келевирова алебарда. Узурпатор все-таки успел молниеносным движением руки поставить блок древком своего топора. Келевир продолжил наступать, продавливая лезвие алебарды все ближе и ближе к лицу узурпатора. Эйрику было некуда деваться, он был вынужден сдерживать натиск Келевира обеими руками.
— Так вот каковы границы твоей силы, — сказал Келевир, глядя узурпатору прямо в глаза.
Лицо узурпатора исказила зубастая улыбка.
— Что, язык проглотил? — спросил Келевир. — Хотя бы помрешь с улыбкой на лице.
— Мне покойнику больше нечего сказать! — рассмеялся ему в ответ Эйрик.
Келевир заметил, что грудь узурпатора начала светиться. Ему хватило несколько секунд, чтобы узнать в светящихся символах рисунок волшебного круга — это был точно такой же рисунок, который зверолюды наносили на глиняные таблички. У него самого на поясе висели такие таблички — с их помощью можно было призвать огненный поток разрушительной силы.
Волшебный круг налился кроваво-алым цветом за считанные мгновения, времени уже не оставалось. Из груди узурпатора вырвался столп огня. Келевир в последний момент успел отпрыгнуть в сторону, и, сделав еще пару отчаянных прыжков, он неудачно приземлился на бок.
Вставший на ноги узурпатор направил огненный поток прямо на Келевира, сжигая все на своем пути. Келевир успел выставить вперед свой щит и спрятаться за него. Однако огненный поток становился все шире и шире — языки пламени уже начинали лизать его броню. Келевир полез за табличками в чушку, но они все были побиты. Тогда он потянулся к щиту и вытянул оттуда табличку с волшебным щитом. Развернув ее лицом к небу, он раскрыл над собой сиреневый купол волшебного щита.
У Келевира появилась возможность встать на ноги, отряхнуться, перевести дыхание. Узурпатор стоял поодаль от него, он развел свои руки в разные стороны, Корона на его голове сверкала алым все ярче и ярче, а вырывающийся из его груди огненный поток полностью окружил келевиров купол, плавя его со всех сторон.
— Хотел узнать границы моей силы? Узнавай! — громогласно крикнул Эйрик.
— Когда-то твоим силам должен прийти конец, — сказал Келевир, доставая вторую табличку.
— Надеешься дожить до этого? — засмеялся ему в ответ Эйрик.
Огненный поток становился все сильнее и сильнее. Келевир чувствовал, что даже с его силами волшебный щит еле-еле справлялся с обрушившейся на него мощью. Однако он уже готовился раскрывать второй щит, как только первый откажет.
Его сиреневый купол все больше и больше покрывался трещинами, на нем росли выплавленные дыры, через которые уже просачивался вражеский огонь. Прошло еще несколько мгновений, и купол начал осыпаться, но Келевир уже вливал энергию во вторую табличку.
— Ха! — крикнул узурпатор, резко усилив свой напор.
Старый купол рассыпался раньше времени, и Келевира поглотил уже не знающий преграды огонь. Раскрыть второй купол он так и не успел — табличка сгорела прямо у него в руке. Келевир снова спрятался за своим щитом, однако сильно это не помогло — сталь начала плавиться, а огонь окружал его со всех сторон.
Келевир взвыл от боли — узурпатор зажаривал его живьем. Однако внезапно потоки огня прекратились, а Келевир был все еще жив. Он принялся срывать с себя оплавленные латы. Освободив себя от раскалившихся доспехов он посмотрел на свои руки — плоть сходила с них вместе с мясом. Он попытался сорвать с себя кольчугу, но ее кольца слишком глубоко вплавились в его шкуру, да и хвататься руками за что-либо было совсем непросто. Дышать становилось все тяжелее — его глотка была сильно обожжена.
Ему еще как-то повезло сохранить глаза, но от его век остались одни ошметки. Келевир огляделся по сторонам: напротив него стоял Эйрик, терпеливо ожидающий своего врага; сзади него лежала зола от сожженного колчана и лежащих в нем сулиц. Лишь обугленный ослоп оказался более-менее целым, потому что он был обит толстыми железными пластинами. Келевир собрался с силами, потянулся за ослопом и, взяв его обеими руками, пошел в последнюю атаку на Эйрика.
— Этот бой окончен, — повелительным тоном сказал Эйрик, швырнув в Келевира своим топором.
Летящий красной стрелой топор попал Келевиру прямо в шею. Келевир упал на колени, сил встать у него уже не было, но и упасть навзничь напротив своего врага он себе тоже не позволил. В своей руке он все еще сжимал ослоп.
Эйрик подошел почти вплотную к Келевиру. Собрав последние силы в кулак, Келевир сделал взмах ослопом снизу вверх. Эйрик без труда уклонился и с невероятной скоростью ударил локтем прямо по ослопу, разбив его вдребезги.
— Т-ты… по-истине достоин… — прохрипел Келевир, задыхаясь и кашляя кровью.
— Я знаю, — ответил Эйрик, он провернул свой топор на пол-оборота и выдернул его наружу.
Последним, что увидел Келевир, был фонтанчик собственной крови, орошающий стоящего над ним Повелителя. В объятьях неминуемой смерти, Келевира посетила его последняя мысль:
«Ты был прав, Басрук, только погибель ждала меня здесь».
Глава 24. Дрея III
— Он… его завалил… Он его завалил! Молодец, Эйрик! — закричал во всю глотку Адалвульф, подбегая к Эйрику.
— Ох, я уж испугался, что сир Эйрик сожгет все вокруг до тла… — как следует откашлявшись, сказал Ардеус. — Однако наколоть волшебный круг прямо на грудь — кто бы мог подумать? Это оказалось неожиданностью для всех!
— Для меня это не было неожиданностью… — сказала Терца, легонечко потянув магистра за рукав.
— Рано празднуете, битва еще не окончена! — напомнил всем Франк.
— Да… — согласился Эйрик, вовсю орудуя топором над телом Келевира. — Готовь пока своих солдат…
— Что ты творишь? — спросил его Франк.
— Отрубаю его голову… — сосредоточенно ответил Эйрик.
— Копье мне! — крикнул Эйрик в толпу солдат, после того как он наконец-то отсоединил голову поверженного генерала от тела.
Викинг насадил голову Келевира на копье и громко свистнул. К нему на площадь выбежал притаившийся ранее Бьорн. Эйрик взял копье в левую руку и запрыгнул на своего медведя.
— Дрея, мы выезжаем! — скомандовал он, посмотрев на колдунью.
Вид Эйрика испугал Дрею: из его Короны то и дело вырывались алые языки пламени, аура вокруг него была настолько густая, что искажала его вид, а из носа, глаз и ушей не прекращаясь текла кровь. Не мешкая, Дрея побежала к медведю; однако пробегая мимо Терцы, она подхватила ничего не ожидавшую послушницу на руки и понесла с собой. Даже с Терцей на руках она без труда вскочила на Бьорна, Терцу же она посадила между собой и Эйриком. Эйрик припустил медведя и они галопом помчались к разрушенным воротам Боденфена. Неистово визжа, за ними во всю прыть побежал бес.
Одной рукой Дрея крепко держалась за Эйрика, другой она крепко
