огороды. В общем, выращивать продовольствие для страны! А еще Иран – это нефть! А она нынче тоже в дефиците… Так что шаг вполне логичный и предсказуемый. Интересно лишь одно – как все это преподнесут?
Впрочем, этот вопрос разъяснился очень быстро. Достаточно оказалось включить телевизор, где показывали те самые входящие в Иран колонны военной техники. Говорилось об обращении иранского правительства, о решении товарища Пономаренко, о том, что дает Советскому Союзу присоединение новой социалистической республики… И тут, как и ожидал Михаил, не забыли упомянуть и климат Ирана, в котором уже в этом году можно заниматься сельским хозяйством. А следом за этим новости вдруг вновь переключились на происходящее за рубежом – хотя раньше про это не вспоминали уже давным-давно. Показывали голодные бунты в Америке, эвакуацию на юг канадского населения, говорили о крахе экономики Западной Европы…
Но самое главное – сделали акцент на южном полушарии. Да, там прозрачность атмосферы понизилась гораздо слабее, хотя все же и с севера что-то донесло, да и «южные» вулканы вроде Тамборы, Кракатау и еще целой серии помельче несколько подгадили. Да и общее снижение температуры на планете постепенно достигло и тех мест. Устойчивый снежный покров лег в Андах и на юге Патагонии, шли смывавшие плодородный слой почвы вместе с посадками проливные дожди в Африке и Южной Америке. Ущерб, конечно, куда меньше, чем в северном полушарии, но тоже весьма заметный. На фоне этого – целая череда военных переворотов в Латинской Америке, активизация различных революционных движений. На полтора года раньше, чем в истории Михаила, произошел переворот генерала Веласко в Перу, и сейчас туда начали вовсю эвакуироваться кубинцы. В Африке свирепствуют эпидемии и идет тотальная война всех против всех… Впрочем, в Европе тоже отмечены первые голодные бунты и военные столкновения. Пока еще ограниченные, правда. Не доходящие до большой войны. А еще голод в Китае, Индии и Индокитае, там люди уже вовсю умирают от нехватки еды… Ситуация в мире постепенно становилась все хуже и хуже, и на этом фоне СССР даже выглядел своеобразным островком стабильности. Показать это, судя по всему, и было главной целью обзора.
Посмотрев новости, они пошли работать, ведь если сегодня выходной – это вовсе не означает отсутствия домашних дел. Скорее наоборот! Потому сейчас вытаскивали и закидывали на чердак дома содержимое мастерской, а там много всякого накопиться успело… Как нужного и полезного, так и оставленного «на всякий случай» хлама. Но сейчас надо было освободить бывший дом – ведь его уже определили под заселение эвакуированными… Впрочем, Михаил уже знал и про то, что такой статус давали даже наиболее крепким и основательным сараям, которые можно утеплить, поставить печку и заселить. И за этой работой и пролетело время до обеда, после чего решили взять передышку. Остальное на следующих выходных перетаскают.
Обед в этот раз сготовила Вика – у нее это вообще неплохо получалось, во всяком случае на взгляд Михаила. А вскоре после обеда вдруг выглянуло солнце – хотя оно уже достаточно часто стало появляться. Погода стояла теплая, всего семь градусов мороза, и Михаил с Викой решили пойти немного прогуляться. В какой-то раз вот всего лишь пройтись по городу – без всякой цели, просто так. Почти недоступное в нынешнее время удовольствие… Эх, были ж времена!
- А помнишь наш выпускной? – вдруг, ни с того, ни с сего, произнесла Вика.
- Помню, конечно, - согласился парень.
- Помню, стоим мы тогда, взявшись за руки, и смотрим на город, - грустно улыбнувшись, продолжила девчонка. – И я мечтала о том, каким будет будущее… Помнишь, ты еще сказал про рассвет новой жизни?
- Помню, - кивнул в знак согласия Михаил.
- Во и я думала про то, какой будет эта новая жизнь, - тихо произнесла девчонка. – Мечтала о том, как мы выучимся, пойдем работать… Как наша страна будет развиваться, становиться богаче и сильнее, как наши полетят на Луну… Как во всем мире победит коммунизм – и больше не будет на Земле никаких войн и несчастий! А вышло… Сам видишь, что вышло!
- Вижу, - согласился Михаил. – Только… Кто же мог о таком предполагать?
- Никто, - согласилась Вика. – Только… Чувствую себя словно обманутой! Так ведь не должно было быть…
И, как ни странно, Михаил с этим был полностью согласен… Вот только для него это было не просто мыслями, эмоциями, а твердой убежденностью. Ведь он жил в другом мире, где не было в 1966 году никакого гигантского извержения! Не было там – значит, не должно было быть и здесь. И все же оно случилось – а это означало лишь одно… Что версия на счет того, что извержение вызвано ядерным испытанием, верна. Да, пока это было лишь версией, с которой были согласны далеко не все ученые, но не для Михаила. Он в этом был абсолютно уверен. Что ж… Он и в прошлой жизни ненавидел США – теперь поводов для этого у него стало в несколько раз больше.
- Кто ж может знать заранее… С войной вон тоже никто не ждал, что оно так будет, - заметил Михаил, и Вика вдруг аж вздрогнула при такой ассоциации.
- А ведь это – тоже как война, - тихо произнесла девчонка. – Сколько уже людей умерло, сколько калеками стало? И то ли еще будет…
Официальных данных по потерям еще никто не публиковал – во всяком случае, обобщенные. Но… Ведь Михаил и сам многое видел, своими глазами! Кто погиб в первый же день от землетрясений и цунами. Кто еще осенью или уже зимой помер от воспаления легких. Кто замерз насмерть в выстуженных домах или в сломавшихся, застрявших вдали от жилья машинах. Кто угорел в собственных домах. Кто погиб или покалечился на стройках… Вон как Леха Расторгуев из их класса – в середине февраля сорвался с лесов на строительстве отапливаемого ангара на стройке и кости переломал. Недавно совсем Михаил его видал в магазине, где отоваривали карточки. Леха тогда как раз туда пришел – с палкой, хромая на правую ногу. По его словам, врачи сказали, что теперь он всю жизнь так ходить будет – и вообще, дескать, должен радоваться и этому.
Они шли по заснеженным улицам, глядя в свете солнца на преобразившийся буквально до неузнаваемости город. Еще недавно тут были сады и огороды – сейчас на их месте одни громадные сугробы. Где были
