нашему плану.
Ровно через десять минут, когда до выхода на дистанцию уверенного огня осталось чуть больше получаса, противник сделал первый залп. Должен быть и второй, отвлекающий — в этом я был уверен. Мы всё это время изображали активный обмен по защищённым каналам связи, а когда в нашу сторону понеслись около полусотни ракет, я приказал усилить обмен.
Ракеты имели втрое большее, чем корабли, ускорение. Я даже поморщился, представив, какие перегрузки сейчас испытывают Жнецы, укрывшиеся в специальных капсулах. Смертники, как есть смертники. Они ещё не знают, что их ожидают большие проблемы. Чтобы покинуть одно тело, и переместиться в другое, нужен якорь — беззащитное сознание. Если такого не окажется поблизости, противнику останется лишь два пути. Или быть выдернутым одаренным, владеющим стихией «душелов», или погибнуть.
Я знал, что у врага всего один душелов, и его возможности тоже ограничены. Из шести бойцов, скрывающихся в ракетах, он успеет спасти двух. У меня есть возможность вмещаться и убить всех, но я не стану вмешиваться. Потому что нельзя показывать врагу все свои возможности. Пусть считают, что неудачная атака — это их просчёт, и мы оказались крепкими орешками. Так они попытаются нанести ещё один удар, дистанционно. И вот в этот момент их будет ждать большой сюрприз.
Я невольно улыбнулся — странно осознавать, что ты просчитал все действия врага наперёд. После пуска ракетного роя есть три варианта будущего, и только в одном враг может сохранить корабль. Да, всего лишь эсминец, но это даст жнецам пространство для манёвра. И мне нужно приложить все силы, чтобы враг выбрал именно этот вариант. Потому что загнанная в угол крыса способна на отчаянные поступки. Однако в мои планы не входит частичное уничтожение населения Земли. Я не хочу, чтобы по моей вине погибли миллионы жизней.
Тактический экран отслеживал рой ракет, а может и торпед, которые всё ближе подходили к контрольной черте, после которой смертники смогут использовать свои опасные способности. Пора.
— Внимание, используйте только стихию Аквамарин. Активация защиты! — скомандовал я. — Активация систем подавления и волновых помех! Приготовиться к уничтожению роя всеми доступными способами. Огонь можете открывать без команды, как только ракеты войдут в зону поражения противомоскитных орудий.
Мы с Натой тоже использовали защиту, но каждый свою — индивидуальную. Увы, как-то не успел я приобрести объёмные способности оборонительного характера.
Несколько минут ожидания, и всё завертелось. Наши системы полностью подавили управление ракетами и сбили навигацию. Теперь «смертоносные» снаряды попросту неслись по прямым траекториям, словно дрейфовали, но с ускорением. Нам оставалось лишь чуть подкорректировать курс, чтобы рой попал под все противомоскитные турели, расположенные вдоль бортов кораблей. В случае с крейсером это десятки орудий.
— Деймос, приказываю сменить курс, и начать замедляться. — выдал я новое распоряжение. — На тридцать секунд. Затем нагнать построение и продолжить путь.
— Принял, выполняю смену курса и торможение. — ответил товарищ, и его эсминец на тактической карте выпал из строя.
Количество ракет начало быстро уменьшаться. Прошло каких-то десять секунд, и вот их уже треть от общего числа. Затем минуло ещё столько же времени, и часть нашего флота вышла на прямую, полностью уничтожив рой. Пришло время для следующего действия.
— Второму эсминцу — экстренное торможение. Выйти из боя, начать транслировать сигнал SOS. Немедленно!
— Есть экстренно выйти из боя. — отозвался командир среднего корабля, и дальше наш крейсер пошёл один. Сзади его нагонял эсминец Деймоса. В этот же момент противник выстрелил вторым роем ракет. Малочисленным, всего тридцать штук, и я точно знал, что среди них нет смертников. Что ж, дадим шанс врагу выйти из схватки побитым, но сохранившим малые силы.
Второй рой крейсер уничтожил в одиночку. К этому моменту корабль земляка уже догнал нас, и пристроился согласно атакующему построению.
— Второй эсминец, присоединиться к бою! — вновь скомандовал я, наблюдая, как наши корабли неумолимо приближаются к врагу.
Жнецы запаниковали. Один из их крупных кораблей стал маневрировать, готовясь к бою, а остальные начали маневр уклонения, и я знал, что в бой они больше не вступят. Что ж, будет им веселье.
— Вражеский корабль находится в зоне уверенного поражения главного калибра. — сообщил искин крейсера.
— Дай мне под контроль системы наведения, и контроль над маневровыми двигателями. — приказал я ИИ, и активировал шлем бронескафандра. — Ната, будь готова, сейчас нас будет немного мотать.
На разум обрушилось разом столько информации, что в другой момент я бы растерялся. Сейчас же у меня в один миг всё разложилось на составляющие, а через секунду я уже наводил орудие на вражеский корабль. У меня по расчёту было три выстрела, и два из них я должен буду почти промазать. Ну, понеслась.
Первый залп, и выстрел приходится вскользь, сбивая лишь несколько процентов энергетического щита вражеского корабля. Ответный выстрел, всего лишь одиночным орудием, не причиняет нам вреда, лишь слегка просаживается защита.
Несколько секунд идёт накачка орудий, и новый залп. В этот раз я специально рассчитываю попадание таким образом, чтобы снять половину мощности. И тут же даю команду:
— Командирам эсминцев — начать преследование двух кораблей, вышедших из боя!
Ответы, подтверждающие, что команда понята верно, не слушаю. Сейчас очень важный момент. Ошибка недопустима. Секунда, вторая, на периферии зрения загорается иконка наполненного накопителя. Я чуть корректирую маневровыми, и… Залп!
Расстояние до противника критически малое. Он почти уходит из зоны обстрела. Почти.
— Искин, забирай контроль систем, продолжаем погоню. — произнёс я, разблокировав шлем.
— Алекс, ты в порядке? У тебя кровь из ушей! — взволнованно произнесла Ната.
— Всё нормально, аптечка уже вколола лекарство. — успокоил я подругу. Взгляд мой в этот момент наблюдал за тактическим экраном, на котором потух один из маркеров вражеских кораблей. Минус крейсер, а точнее — тяжёлый ракетоносец кустарного производства. Что ж, самое главное я выполнил — убедил противника, что наша победа, это простое везение.
В следующие пять минут мы настигли второй тяжелый корабль жнецов, и буквально расстреляли его, как в тире. А вот дальше… Вражеский эсминец уверенно набирал скорость, уходя в отрыв. Можно было бы бросить в погоню малые разведчики, они бы нагнали беглеца, но это не входило в наши планы.
— Алекс, ты уверен, что его нужно отпустить? — поинтересовался Деймос, когда наш флот замедлился, и начал собираться в единый кулак.
— Уверен. — ответил я. — Демос, нам нужно сообщить твоим родовичам, чтобы они заблокировали предыдущую систему.
