Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74
Эльф досадливо взмахнул рукой.
— Справедливость! Нельзя вершить великие дела, руководствуясь справедливостью! Это непростительная слабость!
— Слабость? — вскинулся Эрл. — Городские власти, с излишней прытью исполняя указ, хватают невиновных!
— И что же будет, если твои подданные сменят излишнюю прыть на излишнюю осторожность? — холодно вопросил Лилатирий. — Сколько настоящих злодеев успеет уйти от заслуженного наказания? И не окажется ли среди этих злодеев еще одного Константина? Никто не может поручиться. Спасти сотню-другую невиновных, чтобы впоследствии погубить тысячи и тысячи, — вот цена справедливости. Ты не можешь позволить себе справедливость, повелитель Гаэлона. Мы — не можем позволить себе справедливость! — Эльф протянул руку к креслу, на котором сидел король, как бы показывая, кого он имеет в виду, говоря это «мы». — Закон всегда превыше справедливости. А беспрекословное исполнение закона — и есть основа Власти. А крепость Власти — и есть порядок. Ты забыл, повелитель Гаэлона, ради чего Высокий Народ заключил союз с людьми?
Король ничего не ответил на это.
— Болотники не признают твою власть. — Голос Глядящего Сквозь Время стал ниже, превратился в пугающий рокот, от которого у находящихся в зале оледенели внутренности. — Болотники не признают Власть. Потому что они не боятся твоей Силы. По той причине, что они сами осознают себя — Силой. А Сила и Власть — есть две части единого целого, и одно никак не возможно без другого. Сила всегда будет искать Власти…
Что-то происходило в Судебном зале, что-то непонятное. Воздух сгустился и потемнел. Древние камни стен затряслись вполне ощутимой тряской, однотонная их чернота вдруг поплыла мутно-молочными полосами, свивающимися в спираль, и оттого казалось, будто не камни это вовсе, а выпученные от ярости бесчисленные глаза невиданного какого-то чудовища. Пламя факелов и напольных светильников затрещало длинными белыми искрами. А цепи под потолком оглушительно залязгали жутким зубовным лязгом.
Хранитель Поющих Книг Лилатирий, Глядящий Сквозь Время, стоя в ореоле багрово-кровавого свечения, вытянул неестественно удлинившуюся руку по направлению к Красной Горке.
— Сила всегда будет искать Власти! — грохотал эльф. — Твоей власти, повелитель Гаэлона! Власть уходит к тем, кто сильнее! Так будь сильнее тех, кого ты называешь братьями! К этому призываю я, пришедший сегодня в твой дом, чтобы предостеречь тебя! Призываю от лица всего Высокого Народа, заключившего союз с человечеством. Мы союзники, повелитель Гаэлона, помни об этом. Мы делаем одно дело. И я требую для тех, кто несет нам, нашему союзу, опасность и беду, — смерти!
Четыре ступени Судебного зала Башни Правосудия не выдержали сумасшедшей концентрации напряжения. Многие из тех, кто стоял на первых трех ступенях, вдруг, потеряв разум, кинулись куда-то и увязли в толпе, и забились там, истошно вопя, ударяя соседей локтями и коленями. Кто-то забился в истерике, истошно визжа; кто-то — напротив — застыл изваянием. Несколько стражников, стоявших ближе всех к двери, побросали алебарды и принялись судорожно ломиться в закрытые двери, не замечая засовов. Один из министров с третьей ступени, подогнув колени, полуприсел и, страшно вращая глазами, затянул басовитый протяжный вопль. Оказавшийся ближе всех к вопившему всплеснул руками, открыл рот, словно желая сказать что-то, но вместо слов из горла его вырвался раскат безумного хохота.
Господина Гавэна вдруг одолела икота, да такая сильная, что он вынужден был уцепиться за Судейское кресло — частые нутряные толчки швыряли его тело то в одну, то в другую сторону, грозя и вовсе уронить.
Его величество Эрл Победитель стиснул руки на подлокотниках. Золотые кудри короля, вмиг утратив пышность, потемнели от обильного пота. Челюсти Эрла были крепко сжаты — до кровяных пятен на скулах.
Рыцарь Северной Крепости Оттар обеими руками схватил себя за плечи, точно боялся, что его вот-вот разорвет изнутри. Он расслабленно выдохнул, только когда Кай раскрытой пятерней толкнул его в затылок.
Очарование Высокого Народа имело одну особенность. Самые сильные чувства, обуревавшие эльфа, мгновенно распространялись на существ, в тот момент оказавшихся поблизости. И далеко не все существа были способны вынести жуткую эту атаку на разум.
Герб закончил шептать в прижатую к губам ладонь. Отняв ото рта руку, он повернул ее ладонью кверху, чуть пригнул пальцы. В горсти старика-болотника вдруг заблестела горка порошка — настолько мелкого и легкого на вид, что в материальность его трудно было поверить. Герб осторожно подул себе на ладонь.
