особняк?
— Пятьсот рублей, Ваше сиятельство! — на голубом глазу с лёгким поклоном выдал мне алчный риелтор.
— Кхе. Цветлан, родной, ты уж не борзей. Ну да, объект и контакты нашёл ты, но договорился с собственниками я сам, сам же снизил цену до приемлемой с учётом его состояния, сделку провёл, причём ещё не до конца, тоже сам. Сто рублей за отысканные данные.
— Ладно, — невозмутимо подтвердил покладистый Цветлан с выражением «ну, попробовать-то нужно было!». — Я подготовлю акты?
— Не надо. Не надо всё усложнять. Вот тебе двести. Сто за объект и ещё сто — премия за то, что это оказалось моё родовое гнездо, это, знаешь ли, приятный бонус.
Цветлан легко принял купюры и с готовностью согласился.
— А ты сам, где, кстати, живёшь?
— С мамой, но мечтаю перейти на съём.
— А этот район тебе как?
— Очень достойный! С тех пор как тут «завелись» китайцы, — а он определённо имел в виду моих китайцев, ибо других тут не было, — они пару раз побили случайно забредших сюда архаровцев, которые хотели пустующие дома пограбить. И теперь это тихий район, спокойный и приличный.
— Выбирай ключи. Ну, кроме тех, где китайцы окопались. Думаю, что не стоит их трогать.
— В каком смысле «выбирай»?
— В таком, что это, по сути, служебное жильё.
— Как это?
— Это когда работодатель заботится о своих подопечных и даёт им жилье, тем мотивирует лучше на себя работать. Ну и где живут, знает.
— Работодатель… Вы меня принимаете в свой клан?
— А ты бы пошёл?
— Я не знаю, как это всё работает. То, что Вы стали одним из владетелей…
— Слово дебильное. Есть простое и понятное — лендлорд. То есть лорд с земелькой.
— Чересчур нерусское, — отмахнулся Цветан (кстати, болгарин). — Так вот, это новость номер один в республике. А ещё это значит, что к Вам табунами потянутся невесты.
— Это зачем?
— Вы теперь завидный жених. Молодой, здоровый, богатый, патриарх рода, — загибал пальцы риелтор.
— Будущий, я ещё ничего не оформил.
— Но ведь ясно, что оформите!
— Вот дерьмище-то. Спасибо, что предупредил.
— Я порадовался за Вас. Это же так здорово, когда вокруг тебя увиваются женщины, девушки.
— Ага, которым нужен мой счёт в банке, титул и прельщает особняк. Ладно, выбирай ключи, живи, сколько хочешь, пока не надоест, арендная плата мне от тебя не нужна, а насчёт вступления в клан я разберусь и поговорим.
— А для кого другие дома? Ну, ещё один объединим с Вашим, — Цветлан после того, как я заявил ему, что являюсь его работодателем (хотя было бы точнее сказать — заказчиком), неосознанно перешёл на местоимение «мы» при обсуждении моих вопросов, словно я был его ребёнком.
— Тот, что по соседству, отдам Джо, ещё один Тайлеру, чтобы ему было, где поваляться в перерывах между своими приключениями. Ну и дальше придумаем. Кстати, ты продолжай обрабатывать остальных собственников, можешь чуточку повысить цену.
— Вам ещё нужны дома? Зачем? У Вас есть особняк в землях Вьюрковского…. Простите, в Ваших землях, Филинова. И есть особняк в городе.
— Всё пока в подвешенном состоянии. А эту улицу, пока она не подорожала, я бы хотел выкупить всю. Может у меня быть своя улица?
— И переименовать в свою честь? Поставить капище Филину?
— Что⁈ Странные у тебя мысли. Просто собственность, просто в одном месте, просто чтобы по улице было пройтись не страшно. Идёшь такой и думаешь, район не мой, а улица — моя. Задача такая, спешки и ажиотажа нет. Работай основательно и неторопливо.
* * *
Фраза о счёте натолкнула на одну мысль. Надо срочно дуть в банк.
— Конечно, конечно, Аркадий Ефимович! — управляющий банка Берклей, на табличках встречалась как английская (Berkley Bank), так и русская версия, притащил меня в кабинет и усадил на кресло. Он и до этого общался со мной вежливо, а сейчас так и вообще рассыпался мелким бесом.
— То есть, Вы в курсе?
— Все в курсе.
— А были ли у дорогого покойника, моего дражайшего родственника Вьюрковского, который щедро оставил мне наследство, счета в Вашем банке?
Вообще Вьюрковский, как только умер, так сразу стал для меня хорошим. И хотя многие знали, что он пытался меня пристрелить, ходили такие слухи, все в моём присутствии уверенно делали вид, что это не так.
— Без обиняков скажу Вам «да», были, вернее был и есть, один счёт, деньги на счёте есть, но сумму пока что не назову.
— Пока что?
— Мы соблюдаем правила, в том числе в области банковской тайны.
— Ладно, я понял. Нужно свидетельство о праве на наследство, чтобы контроль перешёл ко мне.
— Номинальным держателем счёта станете Вы, Аркадий Ефимович… Кстати, по той фамилии, что Вы будете носить. В банковской среде, где высоко ценится господин Гриф, известна и рекомендация о смене фамилии, хотя это и не обязательно.
— Номиналом стану я и деньги мои?
— Всё верно.
— Есть болезненный вопрос.
Управляющий банком почему-то напрягся.
— У покойного наверняка были доверенные лица, которые имеют право на доступ к счёту и мне не хотелось бы, чтобы возникла ситуация, что мои деньги уплывут от меня до завершения оформления.
— Можете не переживать, наш банк, да и все банки оповещены о смерти такого высокопоставленного человека и это… номер статьи не назову, но помню, что смерть доверителя прекращает доверенность и больше никто не имеет доступ к счетам.
— Там, с юридической точки зрения, всё немного не так, не прекращения доверенности, но… пусть так.
— Да, считайте, что счета подверглись технической блокировке.
— Счета?
— Я, Аркадий Ефимович, конечно, говорю от своего имени, своего банка, но это как в школе, «один пишем, пять в уме». У покойного были счета и в других банках.
— И Вы считаете, что они поведут себя аналогично?
— Официально я Вам такого обещать не могу. За них не могу, а за себя про блокировку счёта вполне официально, если хотите, дойдём до операционистов, они Вам покажут запись.
— Не надо. Так что другие банки?
— Они сделают то же самое. И будут терпеливо ждать.
— Ну, в этом я как раз не сомневаюсь, ведь всё это время банк может «гонять» мои деньги.
— Аркадий Ефимович!
