Король Баварии Людвиг II был натурой романтической, страстным почитателем германской мифологии и себя, очевидно, отождествлял с рыцарем-лебедем Лоэнгрином. Недаром он в тысяча восемьсот шестьдесят первом году стал меценатом Вагнера, оплатив все долги композитора и пригласив его в Мюнхен. Одновременно семнадцатилетний Людвиг распорядился начать строительство замка, которое длилось более семнадцати лет.
Всю эту информацию Матвей черпал прямо из астрала, не прилагая никаких специальных усилий. Напрягался он, лишь когда просеивал через собственную пси-ауру пространство залов и башен в поисках резонанса. Однако замок Нойшванштайн не таил в своих недрах пересечений с иными реальностями.
Из Германии Матвей перенесся в Венгрию, где осмотрел здание парламента, возвышавшееся над Дунаем, интереснейший образец неоготического архитектурного стиля. Парламент начали строить в тысяча восемьсот восьмидесятом году, а закончили в тысяча девятьсот втором. Неповторимый облик ему придавали шпили неоготических башен и мощный купол, высота которого – девяносто шесть метров – символизировала дату завоевания Венгрии мадьярами. Повисев в центре шестнадцатиугольного Главного зала под куполом, Матвей перелетел сначала в Испанию, посетил Эскориал – монастырь и королевский дворец одновременно, а потом церковь Саграда Фамилия.
Здесь он невольно задержался, потому что церковь Саграда Фамилия, расположенная к северу от центра Барселоны, задуманная как символ незыблемости католической веры, поразила Матвея неповторимой самобытностью и буйной фантазией.
Архитектор Антонио Гауди, соорудивший этот шедевр, подходил к строительству как к органическому созидательному процессу: камень превращался под его руками в живую форму, орнамент и резьба вырастали из него, как листья и ветви. Он строил церковь тридцать пять лет, отклоняя другие заказы, с тысяча восемьсот девяносто первого по тысяча девятьсот двадцать шестой год, когда внезапно погиб под колесами трамвая. Церковь осталась незавершенной, продолжить творение гениального мастера оказалось делом немыслимым, хотя и было сделано несколько неубедительных попыток. Но необычайная причудливость, ажурность, пластическая выразительность сооружения, подчеркнутая силой искусства мастера, еще ждали своего гения, способного завершить архитектурное чудо….
Утомившись, Матвей вышел из транса, отдохнул на диване, переключая программы телестены, пока не заинтересовался футболом. Играли «Спартак» и «Ливерпуль» в Кубке европейских чемпионов. Первым забил «Спартак» – с пенальти. Потом забили игроки «Ливерпуля» – с острого угла, после великолепной игровой комбинации, показав настоящий класс, и Матвей выключил телевизор, уже зная, чем все закончится.
Во втором часу ночи он снова начал погружение в астрал, торопясь закончить поиск неведомого лревата в иные реальности, а по сути – точки опоры, взявшись за которую можно было перевернуть мир.
Путешествие по храмам Матвей начал с посещения одной из исламских святынь – «Купола скалы», сооруженного в иерусалимском Старом городе. Сияющий золотом купол, символ священной скалы, по традиционному поверью расположенной в сердце и центре мира, действительно мог претендовать на роль главного торсионного генератора с «провалом иномерия» посредине, но оказался пустым.
Так же не затронули струны души Матвея исламские святыни в Турции – Голубая мечеть в Стамбуле с ее каскадом куполов, другие мечети города и страны, Золотая мечеть – мавзолей Мусы аль-Кадима в Ираке, мечеть Мекка-Масджид в Хайдарабаде, Голестан в Тегеране, мечеть Шах-Джахана в парке Баш-Бабур в Кабуле, мечеть Омейядов в Дамаске и бесчисленное множество мечетей во всех городах и уголках мусульманского мира.
Не нашел «провала иномерия» Матвей и в Японии, потратив некоторое время на изучение монастыря Тодайдзи с его Дайбуцудэн – Залом Великого Будды. Монастырь представлял собой самое большое деревянное здание в мире, множество раз горевшее и восстанавливаемое. Зал Великого Будды со статуей Будды, отлитой из четырехсот сорока четырех тонн бронзы, был построен в восьмом веке по приказу императора Шому и олицетворял могущество японского властителя и одновременно размеренность и гармоничность образа жизни японцев. Матвей созерцал бы яйцо Будды – высотой почти в пять метров и шириной в три – долго, получая при этом самое настоящее благословение, душевное спокойствие, но время торопило, и прямо из зала Матвей перелетел в Индонезию, где в сорока двух километрах от Джокъякарты, главного города Центральной Явы, располагался храмовый комплекс Боробудур.
Но и в Боробудуре (название означало: «Много Будд») Соболев не задержался, несмотря на то, что комплекс иллюстрировал собой сакральный символ – мандалу, то есть диаграмму мироздания, по форме представлял собой ступенчатую пирамиду и был пропитан таинственными шепотами истории, буддийского учения и магии.
В течение немногих минут Матвей облетел Ангкор-Ват, самый знаменитый и большой храм на территории кхмерского государства, расположенный в нескольких километрах от города Сиемреап в Камбодже; Запретный город в Пекине с императорским троном во Дворце высшей гармонии; Храм Минакиш в Мандураи, построенный на территории индийского штата Тамилнад; мавзолей царицы Мумтаз-Махал, несравненной Арджуманд Бану, известный как символ Индии Тадж-Махал.
Из Азии Матвей перенесся на Американский континент и некоторое время бродил по величественным руинам древнеиндейских цивилизаций. Перед его мысленно-эфирным взором прошли пирамиды в Тикале, религиозно-культовом центре, расположенном в Гватемале недалеко от города Флорес, бывшего некогда центром культуры майя; красивые и величественные, многоступенчатые пирамиды Теотиуакана, древнего и таинственного города на территории Мексики, происхождение которого все еще остается загадкой и в наши дни; пирамиды и скульптуры в Чицен-Ице, точке рокового столкновения культур майя и тольтеков, захвативших город в десятом веке нашей эры. После вторжения тольтеков Чицен-Ица стала новой столицей изгнанного верховного вождя и богочеловека Тогшльцина, известного в культуре майя под именем Кукулысана. Посвяшенная ему девятиступенчатая пирамида получила название Кастильо (Замок), но построена она была на развалинах более древнего сооружения и тоже – пирамиды. Матвей потратил на ее осмотр больше времени, чем на десятки других, однако печати особенности и чужеродности не обнаружил.
Как бестелесная молния он облетел все культовые сооружения Южной Америки, добрался до Северной и с разбегу пронзил Храм Христовой Церкви Святых Последнего Дня в США, известный больше под названием Храма Мормонов, – строгий готический замок с шестью остроконечными башнями, затем изучил замок Херста близ небольшого городка Сан-Симеон на Калифорнийском побережье, Эмпайр-Стейт-Билдинг в Нью-Йорке и памятник Линкольну в Вашингтоне.
