когда мы добрались до скального гребня, за которым прятался враг.
Удивительно, но эти аборигены двигались пешком, шестиногих коней я не увидел. Еще более удивительно, но они не побежали, а с истошными воплями ринулись в атаку, размахивая кривыми ножами.
Их было на самом деле пятеро.
— Это вы зря, — Гита махнула рукой, и один из коротышек в мешковатых одеждах рухнул на месте, а другой завыл и закрутился, вскинув руки к закрытому тканью лицу.
Лана обезвредила еще двоих, а мне достался пятый.
Я подставил автомат под выпад ножа, и лезвие бессильно звякнуло, наткнувшись на металл. А затем ударил сам, прикладом, целясь в висок — навыки рукопашного боя с «калашом» пригодились и тут, на другой планете, благо противник по габаритам не сильно отличался от людей.
Он попытался увернуться, но недостаточно ловко, и получил по башке, лишился сознания. Тот, который выл и крутился, упал сначала на колени, а затем мордой вниз, на одного из сородичей.
— Интересно, двое из них близнецы, почти одинаковые генетически, — сказала Лана. — Впервые такое вижу.
— Что будешь с ними делать? — Гита смотрела на меня, прищурившись. — Застрелишь?
— Нет, — я повесил автомат на плечо. — Свяжу руки и оставлю.
Блондинка хмыкнула:
— Но они же разозлятся? Пойдут за нами следом?
— А если убить, то их сородичи пойдут. Очень злые.
Лишив жизни этих пятерых, мы не избавимся от преследования, а лишь покажем аборигенам, что мы с ними во вражде. Если же просто обезвредить их, не убивая, то может быть в эти уродливые головы придет мысль, что мы с ними воевать не собираемся… просто идем через их территорию по своим делам.
— Это мне в голову не приходило, — теперь хмыкнула уже брюнетка, и ведьмы переглянулись. — Давай мы тебе поможем… Чтобы эти парни точно ничего не вспомнили. Спутаем им воспоминания.
Она присела, коснулась головы одного аборигена, затем второго, тот же маневр повторила Лана. За пару минут вся пятерка получила своеобразное «благословение», а я опять ничего не увидел и не понял, не мог разобрать, что именно было сделано и каким образом.
Все похвалы в мой адрес были не более чем комплиментами, я пока мог воспринимать и делать что-то очень грубое, причем исключительно в экстремальной ситуации, когда опасность грозила моей собственной жизни…
Аборигены остались лежать без сознания там, где упали, а мы двинулись обратно. Наши успели не только спуститься в пески, но и уйти далеко, и придется напрячься, чтобы их догнать.
Сил меж тем практически не было, я шел, волоча ноги, словно древний старик. Барышни из подразделения М выглядели бодрее, но я понимал, что им тоже непросто. Привычки к подобным «забегам» у них не имелась… да и откуда ей взяться?
Интересно, как воюет эта необычная часть, какие операции выполняет?
От размышлений меня отвлек прикатившийся из-за горизонта протяжный гул — работала артиллерия. Началась большая операция по уничтожению поселка дрищей и таящейся в нем жуткой опасности, в которой мы неожиданно оказались ударным звеном, а все остальное, включая танки и прочую технику — всего лишь отвлекающим фактором.
По следам двигаться было легко, и вскоре мы увидели шагавшую в арьергарде тройку. Один из них помахал нам, я помахал в ответ, и они даже чуть замедлили ход, чтобы мы могли их догнать.
Об успешно выполненной задаче я доложил Цзяню по рации, и тот велел присоединиться к нему.
— Вы справились, — сказал возглавлявший группу Сыч. — Хотя я и не сомневался. Одолеть ужас может только другой ужас, еще больший.
— Такого комплимента мне еще никто не говорил, — и Лана ехидно захихикала.
Помимо Сыча тут были Нагахира и Мэнни, и эти посматривали на ведьм с опаской, а на меня вовсе старались не глядеть. Стена между нами стояла крепко, и от осознания этого факта саднило внутри, сердце неприятно дергалось.
Неужели я больше никогда не стану дляпарней своим?
Догнать основные силы мы не успели, едва обогнали арьергардную тройку, как вновь донесся гул, но теперь уже из-под земли. Целый ряд белоснежных молний ударил из песка, образуя кольцо вокруг движущегося по пескам отряда, и внутри меня завыл ледяной ураган, замораживая извилины, покрывая их слоем инея.
— Проклятие!! — заорала Лана, но ее крик потонул в шуме и грохоте.
Мы почти забыли, что на нас охотятся могучие существа с другой планеты, только вот они нас помнили… И нанесли удар точно в тот момент, когда мы оказались в том месте, где изломы со всех сторон, где нельзя отступить, некуда бежать, где мы в ловушке.
— Да, наш косяк. Прозевали, — согласилась Гита.
А стены из сияния уже поднялись из-под земли, заколыхались в них исполинские фигуры без голов, с воронками-раструбами вместо рук и ног. И мне показалось, что я услышал голоса, насмешливые и злобные, настолько басовитые, что человеческое ухо способно уловить их лишь как вибрацию — они обсуждали нас, и радовались, что мы наконец-то попались.
В основной группе, где был Цзянь, началась суматоха, там явно попытались сойти с ума пятеро зомби, меченых червоточиной. Авангард начал отступать, теснимый надвигающимся цунами из света, и голоса за пределами слышимости зазвучали торжествующе, радостно.
— Одни не справимся, — Гита посмотрела на меня. — Трое — идеальная рабочая команда. Готов?
Я что, мог сказать «нет»?
Я знал, что происходит с теми, кто попадет в пронизанное молниями, насыщенное туманной жизнью сияние. И вовсе не хотел себе такой судьбы, обреченного существования в ожидании момента, когда неведомый хозяин возьмет надо мной контроль и бросит на какую-нибудь убийственную для исполнителя задачу.
Гита встала справа от меня, Лана оказалась слева — как обычно.
— Что делаем? — спросил я нервно.
Я ощущал себя новобранцем, не державшим в руках автомата, которого выгнали против танка и дали РПГ. То есть теоретически я понимал, что происходит, и какова наша цель, но навыков и знаний для ее достижения я вовсе не имел, соответствующих тренировок не проходил.
— Стараемся не обгадить портки, — блондинка выступила в своем репертуаре. — Разберешься. Помогай.
А ветер в моей голове уже не выл, орал, я почти видел тучи снежной крупы, несущиеся на меня. Хотя нет, не снежной крупы, а холодного песка, черного, словно обсидиан, похожего на пыль… так я воспринимал сознание размерами с планету, способное одной своей тяжестью открывать червоточины.
И еще я воспринимал нити… нет, каналы
