– Мне нравится точность и достоверность, Древний. Оттого я пошел к махо.
– И что Ньерв-Атир?
– Выяснилось что… мы думаем сходно. Помнишь, ты сказал про Южную Вервь: если армия не участвует в сражениях тысячу зим, она перестает быть опасной!? А я добавлю – если разведчик не внедрен, а просто правнук того, кто внедрялся – как можно на него опираться?!
– Но ведь они прямо вросли в Коронат! Это замечательное прикрытие.
– Или просто стали его частью! – с саркастической интонацией сказал Куаргир. – Ты только представь, сколько возникает возможности и вероятности для двойной игры!
Дар нахмурился. Умный кх'отр знал о чем говорил. Делу разведки он и все его сородичи обучались сызмальства, и проводили жизнь в суровых схватках и добывании информации, жизненно нужной клану. Достаточно вспомнить, как он хитростью столкнул лбами два огромных клана, а'Зардат и Хуурадан, на благо своей кх'Отрии!
– Ты что-то ему предложил? – тихо спросил Дар, начиная догадываться и чувствуя, как в сердце зарождается боль.
– Да, Древний. Нашим танграм предстоит не только омолодить армии Верви. Нам суждено вдохнуть новую жизнь в ее тайные сети! Нужна большая инспекция, и масса новых внедряемых агентов. Ведь первое, что сделает Коронат в предчувствии большой войны – схватит тех, кого знал, пытками, угрозами или "беседой откровений" выведает об остальных. Готовясь к схватке, тут нужно срочное вмешательство!
– Согласен. И мы уже обсуждали это с тобой и членами Собрания…
– Махо Ньерв-Атир поддержал мою идею, – Куаргир сжал губы и посмотрел в пол. – Это придется сделать мне и моим воинам!
Дар отшатнулся, чувствуя, как боль в сердце становится острее.
– Тебе и твоим во… Да ты рехнулся! Вас три с половиной тангра, на что вы можете рассчитывать?
– Мы все потомственные разведчики, – сдвинул брови черный воин. – И мы те, кому ты можешь доверять! Все это время на Ньепе я учился, как и остальные. Но по одной специальности – я узнавал, что нового в нашем ремесле придумала Вервь. – он усмехнулся. – Оказалось, не так уж и много. Просто чуть более совершенные инструменты…
Сердце защемило. Оно предчувствовало уход старого друга, чью поддержку он ощущал все долгие недели на Рортанге и в Пространстве… Подчиняясь неясному порыву, шагнул к Куаргиру, прижал к груди. Когти пальцев со звоном ударили в черный латнир воина. Ответное объятие было едва ли не крепче его собственного.
– Выбор не был легким, – Дар почувствовал, как Куаргир перевел дыхание, глотнул судорожно. – Но мнение Ньерв-Атира подтвердило мои сомнения. И мою решительность!
Куаргир отстранился от Дара, держа его руками за плечи и глядя прямо в глаза.
– Мы разработали план. И мне очень многим суждено пожертвовать. Знаешь, там, на внутренних системах Короната, тангры не допускаются. Мне придется… оставить свой латнир здесь, и моим воинам также. Мы превратимся в этих, – он скривился и кивнул вбок, видимо подразумевая безпанцирных таньров, выполняющих роль прислуги. – Я стану мейтером кроги, это уважаемая профессия, подразумевающая частые перемещения и владения складами. И главное – постоянное наличие поблизости большого количества кроги, а это информация и связь! Я теперь постоянно хожу с этими камнями в карманах… привыкаю…
Дар все смотрел ему в глаза, новость была ошеломительной. Но чем дольше он думал об этом, тем сильнее понимал правоту и прозорливость Куаргира. Да, несомненно, им нужны будут сведения высшей четкости, в достоверности которых не сомневаешься. И им потребуется еще кое-что! Эта мысль зрела у Дара день ото дня, и теперь пришло время высказаться:
– Хорошо, – сказал он. – Проверь их всех, и поставь своих тангров над ними. Но знай, есть еще одна задача, которая рано или поздно должна быть исполнена.
Куаргир кивал, глядя ему прямо в глаза. Он даже не спрашивал какая.
– На центральной планете реццов есть одна вещь. Звездобой… Он должен быть разрушен!
– Ньерв-Атир сказал то же самое, – кивнул кх'отр. – Это задача-максимум. Но сначала я проведу инспекцию главных агентурных узлов!
Его взгляд загорелся огнем, выносить который было трудно.
Может быть потому, что он рождал ответную боль расставания в груди Дара.
– Империя тангров! – с нажимом прошептал Куаргир и Дар крепче сжал могучие плечи старого боевого друга…
+ + +
– Слушаю! – голос Док-Атора при всем желании трудно было назвать мягким.
