Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 108
Эразм пообещал себе сделать все возможное, чтобы защитить ее. Да, Анна Коррино была странной, но особенной, как когда-то особенным для него стал Гилберт. Спустя почти два столетия Эразм радовался появлению нового друга. И испытывал необычное чувство ответственности за Анну.
– Я расскажу тебе о мыслящих машинах, – сказал он, – а ты сама реши, были ли они на самом деле ужасны. Позволь открыть тебе иной взгляд на историю, какого нет в официальных исторических документах и определенно не такой, какой приняли бы батлерианцы-фанатики.
Анна слушала, а Эразм рассказывал о Серене Батлер, ее далекой прародительнице. Роботу не нужно было лгать, описывая свое восхищение сильной женщиной, которая подняла восстание против машин. Только из-за глупой гибели ничем не примечательного ребенка? Этого он никогда не мог понять. Почему она породила такие последствия?
Серена стала первым человеком, в ком Эразм увидел не просто подопытного, а личность. Она заставила его заново оценить потенциал человечества, и это со временем привело его к тому, что он сделал мальчика-дикаря Гилберта своим подопечным.
Когда он умолк, Анна захотела больше узнать о Батлерах, и Эразм рассказал, как Омниус принес Серену в жертву в огромном пожаре и как эта мучительная смерть еще пуще разъярила обреченное человечество, придала ему сил.
– И такую иррациональную уверенность в себе, что люди в конце концов одолели мыслящие машины. Иначе им не хватило бы решимости.
Эразм считал это важным уроком, получив который он никогда уже не пренебрегал силой человеческого фанатизма.
Повествуя о падении Синхронизированной империи, Эразм заставил Анну печалиться из-за гибели машинной цивилизации. По ее щекам потекли настоящие слезы! В ярких красках он описал хаос, воцарившийся, когда армия джихада, свирепая и безжалостная в своем стремлении разрушать, захватила крепость Омниуса. Он не сказал, что сам был свидетелем этого безумия.
Анна так разволновалась, что сама продолжила:
– А после битвы при Коррине Файкан Батлер сменил свою фамилию на Коррино и стал первым императором. Это мой дед.
Этого Эразм не помнил – к тому времени они с Гилбертом ушли в подполье. Некоторые пленники машин знали, что у независимого робота был любимчик-человек, но он исчез, растворился в людском море. К счастью, прошло столько времени, что живых свидетелей не осталось, хотя сохранились старые изображения.
Анна удивила Эразма, сказав:
– Я чувствую, мы очень близки, рядом с тобой я сильней. – Она глубоко вздохнула. – Я бы хотела, чтобы ты был настоящим.
– Я настоящий, Анна. Более чем.
– Тогда как тебя зовут? Почему у тебя нет имени?
– Есть, но оно испугает тебя.
Она рассмеялась.
– Ты не можешь меня испугать. Я тебя слишком хорошо знаю.
Эразм провел массу расчетов с помощью техники, которой сам обучил Гилберта, исследуя одно древо решений за другим.
– Откуда мне знать, что ты умеешь хранить тайну?
– Да ведь ты меня знаешь. Да и кому мне говорить? У меня тут нет друзей. Даже в школе Ордена сестер на Россаке у меня была всего одна подруга, Валя, но здесь ее нет. Ты мой единственный друг. Если ты откроешь мне тайну, я смогу говорить о ней только с тобой.
Такие рассуждения были образчиком человеческой логики, но Эразм поверил Анне. Она была такой искренней! Хотя все свои расчеты он завершил за долю секунды, он намеренно медлил – пусть поймет, как тщательно он взвешивает решение.
– Я должен тебе кое-что показать, – сказал он. – Точно выполни мои инструкции.
Услышав о восстании на Баридже, Гилберт Альбанс пришел в ужас, хотя не позволил себе показать свои чувства. Пока Анари Айдахо наводила порядок, в штаб батлерианцев был отправлен короткий победоносный отчет, и Манфорд Торондо распространил его по всему Лампадасу, гордый тем, что учинили его орды.
Гилберт помнил уговоры Драйго выступить с разоблачением батлерианцев. Конечно, это было бы самоубийством – и великой школе ментатов определенно пришел бы конец. Тем не менее необходимость хранить покорное молчание, вместо того чтобы предать проклятию действия батлерианцев, тревожила его. Гилберт хотел подать человечеству пример, и бездействие на фоне такой жестокости казалось трусостью.
Может, Драйго и Эразм правы. Ему следует просто убраться с Лампадаса, сменить внешность и личность, вернуться к спокойной жизни на Лектайре. Возможно, со временем, лет через сто, он создаст где-нибудь новую школу, может быть, на Колхаре.
