Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
— Томас, какие проценты? Какие, к бениной маме, кредиты? — как маленькому, пытаюсь объяснить я. — Мир вокруг нас перестал существовать. Нет никаких кредитов, нет банков, нет денег! Ты что, ещё не понял, что произошло?
Он хитро мне подмигнул и продолжил:
— Это тебе только так кажется, Роберт. Всё еще вернётся, увидишь! Банки своё не упустят… Я тут немного денег нашёл, думаю купить машину. Фуру. Чтобы только на себя работать. Увидишь, всё еще наладится! — он сделал паузу. — У вас нет какой-нибудь еды? У нас мало осталось, а золота нет, его искать надо в квартирах, а там мертвяки.
— Золото???
— Да, золото. В первую неделю ещё торговали едой — за золото. Потом эту точку разграбили бандиты, говорят, теперь где-то в другом месте торгуют. Дайте мне покушать немного, а? Ведь у вас есть?
Айвар принёс ему два армейских пайка и, немного поморщившись, подал в руки.
— Держи. Извини, больше нет.
Когда мы отъехали от дома, Айвар закурил, немного помолчал и спросил:
— Представь, половина выживших в этом городе — такие же сумасшедшие, как твой бывший сосед. Он ведь реально с ума сошёл. Как та баба, в лесу.
— Тут, боярин, любой с катушек съедет. Посиди месяц взаперти. Без воды, света, впроголодь и в постоянном ожидании. Не удивительно, что крыша поехала.
— Ладно, Робби, хорош кататься, давай доедем до оптовой базы, глянем, как там дела. Вдруг что-нибудь урвать получится?
В районах, где людей было больше, и нежить более активно двигалась. Особенно в районах индивидуальной застройки. Частные дома, в общем. Как правило, это окраины города. Видели (издалека, правда) несколько частных, хорошо укреплённых домов. Соваться туда не стали, — на стук ответят пулей и будут правы. Пока мы петляли между завалами брошенных машин, неподалёку мелькнули блестящие спины морфов. Интересная вещь, кстати — на них волосяной покров, как правило, отсутствует. Даже на собаках. Облезлые какие-то. А машин… Было такое ощущение, что на некоторых улицах их специально выстраивали. Дворы пустые, а дороги забиты напрочь. Томас правду сказал — массовый исход людей из города обернулся пробками, заторами, драками и, как следствие — смертью. Так и вытягивались на некоторых улицах длинные ряды машин. Представляю, что здесь творилось в первые дни бегства. До сих пор на асфальте можно было различить отдельные фрагменты тел, огрызки костей.
— Ну что, боярин, теперь понял, куда они все подевались? — тихо спросил Айвар. — Или ещё поищем?
— Да нет, пожалуй, мне этой картины хватит по уши…
Да, охренеть, мягко говоря, было с чего. На торговой базе было не протолкнуться… от покупателей. База занимала целых два квартала, и теперь по ней шлялись мёртвые. Мышечная память, по-видимому, заменила нежити сгнившие мозги — все зомби, словно разлитая по карте города ртуть, собирались в определённых местах. Базы, магазины. Это, конечно, не новость, но эти места и живым интересны. Не полезешь же в магазин мародёрить, когда там мёртвые стоят? Да, именно стоят. Смирно, как манекены. Такое ощущение, что зомби впадают в спячку, когда им жрать нечего. Всё-таки живые люди — вещь такая; как там в фильме говорили: «туда-сюда, в ресторан сходиль и кончились». А нежити регулярно надо питаться. Они друг друга не кушают, им ближние как источник белка не подходят. Что, выгодно отличает зомби от людей, надо заметить. Последние, даже в мирное время любили своими ближними питаться. Пусть пожирали в переносном смысле, но не менее качественно.
— И так по всему миру, представил? — спросил Айвар.
— Угу. А ещё у меня спрашивал про Астиных родителей. Они, в лучшем случае, так же бродят. В худшем, сошли с ума. А ты рвёшься к морю, будто солёной воды не видел.
— Мы обещали её отвезти, — напомнил мне коллега, — если ты забыл. Тем более, её родители живут не в Клайпеде, а в деревушке, недалеко от этой, как её, Карклине, что ли?
