Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
– Тушим костер! – командовал Томский. – И сидим тихо. Авось пронесет.
– Что пронесет?
– В блиндаже нора здоровенной ящерицы. Я… Я ее потревожил…
– Черт бы тебя побрал, Толян! На месте не сиделось?
– Тс-с-с… После меня отругаешь. Если живыми отсюда выберемся.
Томский ползком подобрался к месту, откуда просматривался вход в блиндаж, и сразу увидел монстра. Второго. Этот был даже несколько крупнее своего собрата. Он не мог видеть Томского, поскольку отсутствие шеи не позволяло поднять голову, однако чувствовал близость добычи: сопел, втягивал ноздрями воздух и бил по земле хвостом. Толик все еще надеялся на благоприятный исход. Ящер мог успокоиться, убраться в блиндаж и позволить им уйти подобру-поздорову.
Все планы спутал Хрум. На мгновение луну заслонила его тень. Йети спрыгнул с холма, остановился в паре метров от рептилии и принялся бить себя кулаками в грудь, вызывая противника на бой.
Толик выругался. Остановить йети было невозможно. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Можно не прятаться, не ждать, пока ящер соизволит уйти. Он, конечно, большой, но и Хрума коротышкой не назовешь.
Наблюдая за подготовкой к драке, Томский понял, что йети ему кого-то напоминает. Он уже видел похожее существо. Вот только где и когда?
Между тем, в ответ на угрозы Хрума ящер ответил грозным рычанием и разинутой пастью, показав желтое нёбо и ряды внушительного размера зубов. Бигфута эта демонстрация силы нисколько не испугала. Он остался на прежнем месте, а когда ящер ринулся в атаку, наклонился и вцепился обеими руками в складки пупырчатой кожи. Хрум безошибочно отыскал слабое место рептилии. Ящер дергался, молотил хвостом по воздуху, но все его попытки освободиться были тщетными. Йети выставил вперед колено. Хрясь! Позвоночник хозяина блиндажа с треском переломился. Для пущего эффекта Хрум схватил рептилию за хвост и ударил головой о бетонную дорожку с такой силой, что череп ящера лопнул.
– Хру-у-у-ум!
Бигфут вынужден был прервать свою победную песнь – из недр блиндажа выскочили еще два ящера. Одного Толик узнал по вспоротому пулями боку. Он истекал кровью, но жажда убийства толкала его в бой. Через несколько секунд раненому монстру пришел конец – Хрум использовал тело убитого им ящера, как булаву, и несколькими ударами угомонил второго противника. Третьему ящеру удалось вцепиться большой обезьяне в ногу. Хрум покачнулся, упал на колено. Ладони его сомкнулись на нижней и верхних челюстях врага.
– Хр-р-р-р…
Мощным рывком йети разорвал ящеру пасть. Фонтан крови ударил Хруму в лицо. Он отшвырнул варана, протер глаза и поднял голову, чтобы посмотреть на луну.
Томский все вспомнил. Это было в детстве. Отец отвел маленького Толика в кино, и они с удовольствием посмотрели старую голливудскую сагу об огромной, но очень доброй и сентиментальной обезьяне. Кинг-Конг. Конечно же, Кинг-Конг. Порожденный радиацией мутант стал живым воплощением киношного персонажа.
Однако ностальгировать было рано: из блиндажа выскочили сразу три ящера, а за спиной Хрума затрещали кусты и показалась голова еще одной рептилии. Ромашковский парк просто кишел ими!
Теперь расклад сил был явно не в пользу Хрума. Он завертелся, среди оскаленных пастей ящеров, не зная, с кого начать.
Треск автоматной очереди вывел Томского из ступора. Пули Вездехода разнесли череп одному ящеру. Толик подстрелил второго, но на смену ему прибежали еще четыре рептилии.
Анатолий вскочил.
– Хрум, ко мне! Их слишком много! Ко мне!
Йети все понял. По пути наверх пнул ящера, посмевшего преградить ему дорогу. Тот несколько раз кувыркнулся в воздухе и плюхнулся на спину своим собратьям, вызвав их недовольный рев.
– Даже если мы расстреляем все патроны, они все равно до нас доберутся! Что делать, Толян?!
Томский не знал, что ответить карлику. Тот был абсолютно прав – ящеры окружили холм со всех сторон. Оставалось только одно – как можно дороже продать свои жизни. Так решил Анатолий, но у Хрума было особое мнение на этот счет. Он наклонился, бесцеремонно схватил Носова и усадил к себе на плечо. К Томскому, анархисту, герою и главе самой непокорной станции Метро, йети отнесся совсем без уважения – вместе с автоматом и вещмешком просто зажал под мышкой.
Даже если бы Толик и захотел протестовать против такого обращения, он не смог бы этого сделать – он и дышал-то с трудом.
