— Рот завали. — Не громко, но очень убедительно сказал Ульян, закрывая за собой дверь.
— Я знаю, что Зелёного завалил ты.
— Чего? Не гони пургу начальник. Я дома весь день сижу, сам только час назад от пацанов узнал, что бугра завалили.
— Он врет, а их приборы в спальне под кроватью.
— Брось Филька, мне насрать зачем ты его завалил. Меня интересует только одно: — откуда у тебя то, что ты прячешь под кроватью.
— Чо за гон? — Пятясь, произнес Филя. — Вломился ко мне в дом, гонишь хернню всякую. Думаешь если мусор, то все тебе можно? — Они вошли в зал. Филина рука дернулась к стоящей около двери тумбе. Одним широким шагом, Ульян преодолел разделяющее их расстояние. Филя был значительно больше, но, не смотря на это, Животягин схватил его за горло и приподнял так, что ноги здоровяка повисли в воздухе.
— Ты чо беспределишь? — Прохрипел Филя, тщетно пытаясь вырваться.
— Пристрелить меня хотел? — Процедил сквозь зубы Животягин, кивая в сторону лежавшего на тумбочке ствола.
Он вдруг почувствовал, как у него внутри стало все закипать, в прямом смысле этого слова.
— Не волнуйся Ульян, сейчас мы опробуем, насколько я окреп. Сконцентрируйся. — Каждая клеточка его организма, чувствовала необъяснимую мощь. — Так, хорошо, а теперь освободи энергию. — Весь "огонь" пылающий внутри Животягина, разом обрушился на беспомощно болтающего ногами Филю.
— Ух, ты. — Удивленно произнес Ульян, выпуская обмякшее тело.
— Мои силы еще даже на четверть не восстановились.
— Ну, надо же. А от пуль мы сможем увернуться? — Произнес он, рассматривая свои ладони.
— Ульян, когда я достаточно окрепну, ничто на этой планете не сможет нас убить. Давай узнаем откуда у него то что он прячет.
— Ага. — Ульян склонился к лежащему у ног Филе. Растопырил пальцы и приложил ладонь к его лицу.
В голове Животягина замелькали образы Филиных воспоминаний.
— Не погружайся слишком глубоко. Ты только посмотри, он дважды абсолютно случайно встречался с охотниками. И даже ранил одного. Какой интересный индивид. Сконцентрируйся на их последней встрече. — Все образы были настолько реалистичны и правдоподобны, будто происходили в данный момент.
— Это же морг! — Воскликнул Животягин. — Глянь-ка, что он делает с трупами? Филя выстрелил в него с десяти метров, а он не подох. Девка-то ему зачем? Смотри-ка, охотник забыл свой чемодан.
— Теперь все становится на свои места.
— С помощью этой не большой штуки из чемодана охотника, Филя действительно буквально из воздуха появился в сауне Зеленого. Кончил авторитета и также скрылся.
— Удивительное совпадение, выбивающееся за рамки понимания.
— Думаешь подстава?
— Не похоже. Думаю, что-то пошло не так как они планировали. Это и привело к тому что прибор охотников попал к Филе. Ты знаешь, где это место?
— Конечно, знаю, это восьмая больница.
— Замечательно. Думаю там, мы найдем след, ведущий в их логово, а значит и ответы на все твои вопросы. Смотри, Филя еще жив. Бесценный индивид…
Вокруг больницы не было даже намека на следы охотников. Если бы Ульян не знал, что они здесь были, ему в жизни не пришло в голову тут искать.
— Теперь я понимаю, как ты так быстро догадался, что Зеленого завалили не они. — Усмехнулся Животягин.
— Охотники действуют очень аккуратно и без особых причин не раскрывают себя.
— Особых причин. — Хмыкнул Животягин. Он вспомнил свою первую встречу с охотниками. Тот день стал для Олега последним.
— Мы найдем их и отомстим.
Морг буквально сиял энергетической сигнатурой охотников.
— Что вам нужно? — Строго спросила сидевшая за столом у входа пожилая женщина. Животягин сразу её узнал, это над ней склонялся охотник в Филиных воспоминаниях.
— Мне нужно задать вам пару вопросов. — Сказал он, показывая женщине ксиву.
— Я ведь все уже рассказала вашим коллегам.
— Оно конечно, да. — Животягин сел напротив. — Просто я решил лично осмотреть место преступления, а заодно, раз я здесь, уточнить пару моментов.
— Каких еще моментов?
— Ну, во-первых, что нападавший делал с трупами?
— Я же…
— Так. — Оборвал женщину на полу слове Животягин. — Давайте я кое-что вам проясню: я, не мои коллеги и я, не хочу играть с ними в "испорченный телефон". Так что потрудитесь ответить на мои вопросы.