— Понял, к чему ты клонишь. Ладно, один хрен. Альгис проверит машину и поедем. Может, и правда живы…
Роберт. 21 апреля, Три часа дня. Центр города. Каунас
Парень вляпался по уши. Накрепко. Ещё бы немного — и захлебнулся, как в старом анекдоте. Хорошо, что проезжая, заметили клубок маленьких тел, которые пытались добраться до человека, засевшего на крыше киоска Lietuvos Spauda[88]. Я такое видел впервые, Айвар, по-моему, тоже. Стая зомби-собак. Достаточно шустрые, но ещё не превратившиеся в морфов. Мы и раньше замечали, что морфы не стайные создания. Целая банда облезлых дохлых собак. Для активности еды в городе хватало, а для дальнешей трасформации — не очень. Вот они и рвались добраться до одинокого человека. Рядом, у обочины, стоял маленький джип, Suzuki Samurai. По виду — паркетник, а на самом деле — очень удачная машинка. Если не ошибаюсь, их создавали для японской армии. И вот, этот японец с пробитым колесом стоял у обочины, а его хозяин вертелся на крыше, пытаясь отстреляться от собак. Угу, щаз… Из пистолета. Эти собаки носились как бешеные, прыгали, скалили зубы и даже прилавок в бессильной ярости грызли. В общем, всем своим видом показывали, что прессу они не любят. Ну а кто любит-то, этих борзописцев?
— Тут дробовик нужен, — заметил Айвар, подруливая к киоску.
— Ага, Бенелли, — не преминул съязвить я. — Тормози уж, стратег.
Первую парочку собак снял я. Мне надо было кого-нибудь убить. Просто душа требовала крови, пусть и этой, вязкой, которой наполнены зомби.
Стреляли, не выходя из машины, только слегка приоткрыв окна. Собаки сразу потеряли пятерых из своры, потом стая разделилась. Часть отбежала и скалила зубы в отдалении, вторая бросилась на машину. Этим повезло больше — сдохли быстрее. Когда они начали прыгать на двери, мы просто поджидали момент и били их в голову. Стрелок, сидящий на крыше, стрелять перестал — или патроны кончились, или боялся в нашу машину попасть. Вид этих тварей разозлил меня окончательно, будто внутри гранату взорвали. Когда одна из собак прыгнула на окно, я схватил её за горло и с удовольствием выстрелил в голову. Оставшаяся нежить отбежала, а я перезарядил пистолет и выбрался наружу.
— Ну, идите сюда, твари, — поле зрения сузилось, я видел только собак, скаливших в мою сторону зубы. Вскинул Сайгу к плечу и на одном дыхании расстрелял оставшихся. Когда последняя упала, я опустил ствол и сквозь зубы, с шумом, выдохнул:
— С-с-с-суки…
Сердце стучало, словно напоминая о своём существовании, в висках билась кровь. Напряжение последних дней понемногу отпускало, выпуская меня на свободу, в этот долбанный мир, из цепких лап страха.
— Ты чего, Робби, сдурел? — ко мне подскочил Айвар и рванул за плечо. — Куда ты нахер полез?
— Всё нормально, Айва, — сказал я, — вот теперь всё точно нормально…
— Я извиняюсь, джентльмены, что прерываю вашу забаву, — с крыши подал голос парень, — но хотел бы напомнить о своём существовании и искренне поблагодарить за помощь. Если бы не вы, эти милые друзья человека употребили бы меня на обед.
Мы повернулись в его сторону; не знаю, как Айвар, а я, когда из машины выскочил, про этого «альпиниста» напрочь забыл. Если бы во время стрельбы он дернулся, гарантированно получил бы от меня пулю.
По прибалтийским меркам невысокий, где-то метр восемьдесят, не больше. Светловолосый, с весёлыми, серыми глазами. На правой щеке шрам, скорее всего, резаный. Полувоенная одежда, жилет серого цвета. Такие жилеты любят рыбаки и фотографы — карманов много. На голове бандана…
— Да не за что, — ответил я. — Каким ветром занесло?
— По-глупому, — спрыгивая вниз, ответил он, — небольшая поломка. А как наверх забрался — увольте, даже не вспомню. Ингвар, — представился он, — в прошлом свободный журналист, а в настоящем — свободный охотник и летописец конца Света.
— Журналист? — хором спросили мы и расхохотались.
— Вот уж воистину, — вытирая слезы, сказал я, — какого чёрта ты к этому киоску полез? Искал творения собратьев по перу?
— Да нет, как-то автоматически. Я и не подумал, — сказал Ингвар и посмотрел на разбитый киоск. — И точно, «печать». Да, — улыбнулся он, — скрытая тяга к печатному слову, наверное.
— Ладно, Журналист, — сказал Айвар, — время мало, идём твою машину глянем.
Пока они копались с машиной, я осматривал окрестности. Какой-то морф мелькнул между домами, но к нам не полез. Умный… Минут через пятнадцать мужики закончили копаться с машиной, и мы тронулись к выезду из города.
На выезде притормозили — перекурить и пообщаться в более спокойной обстановке. Ингвар даже кофе сварил на газовой горелке. Пока закипала вода для кофе, я успел рассмотреть и его, и транспорт, заметив на заднем сиденье длинный оружейный чехол и несколько рюкзаков.
— В общем, так теперь и живу, — рассказал он. — Мотаюсь по Прибалтике, делаю репортажи. Записываю рассказы выживальщиков. Изредка попадаются очень любопытные люди. Набрал ворох интересного материала, по идее, на хорошую книгу, если бы не Пигедец.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
