потом, ну пошутила девушка немного, и что? Не обращай внимания на чужую глупость!
— Немного? Выставила на посмешище перед всем отелем!
— Ну не перед всем, а только перед теми, кто был в холле, — внес разумную поправку Амано.
— Этого мало?! Да мне теперь из номера нос не высунуть!
— Прямо! Забудут через пять минут.
— Забудут? Как бы не так! Уж что-что, а такие моменты из памяти не стираются!
— Вообще, ты сам виноват, — заключил Сэна. — Мог же отшутиться в ответ? Мог. Так нет, опять впал в свой любимый ступор.
— Никуда я не впадал!
— Ага. Стоял столбом и старательно делал вид дурнее, чем обычно. И как назвать такое поведение? Дурак дураком.
— Сам дурак!
— Главное — взрослый же человек, и не такое видевший и слышавший, а ведешь себя, как мальчишка.
— Спасибо, хоть с девчонкой не сравниваешь!
— Ой, не нравится мне твое настроение, — шутливо сдвинул брови Амано. — Тебе надо пойти баиньки: утро вечера мудренее.
— И пойду! Слава богу, у нас хоть номера в разных концах коридора!
— А что?
— А то! Шел бы вместе с Линн: вы составили бы чудную пару! И у вас была бы бесконечная тема для беседы — я!
— Да что ты взвился? Из-за такой ерунды…
— Ты не понимаешь!
— Чего?
— Ничего!
Лифт наконец-то остановился и распахнул двери. Я вывалился на этаж, в расстроенных чувствах задевая все, начиная от стен и заканчивая предметами интерьера. Кажется, напольная ваза моего дурного настроения не пережила. Ничего, впишут в счет. Как обычно. Уж к этому-то я привык.
Амано покачал головой и отправился восвояси. В ближайший бар, по всей видимости, — нежиться в лучах восхищенных женских взглядов. Хорошо ему. Нет, не бару, а моему напарнику. Над ним-то в детстве и юности никто не смеялся. Никто не считал тупым уродом. И главное — никто не орал об этом у него над ухом с утра до вечера.
Сил хватило только на то, чтобы войти в номер и закрыть за собой дверь. А потом я просто рухнул пятой точкой на пол. Прямо у входа. Прислонился спиной к стене.
Опять все плохо, плохо, плохо… Складывается впечатление, что мне противопоказано появляться в людных местах. Абсолютно противопоказано. Надо искать работу где-нибудь в пустыне, далеко-далеко от цивилизации. Там, где меня не будут поджидать за каждым углом тени прошлого.
Стук в дверь. Это еще кто? Амано? Не нашел девицу по своему вкусу и решил скоротать время со мной? Ну, сейчас я ему все скажу… И даже покажу!
Наверное, мое раздражение передалось механизму открытия двери, потому что створка рванулась в сторону с непривычно большой скоростью: меня качнуло вперед и…
— Ну, ты и слон!
Упс. Изумрудные пятна на белом атласе. Прямо на груди. Высокой и крупной груди. У Амано такая за несколько минут вырасти не могла…
— Все платье испортил! А я еще хотела его угостить!
Линн огорченно рассматривала два полупустых бокала в руках.
— Простите.
— И что мне теперь делать? Хоть бы пригласил даму в номер. Салфетки у тебя есть или уже все израсходовал?
— Я…
— Так пустишь к себе или нет?
— Конечно… Проходите… Я сейчас поищу полотенце.
Линн буквально втолкнула меня внутрь.
— Ну, ты и тормоз! Совершенно не изменился. Я попробую почистить платье, а ты… Организуй хоть пару стаканов сока на балконе. Если сумеешь, конечно.
Пока Линн плескалась в ванной, я уныло любовался расстилающейся внизу панорамой Морены. Да, двести метров над уровнем города — это не шутка: голова кружится не переставая. Если бы перила балкона не были усилены для надежности гравитационным леером, ни за что не решился бы подойти к краю.
— Красиво?
— А? Да. Наверное…
Убрать с платья пятна до конца не удалось, но, похоже, Линн совершенно не волновало возвращение девственной чистоты наряда. Миссис Корт была серьезна и собранна: такой бывшую соученицу я видел впервые.
— У нас мало времени, Кейни.
— Времени? На что?
— На то, чтобы поговорить.
— Мы должны говорить? О чем?
Горестный вздох.
— Ну хоть сейчас не строй из себя идиота! Думаю, умственно отсталого человека ни за что не взяли бы в Службу Безопасности.
— Вы… Откуда вы знаете?
— Я все о тебе знаю, Кейни. Наводила справки.
— Но зачем?
— Мне не к кому больше обратиться. Меня скоро убьют, Кейни. И я должна успеть сказать тебе…
— Имя убийцы?
— Не смешно, — скривила губы Линн. — Исполнителя вряд ли поймают. И даже если поймают, он не сдаст моего мужа.
— Вас хочет убить собственный муж?
— Это тебя удивляет?
— Э-э-э… Немного.
— Он никогда меня не любил. — Тонкие пальцы легли на перила. — Он вынудил меня выйти замуж. Угрозами. Обещанием расправиться с моим возлюбленным. И я уступила. Хотя совершенно зря: Клиффа все равно убили. Но у меня осталась память о нем… И муж не простил. Особенно когда узнал, что ребенок не мертвым родился, как записано в документах.
— Ребенок?
— Дочь. Сейчас ей одиннадцать. И она никогда не видела своих родителей.
— Но почему?
— Я не могу ее признать: в тот момент, когда я это сделаю, девочка будет обречена на смерть.
— Но как вам удавалось прятать ее все эти годы?
— Она живет в провинции. С добрыми и заботливыми людьми. Под чужой фамилией. Собственно, поэтому я и пришла.
— Поэтому?
— Обещай присмотреть за ней, Кейни. Я знаю, у тебя получится! Ты же вырастил двух сестер, вырастишь еще одну!
Я отшатнулся, и Линн оказалась между мной и перилами.
— Да с какой стати?
— В свидетельстве о рождении она записана твоей дочерью. Запомни, Даллес, улица Роз, дом господ Руни. Она хорошая девочка, тебе понравится.
И вот тут меня посетило стойкое желание прыгнуть вниз. Что угодно, лишь бы оказаться подальше от сумасшедшей, в мгновение ока сделавшей меня… отцом!
Вот только получилось наоборот.
В смысле кое-кто прыгнул. Но вовсе не я.
Воздух вдруг стал таким плотным, что перехватило дыхание. Хорошо, что это ощущение длилось доли секунды, иначе проблем стало бы на одну больше. Хотя то, что произошло, было больше чем проблемой. Оно было убийством.
Край g-импульса задел мое плечо, толкнул, на миг моя рука коснулась гладкой ткани платья, но выстрел был предназначен не мне, а миссис Корт. Куда и направился. Прямо в грудь, сминая ребра. Толкая на перила.
Мраморная доска не была приспособлена для того, чтобы за нее держаться. Да и зачем? Есть ведь еще и леер. Есть. Если только…
О нет!
Это длилось несколько мгновений, а мне казалось: время тянется как резина. Всплеск атласа над перилами. Движение воздуха. Бело-черная