Многие ученики ментатов, знал Гилберт, – даже большинство – придерживались тех же взглядов, что и он сам: технику можно использовать при должном контроле над ней. Но из-за буйных батлерианцев они молчали.
Директор школы закончил занятия и дал ученикам несколько часов на напряженные упражнения под присмотром администратора Зендура. Сам Гилберт, глубоко встревоженный, вернулся в свой кабинет. Прежде чем принять важное решение, он обсудит его с Эразмом, надеясь найти здравое решение.
Но, открыв дверь, он увидел Анну Коррино. В своем кабинете.
Удивленный Гилберт остановился. К своему отчаянию, он увидел, что девушка нашла потайную панель за книжным шкафом и теперь, как волшебный талисман, держит в руках сферу памяти Эразма.
Он был так ошеломлен, что не находил слов. Поняв, что любой, кто пойдет мимо, сможет увидеть потайной шкаф и сферу, он быстро вошел, закрыл дверь и запер ее. В его сознании мелькали многочисленные прогнозы ментата; он пытался определить, как лучше действовать.
Анна улыбнулась сфере памяти, потом посмотрела на директора. В ее глазах были детское волнение и страх.
– Он прекрасен. Эразм – мой лучший друг.
– Как ты… как ты узнала, где его найти?
– Он сказал. Это наша тайна. – Она нахмурила брови и посмотрела на директора школы. – Он сказал, что тебе можно верить: ты никому не скажешь.
Мысль о том, что он сам может быть угрозой, застала Гилберта врасплох. Он спас робота и оберегал его со времени падения Коррина.
– Конечно, я никому не скажу.
Ему не понравилась возникшая ситуация – теперь его величайшая тайна стала известна такому ненадежному человеку.
Сфера задрожала, активируя маленький передатчик.
– Нам нужен еще один союзник, сын, поэтому я объяснил ей, где меня найти. Анна Коррино – сестра императора. Она может нам помочь.
– А мне нужен ты. – Анна с любовью посмотрела на светящуюся сферу, потом на Гилберта. – Больше между нами никаких тайн. Теперь вы оба можете говорить мне все.
– Это крайне опасно, отец. Если она скажет хоть слово, хоть намекнет… Элис Кэрролл следит за ней, да и другие ученики-батлерианцы только и ждут, чтобы я допустил хоть малейшую ошибку. – Вероятности продолжали проходить перед ним в виде катастрофических прогнозов ментата. – А Манфорд Торондо может решить сделать Анну заложницей, чтобы получить власть над императором. Что она скажет батлерианцам?
Анна высокомерно заявила:
– Я никому ничего не скажу.
– Ей нужно сообщить о нашей проблеме, особенно если нам придется бежать и искать другое убежище – как предложил Драйго Роджет. Следовало послушаться его, когда он здесь был.
– Я еще не решил уйти, – сказал Гилберт.
– А я решил, что нам нельзя оставаться. Посмотри на данные, ментат! Ты ведь понимаешь, насколько серьезной стала опасность. Я не уверен, что укрепления школы выстоят против батлерианских толп. Что, если кто-нибудь определит твою подлинную личность?
Гилберт задумался. Старого безобидного Хоруса Ракку, в прошлом сторонника машин, линчевали за то, что он делал восемьдесят лет назад… Зная о недавнем насилии на Баридже, о погроме в Зимии, о более ранней битве при Тонарисе, Гилберт не мог отрицать, что антитехнологическое движение все больше выходит из-под контроля.
Но если просто бежать, чтобы спастись самому и спасти Эразма, кто тогда погасит пламя фанатизма? Нужно как-то защитить школу.
– Я с большим вниманием проанализировал сознание Анны Коррино, – сказал Эразм, – и понял, как восстановить и укрепить ее мышление. Если я ее вылечу, Коррино будут нам благодарны. И защитят от батлерианцев. Превосходное решение.
– Возможно, Коррино не так сильны, как ты думаешь, – предостерег Гилберт, хотя ему очень хотелось, чтобы сознание молодой женщины пришло в норму. А батлерианцы бывают более импульсивными и опасными, чем мы себе представляем.
Зло заметно всем, у кого есть глаза, но у зла повсюду есть корни, которые видны не сразу, и его нужно выкорчевывать и уничтожать, как сорняк, при любой возможности.
Манфорд Торондо. Выступление на Лампадасе
После восстания на Баридже ситуация стараниями Анари Айдахо переломилась, и мастер меча отправила Манфорду отчет. И верующие на Лампадасе начали праздновать победу. А Анари собиралась, когда вернется, лично рассказать Манфорду, что узнала о чудовищных навигаторах директора Венпорта и каковы истинные причины его стремления прибрать к рукам все поставки пряности.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 108
