Вот на это и расчёт. Эта тьма скрывает от нас правду. Здесь ничего нет. Никакой опасности. Мы её ожидали и она нам является. Но фактически тут пусто.
— А если ты ошибаешься? — спросил Тимур, — Что тогда? Я вот чувствую, как меня обдаёт ледяным дыханием! Оно уже совсем близко.
— Тебе придётся довериться мне, если хочешь пережить этот поход, — ответил я.
— Теперь ты ещё и угрожаешь? Сам-то мне не доверяешь! — воскликнул музыкант.
— Я не угрожаю. Просто иначе не выйдет. В целом, я могу усыпить тебя зельем и поместить в безопасное пространство. Так тебе не придётся подвергаться опасности. Просто уложу тебя в инвентарь и освобожу, когда закончу свой поход. Ты даже не заметишь, что время прошло. Но если нет, тогда перестань истерить и послушай меня! — я пытался говорить спокойно и доходчиво, но в конце невольно повысил голос, прибавив грозности.
— Не хочу я ни в какие инвентари! — воскликнул Тимур.
— Тогда слушай. Всё это вокруг, лишь тьма невежества. Как говорил один деятель культуры, пусть и не совсем на эту тему, но сон разума порождает чудовищ. Соответственно, находясь во мраке непознанного, мы сами создаём себе страхи. Лишь приняв это и осознав правду — удастся увидеть мир таким, какой он есть.
— Как странно, кажется, тьма отступает, — воскликнул Тимур.
— Да, именно это я пытался тебе донести.
Наконец мы смогли осмотреться. Бескрайнее поле из чёрной резины заполняло множество людей. Одни сидели, стояли или лежали на месте, скукожившись от ужаса. Другие же бродили туда-сюда во мраке. Некоторые махали подручными объектами, которые то тут, то там валялись на этом резиновом покрытии. Они избивали воздух, а временами и товарищей по несчастью. Временами так сильно, что те умирали. Прямо на наших глазах убитые истлевали и возникали в другом месте посреди поля.
— Это что, узилище для глупцов? — растерянно спросил парень.
— Ага, судя по всему.
Выход оказался прямо у нас под носом. Портал появился сразу же, как отступила тьма. Выходит, что не включи я голову, блуждали бы мы тут вечно.
Нас перенесло обратно ко входу, а Хтоня возникла из пламени, хлопая в ладоши. Я заметил, что она сменила платье на алое и более длинное.
— Молодцы, быстро сообразили. Я даже немного разочарована!
Глава 3
Продолжение пути
Хтоня протянула руку тем же самым жестом, что и при первой встрече. Вот уж любительница церемоний. Пока я раздумывал выполнить ли её желание и поцеловать руку или всё же спросить, обязательно ли устраивать этот цирк с конями каждый раз при встрече, Тимур уже решил всё сам. Парень рванул лобызать руку богини, да так прытко, что я лишь в последний момент успел ухватить его за ворот и отдёрнуть прочь. Но всё же он успел коснуться рукой её ладони, за что тут же поплатился. Его рука выглядела ровно так, как и выглядела бы, если бы он получил одновременно ожог и обморожение.
— Оё-ёй, больно-то каааак! Ууууу… — завопил парень.
Первым делом я всё же исполнил «ритуал» и поцеловал руку Хтони, а после обратил своё внимание на пострадавшего.
— Вот говорил же, чтобы не лез никуда! — проворчал я.
— Что это было? Почему так больно? Я же видел, как ты это делаешь! Да вот даже сейчас! — прошипел парень, явно сдерживая рвущиеся крики боли…
Он ещё пытается рисоваться в такой ситуации. Так же только больнее получается, когда в себе держишь…
— Извини, малыш, это всё проявление моего могущества. Ничего не могу с этим поделать, — сказала Хтоня и послала ему в утешение воздушный поцелуй.
Я же вздохнул, взял его ладонь в свою и начал исцелять.
— Потому я так заинтересована Артуром, — продолжила богиня, — Даже во времена, когда я была лишь одной из правительниц этих мест, лишь единицы их рядов явившихся сюда смертных способны были выдержать моё касание, да и то не без последствий. Твой товарищ, однако, сделан совсем из другого теста.
— Я не чувствую боли и мне довольно сложно навредить, — пояснил я Тимуру, не особо вдаваясь в подробности.
Я всё ещё не знаю, является ли он просто моим неудачливым попутчиком или его появление произошло совсем неспроста. Так что лучше лишнего о себе не рассказывать. Его бестолковость выглядит убедительно, но с таким же успехом она может оказаться талантливой актёрской игрой.
— А уже и не больно совсем… — пробормотал парень, — Надо же. Круто как.
— Твоё счастье, что я владею исцелением. Повреждение очень уж специфичное, зельями было бы накладно его лечить.
— Кстати, это был очередной обещанный мною ответ на ваш вопрос, — сказала Хтоня.
— Погоди, — сказал я, но она прервала мою дальнейшую речь, покачав пальцем.
— Я не закончила. Поскольку вы хорошо справились с первым испытанием, я дарую вам второй.
— Спасибо, Хтоня. Но сначала я хотел бы попросить, чтобы вопросом считалось только то, что будет начинаться с фразы «мой вопрос таков». Потому, что мой спутник слишком неопытен и я не хочу оставаться без информации каждый раз, когда ему вздумается что-то ляпнуть…
— Хмм, хорошо, пусть будет так, — сказала она и улыбнулась, снова демонстрируя свой богатый набор клыков, — Чего не сделаешь