Порошок молниеносно разлетелся на весь зал, осыпался на головы людей невесомыми крохотными искрящимися и сразу же тающими снежинками.
И сила наваждения иссякла.
Пламя факелов и светильников загудело ровно, стены вновь обрели законную неподвижность. Те, кто орал, замолчали. Те, кто оказался на полу, поднимались, смущенно отряхиваясь, стараясь не глядеть на окружающих. Бившиеся в истерике, все еще продолжая всхлипывать, непонимающе хлопали глазами, будто только вырвались из душных объятий скверного сна. Только цепи под потолком все раскачивались, сталкиваясь друг с другом, звеня и скрежеща.
— Др-р-рянь… — тряся головой, прорычал Оттар, ни к кому, впрочем, конкретно не обращаясь.
— Ты закончил свою речь, эльф? — осведомился Кай у Лилатирия.
Глядящий Сквозь Время не ответил ему.
— Могу ли я теперь начать говорить? — обратился Кай к Эрлу.
Король отпустил подлокотники кресла. С трудом, будто мышцы шеи у него онемели, он повернул голову к Лилатирию.
— Они не заслужили смерти, — сказал Эрл. — Ты слышишь меня, Лилатирий? Они не заслужили смерти. Я не позволю причинить вред своим братьям.
— Если ты говоришь так, повелитель Гаэлона, — ответил Хранитель Поющих Книг, — значит, ты так и не понял, о чем я рассказывал тебе. Жаль.
— Так позволено ли мне говорить? — спросил снова у короля Кай.
— Да, — хрипловато ответил Эрл, — говори.
И Кай начал говорить.
ГЛАВА 2
— Отпуская меня в Большой мир во второй раз, — начал свою речь рыцарь Ордена Болотной Крепости Порога сэр Кай, — Магистр Скар дал мне и такое задание: выяснить, на самом ли деле вы, ваше величество, заключили союзе Высоким Народом. И в том случае, если таковой союз и вправду заключен, — разобраться: допустимо ли считать вашу власть законной?
Ропот недоумения слабым дуновением прошелестел по Судебному залу: люди, наполнявшие помещение, не вполне еще оправились от пережитого потрясения.
— О чем ты говоришь, брат Кай? — недоуменно вопросил Эрл.
Хранитель Поющих Книг Лилатирий, Глядящий Сквозь Время отступил к стене и, скрестив руки на груди, принял позу наблюдателя. Теперь высокая его фигура испускала тяжелое медное свечение.
— Долг рыцарей Болотной Крепости — уничтожать Тварей, защищая от них людей, — охотно объяснил Кай. — Издавна болотники полагали Тварями — нелюдей, несущих зло человеку. Но мы в своей Крепости слишком мало знали о Высоком Народе, чтобы определиться: считать их Тварями или нет. Они — нелюди, это ясно. Но имеют ли они цель навредить людям? За время своего путешествия по Гаэлону, наблюдая и размышляя, мы пришли к выводу — нет, Высокий Народ не стремится принести зло в мир людей. У них другая цель. Следовательно, эльфов нельзя считать Тварями. И они не подлежат уничтожению. И вашу власть, ваше величество, следует признать законной.
Лилатирий коротко и зло рассмеялся. Эрл, не говоря ни слова, прямо смотрел на Кая. Странное выражение укрепилось на лице короля — он будто только сейчас увидел юного болотника впервые. Должно быть, так казалось ему оттого, что за последнее, богатое событиями время король уже начал забывать и почти забыл о том, какой же человек этот Кай. И вот теперь вспомнил.
— Став правителем королевства, — говорил юный болотник, — вы взвалили на себя тяжкое бремя Долга — оберегать и заботиться о своих подданных. Вы — наш король и наш брат, ваше величество, и наш Долг — помочь вам, если вы оступились на избранном вами пути. Наш Долг — вразумить вас.
— Что же это такое?.. — прошептал Гавэн.
— Изданный вами указ… — проговорил Кай. — Он опасен и вреден для королевства. Совершенно недопустимо останавливать развитие магии, даже на время. Это значительно ослабит могущество Гаэлона, сделает страну более уязвимой для врага.
— Но… — произнес Эрл, и многие в зале поразились, как спокойно — и даже почти смиренно — звучит голос короля, — но сколько зла пережил Гаэлон от магов. Я не хочу, чтобы это повторилось.
— Враг есть враг, — ответил Кай. — Если он практикует магию, это вовсе не значит, что опасна — магия. Это значит, что опасен враг. Случись такое, что восстанут против королевской власти все кузнецы Гаэлона, ведь не будете вы ставить вне закона кузнечное ремесло?
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74
