— Что происходит?! — Шей осторожно поднялась с пола, наполняя пространство вокруг себя завесой мучной пыли. — Должно было уже рвануть…
— Не выходи за пределы Барьера, — произнесла Сатель, которой, очевидно, не просто поддерживать защиту такого диаметра — чтобы скрыть сразу пятерых разумных.
— Я убью этого хаттова дроида, — процедила Дарт Атрокса, поднимаясь на ноги. — Надо было это сделать еще на Новой Кузне полтора года назад!
— Сатель, расслабься, — поднимаясь со своей ученицы и помогая ей встать на ноги, произнес я. — Если б это была взведенная граната — уже б рвануло.
Со стороны кухни донесся грохот посуды.
— Подождите пару минут, — шикнула Виизла. — Я возьму свой ракетомет, и мы прикончим этого ублюдка механического…
— Предупреждение. Я все слышу, мандалорский мешок с мясом! — донесся голос НК.
Выглянув из-за угла, увидел лежащую на кухонном «острове» снайперскую винтовку НК-47. Несколько гранат, пулевой пистолет… Он выложил на зону для готовки весь свой арсенал. А сам стоял возле бадьи с тестом, всыпая в нее из пакета муку и взбивая смесь.
— Ворчание. Глупые мешки с мясом! Блины делаются с мукой! И только с мукой! Без муки это омлет!
— НК, — осторожно позвал его я. Дроид-убийца повернулся ко мне, не прекращая перемешивать тесто. — Ты что сейчас сделал?
— Радостное восклицание. Вы это заметили, хозяин! Я остановил спор между Сатель Шан и Шей Виизлой! Чтобы потомок хозяина Ревана не сделала то же самое, что сделал ее пращур со своим учеником, когда у них возникла такая же дискуссия.
— Э… Что? — опешила Сатель. — Реван и Малак спорили о том, можно ли сделать блины без муки?
— Подтверждение. Конечно, мешок с мясом Шан! Малак говорил, что их можно делать без муки. Хозяин Реван сказал ему, что это будет хаттов омлет. А когда глупый мешок с мясом Малак не вразумил мудрости хозяина Ревана, тот отрубил ему нижнюю челюсть…
«Да ты, бл. дь, издеваешься!»
— Вот вам и цивилизованные времена Старой Республики, — произнесла Оли. — Из-за несогласия с рецептом блинчиков половину хлебальника проебать можно было…
— Тебя смущает только это? — покачала головой Сатель Шан.
— Ну… Да, — ответила моя ученица.
— А то что нам блинчики на завтрак готовит дроид-убийца с опытом работы по специальности в четыре тысячи лет — никого не смущает? — уточнила гранд-мастер.
— А еще он татуировки набивает, — припомнил я, наблюдая за тем, как первый ковшик со смесью выливается на сковороду.
— И при том — не ломит цены, — напомнила Старстоун.
Глава 69. Свадьба. Часть первая
«В деревне по соседству бахали свадьбу.
Приглашены мы были на свадьбу в усадьбу.
Приоделись мы (МЫ!), нарядились все (ВСЕ!),
И ломанулись дружно туда где было очень классно (КЛАССНО!)
И всё прекрасно (ПРЕКРАСНО!).
И мы вместе понимали, что нажрёмся там ужасно.
Всё! Вперёд! Бухало нас зовёт!
И мы зальём водярой безразмерный живот, ох!»
«Сектор Газа» — «Свадьба»
Два года, два месяца и одиннадцать суток спустя Первой Битвы при Джеонозисе.
Имперский рыцарь Рат’иб’ор стоят на мостике звездного разрушителя типа «Рассекатель III», вглядываясь в светящееся марево гиперпространства.
Сколько тысяч лет это зрелище было диковинным для галактики: чистокровный сит, стоящий на мостике боевого корабля, возвращающийся на свою родину — планету Дромунд Каас?
Почти четыре тысячи лет он провел в плену тюремного комплекса на планете Белсавис — сит-воин, раненным взятый в плен джедаями. Унижение плена, безумие заточения, надежда на вызволение, тающая с каждым мигом проведенным в стазисе… Милосердие джедаев воистину не знает предела изощренности своим пыткам — провести тысячи лет в состоянии, когда твое тело не может ни постареть, ни умереть… И лишь разум отмеряет секунда за секундой время, проведенное в полутемных подвалах. Когда нет утешения в упоении своей яростью, ибо Темная сторона не придет на выручку. Когда тают надежды на то, что вслед за освобождением Повелителей Хаоса и до уровня, на котором был заключен Рат’иб’ор, доберутся имперские войска и освободят, позволят вновь скрестить свой клинок с проклятыми врагами Империи ситов. Когда ты не в состоянии никак повлиять на свою судьбу — не можешь ни умереть, ни пошевелиться, ни даже попытаться выбраться…
Первую тысячу лет своего пленения, в разгар атаки Империи ситов на Галактическую Республику, сит-воин Рат’иб’ор лелеял мысль о том, что его найдут и спасут. Не важно кто — лишь бы выбраться из плена. Ведь нашлись же даже у Повелителей Ужаса сторонники, которые рискнули напасть на самую охраняемую тюрьму в Республике.
Вторую тысячу лет чистокровный сит молился о том, чтобы отказало оборудование стазис-капсулы, и тогда бы он обрушил на тюремных дроидов всю скопившуюся ярость. Ведь стало совершенно очевидно, что никто более не придет ему на помощь — Республика оставила их гнить в этой тюрьме, то ли решив заставить пленников страдать до конца веков, то ли попросту забыв о существовании тюремного комплекса.
Третью тысячу лет он отчаянно боролся с подступающим безумием в надежде, что все еще можно изменить, лишь стоит оставаться в здравом рассудке, обязательно кто-нибудь придет… Оставалось лишь грезить надеждами на то, что впереди — будущее, полное яростных битв.
К тому моменту, когда за ним и другими пленниками в самом деле пришли на излете четвертого тысячелетия плена, он едва ли мог отличить реальность от вымысла. Он не помнил подробностей своего освобождения. Лишь долгую реабилитацию на джедайском Тайтоне, когда целители собирали его разум по кусочкам, фрагмент за фрагментом…
Он и сам не понял причину, по которой согласился служить Вечной Империи Закуул. Возможно — благодарность за спасение. Возможно — потому