Йети заревел так, что взбирающиеся на холм ящеры на мгновение остановились. Сделав головокружительный прыжок, бигфут перемахнул через скопище рептилий и бросился в чащу.
Это была головокружительная гонка. Трещали сучья, хлюпала вода, а луна, уже побледневшая в преддверии утра, бешено скакала по небу. Толик постепенно свыкался со своим интересным положением, приноровился к скачкам бигфута и даже видел Носова, вцепившегося обеими руками в шерсть на загривке Хрума.
Между деревьями появились просветы, стали редеть кусты. Йети немного сбавил темп. Вырвавшись из джунглей Ромашковского парка, он бежал еще где-то с полчаса, затем перешел на быстрый шаг, а еще через несколько километров остановился. Томский плюхнулся на землю и наконец получил возможность вдохнуть полной грудью.
Хрум сел. Грудь его тяжело вздымалась, а воздух вырывался из легких с хрипением. Нога, в которую вцепился ящер, кровоточила. Томский увидел оставленный на горках снега кровавый след – бигфут выдохся не от слишком быстрого бега, а по причине серьезного ранения. Теперь он не мог даже подняться и не падал только потому, что уперся руками в землю. Толик направился к ближайшей луже с талой водой, зачерпнул пригоршню грязи и аккуратно втер ее в рану на ноге йети.
– Ш-ш-штолик… Ш-штера…
– Сиди-сиди, дружок. Теперь мы в безопасности, а тебе нужен отдых.
– А ведь он нас спас. Кранты всем, если бы не Хрум.
Носов спустился на землю без Шестеры – ласка осталась на плече своего большого друга и занималась тем, что лизала его тругольное ухо.
– Спас, но нам придется оставить его здесь. Большому парню нужен тайм-аут, – Томский взглянул на компас. – А знаешь, Коля, до встречи с Хрумом я не очень-то верил в такую штуку, как счастливая звезда.
– Теперь веришь?
– Верю. Видишь лес на горизонте?
– Ну.
– Если судить по компасу, мы рядом с Жуковкой.
– Неужто добрали… Толян, кто это?
Томский не верил своим глазам. К ним шли люди. Один за другим они появлялись из предрассветных сумерек. Без противогазов и защитных комбинезонов. Бледнокожие и лысые. Больше всего они походили на толпу привидений, которым вечно суждено странствовать в холодной ночи.
Претворить в жизнь, а точнее в смерть, авантюру с гранатой Корнилов не смог. Удар между лопаток был очень болезненным, но принес ощутимую пользу. Когда Юрий упал на колени, очертания предметов вздрогнули и словно всосали в себя окружавшую их голубую кайму. Лес вернул себе обычные краски, а Корнилов понял: только что он был в шаге от самоубийства, на которое его пыталось подвигнуть Сфумато.
Эхо жужжания торсионного генератора еще продолжало биться о стенки черепа, но Юрий вырвался из-под его власти настолько, что тело ответило на удар срабатыванием защитного механизма. Корнилов резко наклонился и тот, кто хотел ударить его еще раз, по инерции перелетел через Юрия. Человек в сером комбинезоне и надетом поверх противогаза защитном обруче еще не очухался от падения, когда Корнилов вырвал у него «калаш» и съездил кулаком в челюсть. Голова противника стукнулась о землю, а Юрий сорвал с него обруч, стянул противогаз. Цыплячья шея с выпирающим кадыком. Острый подбородок.
Удержаться и врезать по этому словно созданному для битья подбородку было просто невозможно. И Юрий не удержался.
– Мое почтение, Руслан Ашотович! Вот мы и встретились, старый козел!
– Можно подумать, что ты – козел молодой! – окрашенные кровью губы Коробцова скривились в ухмылке. – Нехорошо, Корнилов, нехорошо бить пожилого человека по лицу!
– Слышь ты, пожилой человек, сейчас мы отправимся в Жуковку, где ты сможешь подать апелляцию за мордобой, но прежде… Есть у меня один парень, который тоже не прочь съездить тебе по роже. Эй, Артур, если в состоянии идти, подгребай сюда! Поболтаешь с уродом, который любит стрелять в спину!
– Он не в состоянии, Корнилов! И если не хочешь, чтобы я воткнул Артурчику нож в какой-нибудь из жизненно важных органов, слезешь с Руслана Ашотовича и поможешь ему подняться. Делай, что говорят, мутантофил. Я, как говорится, не люблю ждать!
Как говорится! Юрия словно ударило током. Как говорится… Еще один старый знакомый и коллега по татами. Ключник.
Корнилов поднял глаза. Кряжистый, невысокого роста мужик в таком же сером, как у Коробцова, комбинезоне, тоже с обручем на голове, обхватил рукой шею стоящего на коленях Артура и держал нож у его горла. Вторая рука высовывалась из-под мышки мутанта. В ней Ключник сжимал пистолет.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
