Будет нет так просто все найти.
Эдвин объяснил, нарисовал карту от руки, и сделал пометки. Затем он как мог, вспомнил обо всех башнях, которые они посещали. Как оказалось, эльф, его документы и странные башни волнуют Гэвина куда сильнее вампира. Они говорили и говорили, владелец кабинета все записывал, и когда Эдвин был полностью вымотан отправил его обратно в комнаты.
Несколько дней продолжался этот допрос. Как понял молодой маг, Гэвин связывался со своими людьми при помощи кристалла связи, и они тут же проверяли все его слова и обыскивали развалины башен и имения эльфа. Тюрьма находилась под землей, и ее было обнаружить сложнее, а вот артефакт во внутреннем дворе пострадал только от артефактов и зелий, разрушение зданий его не коснулось.
С каждым днем, когда слова Эдвина подтверждались находками и следами их жизнедеятельности, отношение к нему менялось. Хотя в чем его можно было подозревать (кроме дружбы с высшим вампиром) сам молодой маг (и кроме попытки кражи имперского имущества) даже не мог подозревать (и кроме планов вынести из города столько ценностей, чтобы баронство застроить полностью). Другими словами — он вообще не натворил ничего такого страшного. Очередной день и очередной разговор начался не так, как обычно. Гэвин сидел за своим столом, задумчиво молчал, и не начинал разговор.
— Что-то случилось? — уточнил Эдвин.
До этого момента он был уверен, что всеидет отлично. Его версия не вызывала вопросов, про графа никто ничего и не спрашивал, отношение к нему стало лучше…
— К сожалению да, случилось. У нас небольшие проблемы, и когда я говорю «нас», я подразумеваю только вас одного.
— И… эммм… с чем связаны мои проблемы? — осторожно уточнил он.
Гэвин пожевал губы, и нехотя из себя выдавил.
— По вине некоторых наших сотрудников о вашем прибытии в город стало известно.
Теперь задумался уже сам Эдвин, но он все еще не видел ничего страшного.
— И сегодня на площади мы уже увидели двух подозрительных молодых людей. Из-за специфики нашей службы мы недолюбливаем подозрительные вещи. Молодые люди были схвачены и допрошены.
— Таааак, — начал подозревать самое плохое Эдвин.
— Они ждали вас.
— Вот оно как.
— И это плохо.
— Да, я понял.
— Просто ужасно. Как сотрудники нашей службы могли проболтаться? У меня это в голове не укладывается. Мы даем присягу служить империи и только империи. Никакие деньги не должны иметь возможность повлиять на наш выбор. И кто-то из наших дал слабину, пошел на это, и продал информацию. Просто ужасно.
— А… эммм… со мной-то что?
— О, они хотели вызвать вас на дуэль и убить, — словно это лежало на поверхности и было мелочью, сказал мужчина. — Найдем, мы обязательно найдем, кто продал информацию, не волнуйтесь.
— Я по этому поводу вообще не волнуюсь, — честно сказал парень.
Гэвин прищурился, глядя на него.
— Что же вас беспокоит?
— Собственная жизнь.
— Пока вы у нас, вы в полной безопасности. Продажные работники имперской службы безопасности… впрочем, я понял вашу позицию. Повторю: вы в безопасности.
— Это пока я у вас, а потом?
Гэвин промолчал, затем пододвинул к себе несколько листов бумаги.
— Мне пришли ответы от наших людей, и я хотел бы уточнить несколько моментов по поводу башни и ритуала, последствия которого вы в этой башне видели…
«Мне конец», — понял Эдвин. Еще он понял бессмысленность споров и возмущений.
— Что именно вас интересует?
Ближе к вечеру он стоял возле окна своей комнаты и наблюдал за площадью. Никаких свечей или магических светляков, его ничего не должно выдать. Сам он наблюдал из-за края шторы, и увиденная картина ему не нравилась. По ничем не примечательной площади, на которой даже негде было присесть, прогуливались молодые люди, некоторые парами, некоторые просто наворачивали по ней круги. Когда дело подошло к закату, половина из них разочарованно ушла, но лишь для того, чтобы Эдвин обнаружил их с утра.
— Здесь мне ничего не угрожает, — с сарказмом сказал вслух парень, выделив первое слово. — Что же…
Дни сменялись днями, Эдвин стал замечать, что вопросы про произошедшее в городе звучат одни и те же, но поставленные по-разному и задают их иногда с перерывом в день, а все его ответы записываются.
«Логично, потом они сравнивают все мои ответы в разные дни. И если что-то не сходится, значит я вру», — понял парень. Только ему было все равно.Он говорил правду и только правду, а те моменты, которые упоминать не хотел, особо безопасность и не интересовали. Хотя даже в таких скользких вопросах он свою версию проработал давно и знал наизусть.
И как бы он ни хотел еще немного задержаться в этом уютном, и, самое главное, безопасном заведении, зависело это не от него. В очередной раз к нему пришел не слуга, а целый отряд стражи, вооруженный и в полной броне.
— Приказано следовать за нами, — сказал главный так, что у Эдвина и желания спрашивать не появилось.
В то время, как он мысленно паниковал, а сам же пытался сохранять невозмутимое выражение лица, они вышли на улицу, а не как обычно прошли сквозь здания, и через всю площадь, направились ко входу. Люди на площади оживились.
— Позвольте, — подскочил к ним молодой изящно одетый человек. — Вы Эдвин, верно, вы меня оскор…
Стражник просто оттолкнул его, чего тот не ожидал. Он так и сидел на земле, и молчал от удивления. Еще один подошел и уже вежливо поинтересовался у стражи, когда он сможет решить один личный вопрос с магом, на что получил такой же вежливый ответ, что Эдвин задержан на ближайшие две недели, и раньше этого времени его ждать нет смысла.
— И как вам мое небольшое представление? — Гэвин выглядел довольным. — Слухи распространяются быстро, и ближайшие две недели вы будете считаться задержанным. Сами же успеете… не знаю… я вам накидал несколько вариантов, решать исключительно вам.
На стол хлопнула увесистая папка.
— А мы уже закончили? — удивился Эдвин.
— Да, мы узнали от вас достаточно. Сейчас на месте работает несколько команд под охраной. Как по мне, у того места достаточно долго для всех обитателей леса эльфов держалась зловещая репутация, и охрана и не нужна. Уже очень много достойных и интересных находок, император доволен.
— А я… эммм… а мне…
— Вознаграждение? — поднял бровь Гэвин.
