точно знал был один из входов во дворец, высыпали бойцы. Императорская гвардия. Именно их я видел спешащих на разборки в заброшенный квартал.
Более того, на небольшую открытую площадку в районе второго этажа вышел сам Император. Ему стало просто любопытно? Черт! Вообще-то, это может быть опасно!
— Господин Строев! — крикнул он сверху. — Не ожидал вас тут увидеть. Не надоело еще ошиваться около моего дома? — спросил и заржал.
— Ваше величество, прибыл защищать властителя! — с сарказмом крикнул я в ответ.
Император уловил несерьезность моего высказывания и погрозил мне пальцем, не преминув сунуть в рот новую желтую палочку карандаша.
— Что вы тут устроили? — спросил меня Император.
Ответить я не успел.
Молния вонзилась прямо в плиты площади, да так и осталась. Трепеща и расширяясь, она издавала глухое гудение, словно провода ЛЭП под напряжением во время дождя. Гул был неприятный, давящий. Я заметил, что Император зажал уши. Жест скорее демонстративный, не таким уж сильным был звук. Но, полагаю, кто-то мог воспринимать его сильнее, кто-то слабее.
Вояки смекнули, что-то уже вот-вот произойдет, и начали расходиться широкой дугой. Достали автоматы и какие-то не знакомые мне бандуры.
— Только не провороньте появление! — крикнул им с балкончика Император.
Я тоже приготовился.
Мелкие разряды поползли по основному стволу разлома, принялись закреплять его в этом мире, бело-голубые энергетические ножки вцеплялись в ткань пространства, раздвигали его.
В белой вспышке моментально потонул ближайший к разлому участок площади. Меня охватила странная тревога. Никогда такого не было. Словно сердце защемило. Странно. Я не ощущал ничего подобного при открытии разломов до этого. Может быть, потому что они были направлены на меня лично? А тут целью действительно был не я?
В самом центре разлома появился темный силуэт. Фигурка показалась мне элегантной, словно выточенной из черного камня. Она шагнула в этот мир и покачнулась.
— Огонь! — заорал Император.
— Отставить! — крикнул я в последний момент.
Выстрелы раздались в одно мгновение с тем, как я воздвиг защитную стену между вояками и пришельцем из разлома.
Поле взвыло, поглощая кинетику сотен свинцовых капель.
— Что ты творишь! — взревел Император, но мне было плевать. Мне стало интересно.
Я четко видел, что из портала шагнул человек. Более того, девушка, затянутая в черные облегающие одежды. В руках ее не было оружия. Более того, едва оказавшись в этом мире, ступив на плиты площади, она покачнулась и стала заваливаться на бок. Я кинулся к ней, влив чудовищную энергию в стену, что сейчас отделяла нас от императорских гвардейцев.
* * *
Орел прибыл по указанному Салагой адресу спустя тридцать минут после звонка. На месте, где договорились встретиться, никого не было. Сколько раз он писал Салаге, не суйся, жди! Тот его явно не послушал.
— Что в этом здании? — спросил Орел своего товарища.
— Черт его знает, но дом мрачный какой-то, словно его из фильмов ужасов сюда доставили, — пожал плечами Павлин. — Орел, а Орле, отдай мне мой ствол?
— Отстань, ты же сам мне его проспорил! Все, вопрос закрыт! Так что за дом?
— Я слышал, — размеренно произнес Грач, словно пытался что-то вспомнить. — Где-то в этом районе располагается тайная канцелярия Императора.
— Тайная канцелярия? — удивленно спросил Орел, рассматривая нависающие над тротуаром мощные капители колонн. — Это что еще за хрень такая?
— Это отдел гвардии Императора, занимающийся внутренней разведкой и контрразведкой, — ответил за Грача Стрелок.
Он стоял чуть в сторонке, оглаживал длинные светлые волосы одной рукой, а другой аккуратно, словно даже нежно, прижимал приклад короткоствольной винтовки к ноге.
— Как думаешь, Салага там? — спросил Орел у Стрелка, хотя и понимал, тот знает не больше него.
— А где ему еще быть? — хмыкнул стрелок. — Если малой куда и мог полезть, так только в тайную канцелярию Императора.
— Сестра его тоже там? — спросил Грач.
— А давайте узнаем, — усмехнулся Орел. — Где наша не пропадала!
Он сказал это и, почесав затылок, пошел к крыльцу. Пять ведущих к дверям ступеней Орел перемахнул в два прыжка. Он не любил тянуть. Если решение принято, то чего медлить?
За его спиной тут же оказались товарищи, что пошли с ним вместе. Их было не много: Павлин, Грач и Стрелок. Но с учетом их прошлого, эта четверка вполне могла потягаться с десятком. А если еще удастся добраться до Салаги, то и вообще отряд в сборе. Проблема была в том, что если за стеной действительно имперская внутренняя разведка, то там сидят не профаны, да их и больше десятка наберется.
В этот момент за спиной где-то вдалеке блеснули молнии.
Орел остановил кулак, уже собирающийся врезать по обитой желтым металлом двери, обернулся.
— Что за черт? Вы гром слышали?
Ребята дружно помотали головами.
Орел дождался еще вспышек, скривился и достал телефон.
Короткого разговора было достаточно, чтобы передать информацию командиру. Разломы — это его вотчина. Понадобится помощь, так позовет. А сейчас надо бы разобраться с этим странным домом. Орел и сам чувствовал некую волну неприязни. Словно кто-то воспользовался магией, чтобы сделать это место не желательным для осмотра. Если бы Орел шел мимо, он бы постарался отвернуться и не смотреть на этот странный дом. Ему пришлось заставить себя вновь занести кулак и громко постучать в дверь.
Никакой реакции.
Орел снова подубасил в дверь. Кажется, внутри кто-то был.
— Открывай, не то вынесу эту чертову дверь нахрен! — крикнул Орел, надеясь, что внутри его услышат.
Дверь дрогнула и приоткрылась.
На пороге стоял тощий высокий хлыщ с противной надменной мордой. Тонкие усики и какая-то прилизанная прическа вызвали в голове Орла стойкую неприязнь.
— Что вам нужно? — ничуть не испугавшись четверых мужиков, один из которых был с пушкой на плече, спросил прилизанный.
— Наш друг заходил? — спросил Орел.
— Друг? — удивился тощий.
— Рыжий такой, с тебя ростом, только в плечах пошире и на рожу посимпатичней.
— Если вы так себя ведете с незнакомым человеком, да еще хозяином дома, то как вы разговариваете с теми, кто вам неприятен?
Хлыщ явно тянул время. Орел понял это по медленной и длинной фразе. Кого вообще такое интересовало? Либо обижайся и при в контры, либо молчи в тряпочку и бойся. Хлыщ явно не боялся и молчать не собирался, но и на рожон не
