предоставлен сам себе. А эти нити мне Юрий отсыпал из пойманного заклинания.
Алиска обошла кольцо кругом, принюхалась, даже лизнула (я вздрогнул, но стерпел).
— Гадость, — констатировала она, скривившись. — На жертвенной магии замешано. Чую кровь. Много крови. И все девки, да?
— Тридцать красавиц, — подтвердил я мрачно. — Ради одного амулета, который должен был сделать меня рабом.
— Ну, дед на такое не подписывался бы, — Алиска фыркнула и уселась на пол, поджав хвост. — Он хоть и ворчливый старикан, но людей уважает. А эти… — она повела носом. — Эти нелюди. Совсем не люди. Даже не боги. Что-то другое.
— Культ, — кивнул я. — «Всеведающие». Мы уже два их храма разнесли.
— Я помню, — Алиска зевнула, сверкнув клыками. — Матушка про тебя спрашивала, кстати. Сказала, что она должна тебе две жизни, но одну она уже почти отработала, предупредив.
— Почти? — удивился я.
Да так… — она вдруг замерла, глядя на кольцо. — Слушай, пап, а дай я попробую?
— Что попробуешь? — насторожился я.
— Ну, я же богиня. Пусть мелкая, неопытная, но богиня. Жертвенная магия — это по нашей части в том числе, хоть и не пользуемся тысячелетиями. Я могу её очистить. Сделать чистыми эти ниточки. Тогда они и для тебя безопасны будут, и силу не потеряют.
Я задумался. Идея была безумной. С другой стороны, кто лучше божества разбирается в жертвоприношениях?
— А ты не сгоришь? — уточнил я осторожно.
— Я — богиня, — Алиска задрала нос. И тут же сдулась: — Ну, почти. Ладно, внучка бога. Но матушкина сила во мне есть. А она… она старше деда, между прочим. Просто помалкивает обычно.
Я чуть не поперхнулся. Старше Росса? Вот это новости!
— Об этом подробнее можно? — поинтересовался я, протягивая кольцо.
— Не-а, — Алиска лизнула кольцо, прикрыла глаза и замерла. Я даже испугался сначала, но через пару секунд она открыла глаза и выдохнула облачко пара. — Готово. Гадость убрала. Теперь это просто магия. Чистая. Бери, учись.
Кольцо в моих руках… изменилось. В магическом зрении оно теперь переливалось не тревожным багрянцем жертв, а ровным золотым светом. Нити стали спокойнее, ровнее, будто их убаюкали.
— Алиска… — только и смог выдохнуть я. — Ты гений.
— Знаю, — она снова зевнула и начала таять. — Я спа-а-ать… Ты это, пап, не балуйся сильно. И к матушке будь готов, она ещё придёт за разговором. Долг там… неважно. Споки…
Она исчезла, оставив меня в полном одиночестве и полном офигении. Моя приёмная дочь-богиня только что в одиночку «обезвредила» жертвенную магию уровня, который ставил в тупик даже Юрия. И ушла досыпать, как ни в чём не бывало.
Я ещё минут пять тупо смотрел на кольцо, потом спрятал его в пространственный карман и лёг спать. День выдался тот ещё.
Проснулся я с твёрдым намерением дожить до выходных и никуда не вляпаться. Судя по тому, как последнее время складывалась моя жизнь, это было сродни подвигу.
Завтракал в одиночестве — девчата ещё досыпали, наобщавшись вчера вдоволь. Василий суетился вокруг, подливал чай, поглядывал с отеческой заботой.
— Ваше благородие, вы сегодня поосторожнее там, в академии, — не выдержал он. — А то я вчера…
Я только головой покачал.
В академию прибыл за полчаса до первой пары. Настроение было… странное. Вчерашнее приключение с амулетом, нити ключников в кармане, Алиска, почистившая жертвенную магию одним прикосновением языка — всё это смешалось в голове в какой-то фантастический коктейль.
— Росомахин!
Я обернулся. Леонид догонял меня, на ходу поправляя сумку.
— Доброе утро, учитель! — выпалил он и тут же смутился. — Простите, если рано так называю, но вчера вы вроде не возражали…
— Не возражал, — усмехнулся я. — Но учитель — это громко. Пока просто спарринг-партнёр. Кстати, сегодня как раз боёвка. Готов?
— Всегда готов! — глаза у парня загорелись.
— Посмотрим, — хмыкнул я. — Встречаемся после четвёртой пары на малой арене. Я договорюсь. Если всё пройдёт адекватно, то приглашу тебя в гости, а там и на изнанку к монстрам заглянем.
Леонид кивнул, поклонился и умчался на свою лекцию.
День тянулся невыносимо долго. Лекция по истории империи (препод бубнил про хозяйственные реформы Кречетов двухсотлетней давности), потом основы магии (ничего нового, я это уже с Юрием проходил), потом физика (интересно, но сегодня как-то рассеянно).
На большой перемене пересеклись с девчатами. Арина с Лилей обсуждали, что возьмут с собой в имение, и явно нервничали. Пришлось успокаивать, обещать, что никаких монстров в гостиной не будет.
— А графа этого ты зачем с собой тащишь? — ревниво поинтересовалась Арина.
— Учиться, — пожал я плечами. — Парень хочет дела, а не светских сплетен. Чем не повод помочь? И откуда вы об этом знаете?
— Помочь, — фыркнула она. — Ладно, посмотрим на твоего протеже.
Лиля промолчала, но посмотрела на меня как-то странно. Я решил не углубляться.
Четвёртая пара наконец закончилась, и я потопал на малую арену. Это было закрытое помещение при академии, где старшекурсники могли тренироваться без лишних глаз. Юрий когда-то показал мне его, сказал: «Будешь тут дурь выбивать, если припрёт».
Леонид уже ждал. Переоделся в лёгкую тренировочную форму, разминался у стены.
— Не терпится? — окликнул я его, заходя.
— Учитель! — он вытянулся. — Я готов!
— Расслабься, — я махнул рукой. — Здесь мы на равных. Покажи, что умеешь. Бери учебный меч.
Мы вышли в центр арены. Я взял такой же деревянный меч, обмотанный тканью — чтобы не покалечить друг друга, но чувствовать удар.
— Нападай, — коротко бросил я.
Леонид не стал церемониться. Рванул сразу, с неплохой скоростью, меч описал дугу, целя в корпус. Я ушёл в сторону, даже не блокируя — просто шагнул. Парень проскочил мимо, развернулся, снова атаковал. Серия ударов — сверху, сбоку, снизу. Всё чисто, правильно, по учебнику.
И всё мимо.
Я уклонялся, не прилагая особых усилий. Опыт тысячей боёв на арене, где ставкой была жизнь, а не баллы, давал о себе знать. Леонид пыхтел, злился, но не сдавался.
— Стоп, — сказал я минут через пять, когда он уже прилично запыхался. — Хватит.
Он остановился, тяжело дыша.
— Я… я ни разу не попал, — выдохнул он с отчаянием.
— Конечно, не попал, — усмехнулся я. — Ты дерёшься как на турнире. Красиво, правильно, предсказуемо. А надо драться как в подворотне, где тебя хотят убить. Смотри.
Я взял меч поудобнее и показал несколько простых, но смертоносных приёмов — те, что сам выучил кровью и болью в Колизее.
— Здесь нет правил, — пояснял я. — Есть только ты и противник. Блокируешь не мечом, а временем — уходишь. Атакуешь не в корпус, а в шею, в пах, в колено. Бей, чтобы сразу вырубить, а не чтобы красиво.
Леонид слушал, раскрыв рот.
— А
