Роуз и снова повернулся к экрану. — У нас есть план.
Глава 15
Пространство неизвестно
Система неизвестна.
Легкий грузовик Хорек.
Корсо склонился над пультом управления, держа пальцы на клавишах, впился взглядом в экран. Трехмерная карта, проекция движения, основные точки, расчеты скорости и мощностей двигателей — все было перед ним. На соседнем экране виднелось разворошенное программное ядро системы навигации, куда капитан Хорька напрямую вносил изменения строчками кода. На вспомогательных экранах — данные о состоянии корабля, прогнозы расхода ресурсов, связь, отчеты и все прочее. Никакой виртуальности, никаких подсказок. Нет волшебных штурвалов и туповатой автоматики Искинов, в решающий момент способных выбрать самый безопасный и простой курс и похерить тем самым опасную, но необходимую траекторию движения. Только железо. Только живые пальцы.
Капля пота скатилась по лбу, скользнула по носу, и Корсо ощутил вкус соли на пересохших губах. Ничего. Пусть. Все идет хорошо. Все идет по плану. Они все ближе к своей смерти.
Дверь в рубку с мягким шорохом скользнула в стену, и Флин скосил глаза. Он же просил не отвлекать!
Суз мягко, как кошка, одним движением скользнула в свободное кресло второго пилота и уставилась на экран. Молча, не отвлекая капитана. Что ж. Ей можно. Ее присутствие даже ободряет. Теперь уж точно нельзя облажаться. Только не перед ней.
Корсо знал, что видит на экранах Марьям. Хорек крался через всю пустую систему, следуя курсу, который проложил Роуз. Вот уж у кого мозги набекрень. Парень абсолютно чокнутый — в этом Флин был уверен на сто процентов. Чокнутый гений. Нормальный человек такого не придумает. Именно благодаря спятившему капитану военного флота сейчас Хорек шел по сложной ломаной линии, крутившейся в трехмерном пространстве, как взбешенная змея.
Вообще принцип был простой, это Флин уловил сразу. Если хочешь грабануть какой-то склад, то надо заранее узнать, где стоят точки слежения. И просто двигаться по складу тихонько, не попадая в зоны их действия. Хуже, если это не просто камеры, а еще и датчики движения, у которых, в принципе, тоже есть свои слепые зоны. Еще хуже, когда датчики мобильны и беспорядочно мечутся по складу на подвижных шасси, выписывая непредсказуемые кренделя. Но. Даже в таком хаотичном движении есть своя система. Это только программа, пусть и сложная, большая, но заложенная заранее. Даже если используются случайные числа, как бросок костей, все равно есть свои закономерности — которые характерны для такого типа и класса вычислений. Чем сложнее и дороже программа, тем сложнее понять зависимости и предсказать поведение подвижных датчиков. Человеку это в принципе не под силу. Но на всякую программу есть своя — с винтом и блекджеком. Искусственные Интеллекты могли щелкать такие программы охраны складов как орешки. С боевыми программами, управляемыми другими искинами, было, конечно, посложнее. Там уж была борьба разумных систем — кто круче и быстрее, у кого длиннее… код. И вот тут Корсо для разнообразия повезло. На его стороне был искин боевого разведывательного корабля, который, на минуточку, специально был построен для того, чтобы решать такие задачи. Взламывать вражеские схемы и вычислять безопасные слепые зоны в системах слежения. И этот мощнейший боевой искин выдал этот курс. Роуз, конечно, псих, но дело свое знает.
Корсо медленно выдохнул, поднял дрожащую руку и вытер мокрый лоб. Очередная коррекция курса введена. Хорек миновал последнюю точку поворота, чудом увернувшись от группы вражеских кораблей, спешащих к месту сражения с флотом Союза. Теперь впереди оставался относительно прямой отрезок. Финальная точка уже видна, так сказать, на горизонте. Это чуть побитый метеоритами каменный отросток проклятой станции, походившей на дохлую морскую звезду. Флину было очень интересно, почему Роуз выбрал именно этот отросток — не самый длинный, кстати. И почему место потенциальной посадки выглядит так, словно по нему уже палили из лучевых пушек. Хотелось расспросить вояку, что они там произошло, но — увы. Огни погашены, большинство систем отключено, в том числе и дальняя связь. Режим радиомолчания, соблюдаем, значит, военную маскировку.
— Что там? — хрипло спросил Корсо, не отводя взгляда от экранов.
— Сидят, — коротко отозвалась Суз. — Вакка выглядит плохо. Эта штука выпивает все его соки. Как упырь. Но он сам захотел. Рвался нацепить эту штуку на голову, да побыстрее.
— В принципе, — медленно сказал Флин, выуживая из нагрудного кармана сигарету, — это логично. Мы приближаемся к точке. Лучше подключить этого Илена заранее.
— Сейчас он изучает то, что успели найти разведчики, — сухо произнесла Марьям. — Перед стартом адмирал успел скинуть пакет данных об устройстве станции.
— Вакка?
— Илен. Он просто в восторге, если я правильно поняла. Утверждает, что все складывается как нельзя лучше, и у нас все получится.
— Но у тебя такой уверенности нет?
— Нет.
Флин повернулся и посмотрел на Суз. Она сидела в кресле ровно, скрестив руки на груди, глядя прямо перед собой. Из нагрудного кармана торчал кусок пластика — какой-то обрывок печатной инструкции. Она была мрачной, но не печальной. Что-то в ней надломилось после того личного разговора по комму. Корсо был занят, а потом все так быстро закрутилось, что он не успел спросить, в чем там было дело. Но догадывался.
Протянув руку, он коснулся ее плеча.
— Марьям, — позвал он. — Эй.
— Он остался там, — сказала она, не повернув головы. — Там.
— Твой отец?
Суз медленно повернулась, смерила Корсо взглядом. В ее синих глазах не было слез, но они как-то выцвели, приобрели серый оттенок стали.
— Мой дед, — тихо сказала она. — Адмирал Хенрик Штоль. Семья военных, ты помнишь?
— Помню, — мягко сказал Корсо.
— Больше никого не осталось, — медленно произнесла Суз. — Последний бой. Мы… попрощались, прежде чем он отправил свой флагман прикрывать наш отход. Последняя атака. Я никогда не хотела… Не хотела быть как они, как дед, семья. Но вот и я здесь. Война всегда была делом страшно далеким. Все должно быть не так, Корсо. Не так.
— Я знаю, детка, — произнес Флин. — Жизнь вообще… Не сладкая штука. Так бывает, Марьям. Родня уходит, друзья уходят. Не война, так авария, не авария, так старость и болезни. У всех нас есть свой срок. Вопрос в том, что было до. Как ты подошел к этому. Было это зря, или нет.
— Подходит и наш, — медленно произнесла капрал, взглянув на экран. — И не уверена, зря или не зря.
— Мы спасаем галактику, — Флин затянулся сигаретой. — Куда уж круче, детка.
— Не уверена, что осталось что-то, что стоит спасать, — тихо произнесла Суз.
— Эй, — Флин крепче сжал ее плечо. — Там еще осталось дофига всего
