Весной собираемся сад строить. Валить некуда.
— И морфы не донимают? — спросил вдруг Чуваш. Уж очень его эта тема заинтересовала. Ну да, он ведь сам прокачанных тварей боится.
— Нет, — покачал головой старший из местных. — Пока электричество есть, освещение наладили. Несколько генераторов нашли, которые завелись. Что будет, когда бензин кончится. До этого дожить надо еще.
— А чего с дубьем ходите? — спросил вдруг Илья. — Город ведь большой, опять же военные, штаб, там оружия много. Да и оружейные должны быть. А вы с одной этой пукалкой, да еще и гладкоствольной.
А он сразу понял. Похоже, что в гражданском оружии разбирался. Я тоже, но мне надо маркировку прочитать сперва. Хотя, может и он прочитал. Глазастый тогда, получается.
— Так военные все оружие под себя подмяли, и не дают. А до оружейных добраться еще надо. А зомби на улице просто до пизды, тут хрен дойдешь. Мы ловушки на них ставить начали, ямы волчьи копать, куда тухлятину разную кидаем, подвесные опять же. Но попадается мало. Да и сил много уходит.
— Район очистить тоже пытаетесь? — с каким-то сочувствием в голосе спросил Илья.
— Да, — кивнул местный. — Надо же жить как-то. И еду добывать надо.
Устроились, конечно. На крышах, да верхних этажах высоток, там ведь ветер, наверное. Хотя, безопасно должно быть, если подъезд зачистить, а еще и лестничные пролеты на двух нижних обвалить. И тогда единственная проблема останется — морфы. Но от них защититься не так сложно, если свет есть. Они на него не лезут. Боятся.
— Командир, давай отойдем, — вдруг сказал Илья.
Я посмотрел на него, подумал, а потом кивнул. Если уж хочет отойти, значит есть поговорить о чем.
Говорить своим о том, чтобы продолжали контролировать парней, я не стал. Отошли, встали чуть в стороне.
— Надо им помочь, — вдруг проговорил ОМОНовец.
Я как услышал, чуть не встал. С чего бы это он так заговорил? Хотя… Я ведь о нем ничего не знаю. Может быть, он реально жалостливый парень, которого эта история растрогала. А возможно какие-то свои цели преследует. Не знаю. Вот прям вообще не знаю.
— И чем мы им поможем? — спросил я. — «Жигу» я уже пообещал отдать. Если не ебланы, то выберутся.
— Стволами помочь, — ответил он.
— Чего? — не понял я.
— Да не, не свои отдавать, — покачал головой Илья. — Тут в окрестностях оружейка есть, с километр пройти. У нас патрона достаточно, и стволы глушеные. Пройдем без проблем.
— Да разграбили десять раз твою оружейку, — хмыкнул я. — Да и хули там может быть? «Мурки» и «ТОЗы»?
— Ну это хоть какие-то стволы, — ответил он. — Я думаю даже из «мурки» можно приложить морфа, если одного.
— И на ба-бах все сбегутся, ага, — кивнул я.
— Но даже если разграбили, — сказал он. — Есть еще одна, но уже для своих. Она такая, знаешь… Полулегальная.
— Не понял, — сказал я.
— Ну не для всех место… — он чуть поморщился. — Короче, подвальчик там, и о нем никто не знает. И торговали там не только охотничьим, да травматами.
— И вы их не прикрыли? — не понял я. — Вы ж менты.
— Ну так… — проговорил он. — Иногда лучше дружить…
— На лапу брали? — уже напрямую спросил я.
— Не только. Если для серых дел стволы нужны были, тоже у них брали. Особые клиенты, так сказать.
Да уж, блядь. Менты — это волки, как ни крути, и овец вполне себе режут, да только при этом следят, чтобы не всех. Чтобы стадо все равно росло, и мяса больше доставалось.
— Для серых дел, бля? — спросил я.
— Да была у нас тут организация одна… — протянул он.
— Слышь, не темни уже, — сказал я. — У нас тут апокалипсис во все края, мертвые восстали, причем вообще не как в Библии. Законы вообще всем до пизды. Давай говори.
— Ну иногда такая хуйня случалась, что кого-то по закону прижать не получалось. Или крыша серьезная у человека была, или просто скользкие типы. И вот мы с такими разбирались по-свойски.
Я вздохнул. Ну, не мне его судить. Я, если вспомнить прошлые времена, сам о такой структуре задумывался. Только хули он тогда с гопой этой связался? «Вороны» — то, бандиты, как ни крути.
А потому что волк. И он все равно темнит, это точно. Не только преступников избежавших правосудия они решали. Но ладно, это уже не мое дело.
Я задумался. Сходить что ли, реально? А что там интересного может найтись? У меня все есть, прапор выдал, а пара лишних стволов… Смешно, конечно, еще две недели назад у меня было любое оружие, которое я мог захотеть, включая самые современные образцы. И все с военных баз.
И вот я снова нищий, радуюсь «семьдесят четвертому» в «зенитовском» обвесе. Хотя нет, я как раз парень не бедный. Если бы «Вороны» торговали бы оружием, мог бы позволить себе что угодно. Но увы, у них оно под строгим контролем, не хотят они, чтобы население вооружалось.
Нет, можно, конечно, напрямую у того прапора, что за интенданта, купить. Он продаст, за хорошие бабки, тоже.
— Точно недалеко? — спросил я.
— До подвальчика километра полтора, — ответил он. — И зуб даю, дойдем, Серега. Стволов там немного будет, но на этих хватит. Сам же видишь, с чем они ходят.
— Ладно, — выдохнул я. — Только пойдем сразу туда, на хуй эту первую оружейку, тем более, что ее разграбили давно. Можешь быть уверен, такие места в первую очередь бомбят. По опыту говорю.
Ну да, это в Судаке нам повезло найти неразграбленный, но там все серьезно с защитой было. Даже ключи пришлось искать.
— А если вывезли ее эти твои оружейники? — решил уточнить я.
— Когда я в последний раз хозяина видел, он в ИПЗ сидел, — сказал ОМОНовец. — Долю задерживал, его опера прижать решили. Так что есть шансы, что не вывезли. Единственная проблема — дверь. Но если «буханку» возьмем, то просто тросом подцепим и дернем хорошенько. Откроется, никуда не денется.
— Ага, и на звуки мотора полгорода соберется…
Хотя сам уже подумал, что сходить стоит. Да, лишний