– Тотай-Тору, элитар б'рванского отряда с "Мощи Давления", снова просит переговора с тобой, – ответил оператор кроги.
Док-Атор повернулся к столу, кивком показывая сидевшим в зале, что разговор с ними будет следующим.
– Ну хорошо, я уже несколько раз обещал Тору, но не было времени. Давай его!
Из камня кроги на столе отпочковалось голубоватое облачко, в котором была видна часть внутренней стены с узорами, какие бывают только в "глубине небес". Там, вытянувшись и замерев, стоял бравый тангр коричнево-желтого, пятнистого окраса, в котором без труда узнавался б'рванский мотив. Эгиббард чуть скривился, б'рванцы по-прежнему вызывали в нем память о проблемах во время перехода через Эбирройскую равнину.
– Что у тебя?
– Воины моих отрядов все еще находятся на разных лодках, почтенный! Было бы разумно объединить нас всех где-то в одном месте…
– Мне видней, что разумно! – отрезал а'зардовский эгиббард, сводя брови вместе. Еще не хватало, чтобы б'рванские выскочки учили его, что делать.
– б'рванцы кровью доказали свою верность! – предано отчеканил Тору, – при захвате уровней "Речной Змеи". Если великому эгиббарду Док-Атору мы нужнее на экортере, давайте мы вернемся. Но в любом случае, мы говорим на одном языке, и будем полезнее собранные вместе, в одном отряде!
– У нас всех теперь одна трава под латниром! – рявкнул Док-Атор. – Надеюсь на "Мощи Давления" тангры так же неукоснительно дышат из лечебной трубки, как и в "Речной Змее"?
– Так же, великий! Мудрость эгиббардов выше небес!
Док-Атор косо усмехнулся. Этот б'рванец еще продолжает поучать, указывая что делать. Пусть и использует для этого лесть… Однако были причины, почему стоило идти ему навстречу.
– Хорошо, – кивнул он набок, по-тангрски. – Забирай всех к себе. И смотрите мне!
– Благодарю великого эгиббарда! – склонился Тору.
Но а'зард уже не слушал его, отключая кроги.
– Вы добры к подчиненным! – тут же подольстился близко стоявший Реиркунн.
– Там другая проблема, – холодно возразил Р-Йор.
Док-Атор хмуро посмотрел на обоих, и процедил:
– Вчера у меня была делегация с'энфарпов, требовавших казнить б'рванцев. Они все кровники, и полны жаждой мести. По любому лучше развести их на разные лодки, так я считаю!
Никто не возражал, и после непродолжительной паузы властный а'зард рявкнул:
– Ну, что там у нас дальше? Продолжаем…
+ + +
Куаргир ушел, а Дар еще долго не мог заснуть, ворочаясь в темноте. Лежать в латнирной выемке было верхом удобства, но бег мыслей все не остановливался, а сумбур эмоций, начавшийся после слов Куаргира, просто рушил спокойствие. Было какое-то странное ощущение, будто приближается, нарастает некий цикл событий, к которому он совершенно не готов. Дар так и эдак обдумывал все текущие дела, оценивал. Все шло неплохо. Заканчивался их срок на Ньепе, скоро увеличившийся флот стартует назад к Рортангу. Подготовка звездолетов к дальнему плаванию шла своим чередом, пополнялись запасы оружия, аммуниции, топлива, атакеров. Ньепа ускорила производства всех военных заказов, насколько это позволяли возможности живых. Отдел планирования Высокого Собрания в мельчайших подробностях разрабатывал схемы будущих действий, в том числе возможной обороны Ньепы и Танграджа, нападений на разные узлы Короната. Отаруги упражнялись с новым оружием. Набор дополнительных частей шел полным ходом. Вервь, с ущербом для себя, снабжала флот Дара полным требуемым комплектом кроги, курканов, зародов шарки… Все тангры на "Мощи Давления" и "Речной Змее" практически завершили лечение по восстановлению единой цнбр. Все было хорошо и они успевали. Осталось доделать всякие мелочи, затем провести общий парад и – в путь!
Но нет…
Волнение не проходило. Наоборот, оно скачком выросло, и Дар почувствовал что трудно дышать. Какой-то жар появился во теле и он мгновенно взмок. Что за чертовщина?! Нервы были как голые и лаяли на любой раздражитель… Поверхность лежака обжигала…
И вдруг словно разрядом пронзило изнутри.
Все тело конвульсивно выгнулось, а после согнулось, будто сквозь него продели трос и дернули. Руки-ноги напряглись, брюшина стала деревянной, стянув тело в мясокостный ком вокруг солнечного сплетения. Движение свершилось произвольно, точно тело само решило, что ему делать. Словно уже не принадлежало ему… Стало оглушительно тесно и больно, ни сантиметра места для вздоха. Это длилось просто бесконечно, казалось, он уже сросся в мясной кубик…