— Он вырезал у четырех трупов печень. — Раздраженно сказала женщина, явно не привыкшая к тому, что ей указывают.
— Печень. — Задумчиво повторил Животягин. — Ладно, а что за девушка тут была?
— Какая девушка? — Удивилась женщина.
Оказалось, она не знала ни про Филю, ни про Лену. Поднявшись в "терапию", Животягин узнал, что тем вечером из больницы пропала молодая девушка-врач Щербинина Елена Сергеевна. Почти неделю от нее ни слуха, ни духа.
— Филя его подстрелил, поэтому он похитил девчонку. Тут все ясно. — Спускаясь по лестнице, рассуждал Животягин. — А вот зачем ему понадобились четыре человеческих печени?
— Видимо они что-то замышляют. Так или иначе, мы на верном пути и скоро все станет на свои места.
— Куда уходит след?
— На северо-запад.
По мере приближения к логову охотников, их следы стали встречаться чаще. Вскоре, Животягин подошел к обветшалому, трехэтажному дому.
— Я чую их. Они здесь, в квартире на третьем этаже. Двое охотников и девчонка.
— Справимся?
— Оба охотника ранены, так что моих нынешних сил хватит для того что бы их убить.
— Отлично. — Доставая "макара" практически прошипел Ульян. — Время собирать камни. — Сняв ствол с предохранителя, он вошел в дом.
Сифилис проснулся от очередного кошмара. Восьмую ночь подряд, ему снились эпизоды из прошлого, о мире номер ноль, до того как случился Коллапс. Эти сны навевали тоску и вызывали странное чувство — опасение, смешанное с интересом. Казалось бы, что в этом такого? Странность заключалась в том, что у всех кошмаров было кое-что общее. Точнее кое-кто. Доктор Мёрзлый. Вот уже неделю он являлся Сифилису во снах.
— Снова кошмар? — В комнату вошел Всеволод. За прошедшую неделю его состояние заметно улучшилось, но он был все еще слаб.
— Ты опять кричал.
— Всеволод, право слова. — Сифилис принял сидячие положение. — Мёрзлый давно умер, а мне по-прежнему нет от него покоя. Он умудряется доставать меня из мира усопших. Я будто чувствую, как Доктор, являясь лишь тенью, воспоминанием, продолжает следовать своему зловещему плану.
— Мир усопших? — Усмехнулся Всеволод. — Сифилис, похоже, этот мир имеет на тебя слишком большое влияние и это совсем не хорошо.
— Всеволод, право слова, как тут не поверить в существование мира теней, когда мы с тобой сами здесь чужие? Когда каждую ночь, мне во снах является мертвый человек.
— Перестань изводить себя. У меня есть теория, объясняющая, в чем причина твоих кошмаров, но сейчас не об этом.
— Не об этом? Тебе вновь нездоровиться?
— Нет. — Всеволод запрыгнул на кровать и сел напротив своего ученика. — Меня волнует Лена, у неё опять поднялась температура.
— Право слова, мы же вчера увеличили дозу.
— Её организм привыкает к сыворотке быстрее, чем мы думали. Так что, если мы продолжим в том же духе, она умрет.
— Всеволод, но как же так? Я рассчитывал дозы исходя из стандартных данных, по всем результатам, сыворотка не должна была вызвать такой сильной зависимости.
— Я проверил твои расчеты, они верны. По-видимому, причина кроется в чем-то другом. Чем-то о чем наши ученые не могли знать.
— Но пока мы будем выяснять, в чем причина, она умрет. — Сифилис встал и направился в соседнюю комнату, в которой лежала девушка.
— Ты прав. — Глубоко вздохнув, сказал Всеволод и последовал за ним.
Вскоре, после того как Сифилис ввел девушке вновь увеличенную дозу сыворотки, температура её тела начала спадать и она заснула. И Сифилис и Всеволод понимали, что это только временное решение проблемы.
Они оставили девушку и уединились на кухне. Не заменимое место для обсуждения насущных проблем. Ведь там можно не только искать пути выхода из сложившейся ситуации, но еще и поесть. А силы подкрепить им обоим не помешает.
— Сколько у нас времени, прежде чем доза станет смертельной? — Спросил Сифилис, вываливая на сковородку позавчерашнее картофельное пюре.
— Прошлой дозы хватило чуть больше чем на двенадцать часов. Сейчас ты ввел ей почти вдвое больше. Если динамика не изменится у нас не более двадцати четырех часов.
— А если мы ошибаемся, то следующая доза может стать смертельной. — Тем временем сковорода накалилась и масло зашипело. — Всеволод, право слова, ты должен придумать, как нам её спасти. — С мольбой в голосе произнес Сифилис, разбивая ложкой комки слипшегося пюре.
