— пожал я плечами. — Она всех портит. Даже самые преданные со временем задумываются о том, а стоит ли их преданность уплаченной цены. И, как правило, такое вопросы это пут ьв один конец. Так, что там с вертолётом?
— Когда на нас напали они оба были готовы к вылету. Понятия не имею, что с ними сейчас.
— Пошли узнаем.
Мы направились к посадочной площадке. Та находилась на крыше одного из зданий, с неплохим таким видом на окружающий город. Вообще, вся база располагалась внутри города, достаточно близко к набережной и обладала всей необходимой техникой, какая только могла потребоваться для того, чтобы оперативно доставить сотрудников владивостокского ГРАУ к нужному месту в случае возникновения очередной аномалии.
Так же, как и сказала София, здесь были два вертолёта. Почему были? Потому, что из них остался только одни. Второй выглядела так, словно кто-то с задором и весельем выпустил по нему добрых сотни три или четыре патронов из пулемёта или чего-то столь же убедительного. Весь левый борт машины зиял сотнями пулевых отверстий, а на бетоне под фюзеляжем уже успело натечь здоровенное пятно то ли масла, то ли ещё чего-то другого.
— Не, этот уже точно не полетит, — выдал своё ценное мнение Бондаренко.
— Спасибо, майор очевидность, — скривился я, оглядывая вторую вертушку. — А второй?
— Сейчас посмотрим.
Со вторым, слава богу, вышло получше. Грозная винтокрылая машина стояла на площадке. Вытянутая кабина для двух пилотов. Десантный отсек. Короткие крылья, под которыми, правда, сейчас не было вооружения. Не смотря на дыры от пуль, выглядел он по лучше. Я бы даже сказал хорошо. Бондаренко даже забрался в кабину и что-то там понажимал на приборной панели.
— Вроде всё в норме. Но нужно, чтобы техники осмотрели двигатели…
— Нет у нас на это времени, — перебил я его.
— Ну, тогда я тебе ничего не обещаю, — сразу же пошёл в отказ майор. — Видишь вон те отверстия? Там за обшивкой гидравлика несущего винта. Если она повреждена, а мы об этом узнает в полёте, то он закончится так же быстро, как водка на свадьбе. И с такими же печальными последствиями.
— Грустные у вас, видать, тут свадьбы…
— Ты с темы не съезжай, а, — погрозил мне пальцем из кабины майор. — Я тебе серьёзно говорю. С этим шутить нельзя.
Хотелось выругаться, но я сдержался. Вдох-выдох.
— Ладно. Проверяйте её. Только как можно быстрее.
Геннадий лишь кивнул, быстро достал снятую с одного из бойцов Калинина рацию и начал отдавать приказы.
Я же, тем временем, спустился с площадки и нашёл Кузнецова, предварительно уточнив один вопрос у Бондаренко. Тот тут же пообещал прислать нужного человека.
— Андрюха?
— Мы в норме. Антоху уже залатали. Жить будет, но дальше с нами не пойдёт.
— Понял. Выдели человека, пусть доставят его в порт к Виктории…
— Я думал, что мы полетим с тобой, — тут же кинул он предъяву.
— Полетите, не переживай. Но места мало. Одна птичка в хлам. Бондаренко сказал, что её сейчас не восстановить. Так что осталась одна, да и та, не факт что пригодна к полётам. Так что выбирай шесть человек и…
— Пять, — тут же встряла София. — Я лечу с тобой.
— Шесть это с тобой, — успокоил я её. — Не переживай, оставлять такую разрушительную малышку здесь без дела я не собираюсь.
— Кстати о разрушительности, — вспомнил Андрей. — Ты поговорил с ним о…
— Да, да, да. Он пообещал прислать человечка.
Не прошло и трёх минут, как майор своё обещание выполнил. К нам подбежал молодой парень в военной форме. Выглядел он настолько молодо, что я даже засомневался, а есть ли ему вообще хоть восемнадцать.
Хотя, уж что уж мне-то говорить.
— Здарова. Это вас майор сказал в арсенал отвести? — бодро спросил он, кося глазами в сторону Софии.
— Ты, это, смотри. Косоглазие заработаешь, — привлёк я его к себе за плечо. — И, да. Нас. Пришло время покупок.
— У нас тут небольшая прогулка намечается, — тут же добавил Андрей. — Так что было бы неплохо взять с собой что-нибудь…
— Посолиднее чем ваши мелкашки? — с улыбкой спросил парень, кивнув в сторону висящего у Кузнецова на плече автомата. — Триста восьмой?
— Можно. Но лучше пятидесятки. У меня все ребята одарённые…
— А, — обрадовался парень. — Тогда вес и отдача большой роли не сыграет. Можем ещё и бронебойно-разрывных отсыпать.
— Самое то, пацан, — обрадовался Кузнецов. — А с антимагической начинкой есть?
— Не, — расстроился парнишка. — Всё в последнюю вылазку потратили и во время прорыва в городе. Если и остались, то только пистолетного калибра.
— А у них с останавливающей силой так себе, — сразу приуныл Кузнецов.
— Зато есть куча наплечных гранатомётов и куча боеприпасов к ним, — тут же поспешил порадовать его парень, и Андрей заулыбался.
— Термобары?
— Обижаешь, начальник! Конечно! И даже лучше!
— Зашибись, — Кузнецов уже радостно потирал руки.
— Может вам комнату снять? — предложил я им. — Сядите. Поболтаете…
— Пошли, пошли, пошли! Влад! Чего стоим, кого ждём? Только время на твои дурацкие шутки тратим!
Покачал головой и пошёл за ними. Вот же, нашил друг друга, два одиночества.
И нормальные у меня шутки…
— Тебя хоть как звать-то? — спроси я у парня.
— Рядовой Потапов, ваше благородие, — бодро отозвался он, открывая перед нами дверь одного из складов и заходя внутрь. — А если не секрет…
— Секрет, — тут же угомонил я его, предугадывая, какой именно вопрос тот задаст. — Лишний груз не берём.
— Я вообще-то отлично стреляю, — тут же обиделся тот, доставая из кармана связку массивных ключей, чтобы отпереть перегородившую коридор решётку.
— Да хоть ты самый быстрый стрелок на диком западе, — отмахнулся я от него. — Лишнего места всё равно нет.
— Ну, не знаю, как насчёт быстрого, но я могу уложить десять пуль в пятисантиметровый круг с дистанции в километр. При любой погоде и темповой стрельбой, ваше благородие.
Я уже хотел было махнуть рукой на его бахвальство, но чувство подсказывали, что Потапов не врал. Точнее не так. Он был абсолютно уверен в своих словах.
— Не брешишь? — сразу же спросил идущий
