Сяоюэ преградил ему путь и, приглаживая бороду, объявил:
— Образцовый наставник Мо, сердечный червь — это не шутка. Оказавшись между ножом и разделочной доской, я, как та рыба, вынужден сделать нелегкий выбор между жизнью и смертью и стать вашим противником. Так что не взыщите.
Однако теперь не только он, но и мастера из других орденов, не в силах терпеть мучения, один за другим пытались убить Мо Жаня.
К этому времени на Платформе Призыва Души все смешалось[231.8] и воцарился полный хаос.
Заклинатели из разных школ дрались между собой: те, у которых внутри был паразит, и те, у которых не было, предатели и не предатели — теперь все бились со всеми и все сражались друг против друга.
Цзян Си бросил все силы на борьбу с Хуа Биньанем, Мо Жань защищал Чу Ваньнина, став последней линией обороны, сдерживающей атаки Хуан Сяоюэ и прочих заклинателей, накатывающие со всех сторон словно бурные волны, Чу Ваньнин непрерывно вливал свою духовную энергию в странное образование, пытаясь сдержать его распространение.
Сюэ Чжэнъюн и люди Пика Сышэн стали первой линией обороны, сдерживая основные силы мятежников, пытающихся прорваться к запечатывающему неизвестную формацию Чу Ваньнину. Ши Мэй пытался помочь тем заклинателям, что не сдались, и сейчас из последних сил боролись с сердечным червем внутри их тела. Перебегая от одного к другому, он пытался ослабить поражающее воздействие личинок.
— Как больно… Убей меня! Умоляю, убей меня! — Ши Мэй наклонился и приподнял терзаемого болью молодого человека. Парень вцепился ему в руку и разрыдался. — Это и правда невыносимо больно, но я не хочу сдаваться, не хочу быть предателем, убей меня! Умоляю, убей! Убей меня!
— Потерпи, потерпи немного, — уговаривал Ши Мэй, кончиками пальцев прощупывая его пульс.
— Я больше не могу это терпеть…
— Смотри на меня. Быстро, посмотри мне в глаза!
Но заклинатель как будто его не слышал. Стиснув пальцы Ши Мэя, он бился в конвульсиях, словно вытащенная из воды рыба. Дергаясь и задыхаясь, он лишь хватал ртом воздух, продолжая шептать:
— Не могу… не могу терпеть…
Ши Мэю пришлось насильно обхватить его лицо одной рукой, чтобы другой открыть плотно сомкнутые веки. Это оказалось очень непросто, потому что юноша постоянно вырывался и брыкался так, что на левом запястье Ши Мэя появились налившиеся кровью красные царапины от его ногтей.
— Смотри на меня! Смотри!
Парень с трудом пришел в себя и, тяжело дыша, попытался сфокусировать на Ши Мэе полные слез глаза. Пристально вглядываясь в них, Ши Мэй начал читать про себя тайное заклинание. Очень скоро молодой человек содрогнулся всем телом, почувствовав, как что-то перемещается по его кишечнику, быстро достигнув желудка, а потом по пищеводу до глотки.
Его вырвало!..
Согнувшись пополам он исторг из себя большую лужу мерзко пахнущей рвоты, внутри которой билась в конвульсиях личинка сердечного червя.
Одним ударом Ши Мэй тотчас же уничтожил его, превратив в мелкую пыль.
Поднявшись на ноги, он крикнул:
— Сердечного червя можно удалить используя исцеляющую технику Тун[231.9]. Его можно извлечь! Я смогу помочь вам исцелиться!
Он подбегал к каждой группе сражавшихся, взволнованно выкрикивая:
— Прекратите сражаться! Червя можно извлечь! Не нужно убивать друг друга, все еще можно решить… можно исцелиться!..
Однако в лихорадке боя мало, кто слышал его. Его тихий голос просто потонул в криках и воплях, лязге мечей и взрывах от детонации огненных амулетов.
Однако Цзян Си, который все же смог расслышать крики Ши Мэя, вздрогнул: исцеляющая техника Тун?
Подобно тому, как многие насекомые летят к огню и свету, так и ядовитые паразиты, подсаженные в человеческое тело, реагируют на взгляд. Мастера, использующие исцеляющую технику Тун, приманивали ядовитых насекомых-паразитов взглядом, словно мотыльков, летящих на огонь, чтобы сжечь их, когда они покинут тело носителя.
Хуа Биньань, который тоже услышал крики Ши Мэя, мрачно выругался. В глазах его появился не предвещавший ничего хорошего холодный блеск.
— По дороге сюда я убил всех заклинателей Гуюэе, владеющих исцеляющей техникой Тун. Мне даже в голову не пришло, что на этом задрипанном Пике Сышэн вдруг найдется кто-то, владеющий одной из сложнейших техник ордена целителей. Вот уж воистину…
В этот момент, столкнувшись с Сюэхуаном, его меч высек сноп искр. Скрипнув зубами, Хуа Биньань продолжил:
— Это молодое поколение такое потрясающее, что даже пугает!
Внезапно он убрал меч и, отскочив в сторону, с проворством летучей мыши стрелой метнулся в самую гущу сражавшихся.
— Плохо дело! — испуганно воскликнул Цзян Си, сразу просчитав намерения Хуа Биньаня. Чтобы остановить его, он хотел броситься следом за ним, но в этот момент личинка сердечного червя атаковала его сердце. Выплюнув полный рот крови, он тяжело опираясь на меч, опустился на одно колено.
Цзян Си неотрывно смотрел в ту сторону, куда устремился Хуа Биньань. Его окровавленные губы беззвучно открывались и закрывались. Стараясь предупредить остальных, он пытался закричать, но с губ сорвался лишь тихий шепот:
— Осто… рожно…
Ши Мэй как раз только что исцелил совершенствующегося из Дворца Тасюэ. Выблевав личинку сердечного червя, заклинатель сразу почувствовал, что боль ушла и тут же, встав рядом с Ши Мэем, громко закричал:
— Вы все, прекратите! Эту ядовитую тварь можно удалить! Исцеление возможно!
Сюэ Мэн также был всецело занят тем, что разнимал дерущихся, и уже успел подтащить к Ши Мэю с десяток пораженных сердечным червем заклинателей:
— Ладно-ладно, потерпите еще, потерпите! — громко увещевал он. — Не надо так кричать, скоро исцелим вас всех! Мигом вылечим! Знаете, кто мой брат-наставник? Первоклассный целитель, ничем не хуже лучших учеников Гуюэе, я…
На этих словах Сюэ Мэн поднял голову, чтобы окликнуть Ши Мэя, и в тот же миг совсем другие слова надрывным криком сорвались с его губ:
— Ши Мэй! Сзади!..
Глава 232. Гора Цзяо. Ослепление
С почти сорвавшим горло отчаянным воплем Сюэ Мэн бросился к тому месту, где стоял Ши Мэй, но было уже слишком поздно. Хуа Биньань, словно земное воплощение бога смерти, спустился с небес прямо позади Ши Мэя и схватил его за шею.
— Ши Мэй!
— Ши Минцзин!
Услышав крик Сюэ Мэна, старейшины Пика Сышэн обернулись в тот момент, когда Хуа Биньань вместе с Ши Мэем взмыл ввысь на своем мече. Обуздав ветер, он парил в небесах под ярко сияющей белой луной, холодно взирая на устроенный им хаос
