не хворать, — ответил я. — Какие-то проблемы? — Ну а что б вы на моем месте подумали? Зачем ему еще-то ко мне подходить? Наша с ним связь только через клуб, и вне его подходить ко мне ему смысла нет.
— Скучно, — услышал я ответ. После чего впал в состояние, которое обычно называют ступором. Я совершенно не понимал, как мне реагировать на его слова. Смеяться, возмущаться, удивляться, злиться? Чего он вообще от меня-то хочет?
— И? Я-то тут при чем?
— Ты глава клуба, придумай что-нибудь.
На мгновение я даже подумал, что это вариация на тему шутки об обучении, но лишь на мгновение. А остальное время, которое я тупо пялился на этого умника, я не знал, что и ответить.
— Отличная шутка, — ответил я наконец. — А если серьезно?
— А я серьезно, — вздохнул Кен. — Скучно. То… дело, из-за которого мы с парнями не захотели вступать в другие клубы, на время зависло, вот и маемся теперь. Так почему бы и не заняться клубной деятельностью, тема-то, похоже, интересная. Может, посоветуешь что? Судя по всему, ты в этом разбираешься.
— С чего ты взял? — изобразил я удивление.
— Уж больно грамотно запудрил мозги той девчонке.
— Хех, видимо, не только девчонке, — усмехнулся я. — Почитайте Нитто Популуса. Весьма грамотно пишет. Бывший разведчик.
— Блин, Сакурай-кун, что почитать, мы и так нашли бы. Из книг. Может, лучше справочник какой-нибудь?
— Популус очень хорошо пишет. Попробуйте, не пожалеете. Если вам действительно именно эта тема интересна. А потом и до справочника дойдем. И не вздыхай так тяжко. Сначала хотя бы начни читать.
— Значит, все же разбираешься? — улыбнулся тот хитро.
— Нет, — усмехнулся я в очередной раз. — Но именно меня, если что, стали бы спрашивать о деятельности клуба. Пришлось прошерстить литературу.
— Я-я-ясно, — протянул он. — Ладно, заценим книжку. Может, ты и прав. Только читаем мы быстро. Это я так, на всякий случай.
Хрена се, предъявы.
— Даже так?
— Э, ты только не подумай что не то. — Видимо, что-то в моем голосе все-таки было. И он это услышал. — Просто… эм… ну, может, сразу чего-нибудь еще посоветуешь?
— Тоётоми-кун, я вообще-то и не должен вам ничего советовать. Ты не забыл, чего ради мы клуб основывали?
— Да я что, я ничего, — поднял он руки кверху. — Ты не подумай, что я что-то требую. Просто… а-а-а, ладно. Популус так Популус, — махнул он рукой. — Пойду я тогда. Удачи.
— И тебя туда же.
Проследив взглядом за удаляющимся парнем, я повернулся к Райдону, дабы поделиться своим возмущением. Но тот, как и в первую перемену, что-то увлеченно черкал в толстой тетради. Уголек любопытства погас, так толком и не разгоревшись. Ибо — лень.
А на большой перемене, когда мы с Райдоном шли на обед, меня ударили током. Представьте себе — идете вы с другом по коридору, предвкушая сытный обед, и тут к вам подходит зажмурившаяся незнакомая девчонка, и-и-и, хренак, бьет вас электрошокером. Я от удивления забыл даже упасть и забиться в конвульсиях.
— Ты че творишь? — Давно я не ощущал подобного офигевания. А глянув на Рэя, понял, что не один я.
После моих слов девушка, широко раскрыв глаза и глянув на меня с изумлением, ткнула в меня своей шайтан-машиной еще два раза. На этот раз я хоть дернуться не забыл, падать-то после первого раза было бы некорректно.
— Э… э… — переклинило Райдона. — Э…
— Да хорош уже в меня тыкать этой хренью, — отмахнулся я от очередной заторможенной попытки шарахнуть меня током.
— Кья-а-а-а! — с воплем убежала от меня девушка. Такое впечатление, что я еще и виноват в чем-то остался.
— Кто-нибудь мне скажет, что это было? — задал я вопрос в пространство. Вот только ответа так и не получил.
На обеде, сидя в обычном нашем составе, я то и дело бросал взгляды на Кино Минэ, пытаясь разобраться, что же это все-таки было. Единственное, что мне приходило в голову, что девчонка вновь попыталась устроить мне пакость. Как всегда, чужими руками. Только смысла я что-то не улавливал. Да и сама Минэ, похоже, не в теме.
— Что ты все на меня косишься, извращенец?
— Не, ты слыхал, Рэй? — вскинулся я. — Как ни крути, а все же я был прав насчет того, кто на самом деле извращенцы.
— И кто? — спросила Шина.
— Бабы. Самые первые извращенцы. Что у них там на уме творится, не понять ни одному человеку.
Шина переваривала. Минэ начала раздувать щеки. А Анеко загадочно улыбнулась.
— Это мы извращенки?! — не выдержала стервочка.
— То есть что, мы не люди, что ли? — возмутилась Шина.
— … — продолжала улыбаться Анеко.
— Попроси у меня еще чая, мелкий. Уж отсыплю так отсыплю, — буркнула брюнетка.
— Без обид, Кояма-сан, — заметил Райдон, — но что у вас там на уме, действительно трудно понять.
— Зато с вами, мужиками, все предельно ясно, — слегка насмешливо ответила Шина.
— На том и стоим, — закончил я.
— Слушай, — подал голос Тейджо, — а это правда, что тебя по пути в столовую какая-то девчонка чуть шокером не затыкала? — После чего под тремя вопросительными взглядами неуверенно закончил: — Да вот, Рэй рассказал, пока в очереди стояли. — И уже совсем тихо: — Только как-то… шокер… и все такое.
После его слов взгляды сомкнулись на мне. Нет, похоже, Минэ тут ни при чем. Если взгляды Шины и Анеко выражали строгость и вопрос, то от Минэ веяло чистым любопытством.
— Вот я и говорю, одним богам известно, что у вас, у женщин, на уме творится, — пришлось сказать мне хоть что-то.
— Девушка знакомая? — задала вопрос Шина. — Какого года обучения? Признавайся, мелкий, что ты ей сделал? — Это она так шутит, если кто не понял. — Это не Исикава, часом? — Или не шутит?
— А сколько раз она тебя ударила? — Это уже Минэ. Но тут-то все понятно.
— Отстаньте от меня. Знать не знаю, кто это был, — ответил я, возвращаясь к бенто.
— Раз пять его шарахнула, — услышал я голос Райдона. Ну, спасибо, друг. — А кто это был, я тоже не знаю. Но там вряд ли что-то серьезное. Непонятное — да, но не опасное.
Надеюсь, что так, Рэй, положусь на твое аристократическое мнение.
— Пять раз? — Минэ.
— Да я сам в шоке. Она в него шокером тыкает, а он только вздрагивает. Да-а-а, это надо было видеть.
— Может, сходишь в медпункт, Синдзи? — А вот и Анеко, наконец, голосок свой явила.
— Все нормально, — улыбнулся я ей. — Наверняка это была чья-то шутка. Или шокер сломанный. После пяти разрядов я бы точно на ногах не устоял.
— Я в
