Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
В порту Марселя было четыре корабля, снаряженных и готовых отправиться в путь немедленно, но на трех из них ответили отказом на просьбы взять нас на борт, потому что они направлялись не в Венецию, а в другие портовые города. Лишь капитан четвертого судна, двухмачтового когга, согласился принять нас, да и тот отчаянно торговался и демонстрировал всем своим видом крайнюю неохоту, пока леди Вивиен не отдала ему в качестве оплаты последний из оставшихся драгоценных браслетов, которого достаточно было бы, чтобы купить этот корабль вместе с его немногочисленной командой. От меня не укрылось, как алчно блестели глаза капитана, когда он смотрел на браслет, а также то, что он успел бросить взгляд в дорожную сумку леди, где среди прочего оставалось еще и ее ожерелье. Не менее жадные взоры устремлял он и на перстень, подаренный лордом Валентайном своей супруге, леди Изабелл, который моя госпожа надела на руку и собиралась сохранить как память, а также и на саму леди Вивиен. Улучив момент, я попытался отговорить мою госпожу от того, чтобы подниматься на борт корабля: хотя капитан и отрекомендовался ганзейским торговцем, достаточно было одного лишь взгляда на него и членов его команды, чьи лица были изборождены шрамами и следами порочных страстей в не меньшей степени, чем солеными морскими ветрами, чтобы понять, что они есть не кто иные, как морские разбойники, а если и торгуют чем-то, так только добычей с захваченных ими судов и другим неправедно нажитым добром. Всем известно, что пираты — люди без чести, и на борту корабля мы оказались бы в полной их власти. Но леди Вивиен настояла на своем, желая как можно скорее выйти в море, чтобы оторваться от возможной погони, и смело взошла по шаткому трапу на борт, а за нею последовал и я, стараясь не давать волю беспокойству и дурным предчувствиям. Так, 1 декабря 1309 года, преодолев по суше более семисот миль и пройдя через всю Францию с севера на юг, мы начали путь по морю, выйдя из Марселя и держа курс на Венецию.
К сожалению, уже на второй день пути самые худшие мои подозрения получили горькое и полнейшее подтверждение.
Когг шел полным ходом, подгоняемый свежим, но несильным ветром, заполнявшим его паруса, и чуть поскрипывали мачты, устремленные в чистое синее небо. Солнце, уже по-зимнему холодное, но по-прежнему яркое, рассыпало свой ослепительный свет множеством сверкающих бликов на ряби морских волн. Леди Вивиен, в развевающемся на ветру красном платье, стояла на носу корабля, глядя в морскую даль, я же расположился на ступенях лестницы, ведущей к носовой части судна, и наблюдал за капитаном и его людьми, не внушавшими мне, как я уже говорил, никакого доверия. В этот день явственно было заметно, что они что-то затевают: все свободные от управления кораблем члены команды собрались на корме и оживленно толковали между собой, время от времени кидая жадные и похотливые взгляды на леди и посматривая на меня, словно бы оценивающе. Потом четверо из них не спеша и как бы невзначай подошли к бортам корабля по правую и левую руку от меня, и я заметил, что они вооружены небольшими, но мощными арбалетами, причем тетивы были уже натянуты, а стрелы наложены и изготовлены к выстрелу. Вскоре остальные члены команды, а вернее сказать, разбойничьей шайки, направились ко мне во главе со своим предводителем, и каждый из них сжимал в руках широкую саблю, или короткое копье, или абордажный топор. Я поднялся им навстречу и положил руку на рукоять своего меча. Капитан, приблизившись, заговорил и озвучил свои намерения в отношении моей госпожи в выражениях столь недвусмысленных и гнусных, какие джентльмен не может позволить себе даже помыслить, а уж тем более произнести вслух или повторить, пусть даже и на страницах правдивого повествования. Разумеется, алчной банде нужны были все драгоценности, которые, как они знали, леди хранила в своей дорожной сумке, но, кроме того, они намеревались посягнуть и на нее саму, мне же предлагали броситься за борт и попробовать спастись вплавь, или же быть убитым на месте.
Впрочем, это последнее предложение я не выслушал до конца: дерзкие слова в адрес леди Вивиен так возмутили мой дух, что я выхватил меч раньше, чем капитан закончил свою гнусную тираду. Пираты тут же взяли оружие на изготовку, а стрелки у бортов подняли свои арбалеты и направили их в мою сторону. Я стоял один против полутора дюжин опытных головорезов и с отчаянием понимал, что мне не победить в этой схватке, и что если меня не достанут топором или копьем в рукопашном бою, то уж точно пронзят стрелами из арбалетов, и тогда никто и ничто не помешает разбойникам исполнить свои намерения в отношении моей госпожи. Признаться, в этот момент я по малодушию своему вспомнил, как искусно обращалась леди со своим фальшионом во время стычки в лесу с бывшими солдатами барона-тамплиера, и подумал, что вдвоем у нас, пожалуй, было бы чуть больше шансов на то, чтобы сохранить жизнь хотя бы ей одной. Я посмотрел назад и увидел, что леди Вивиен все так же неподвижно стоит на носу корабля, всматриваясь в даль, как будто видит там что-то, скрытое пока от глаз остальных. И тогда я повернулся лицом к врагам, которые подбирались все ближе, так что в нос мне бил запах их немытых тел и потной одежды, и подумал, что первым ударом разрублю капитану его глотку, из которой он исторгал свои отвратительные речи.
И в тот миг, когда я уже выхватил меч, корабль вдруг сотрясся всем корпусом от сильного удара, словно на полном ходу натолкнулся на что-то, а потом начал раскачиваться с борта на борт. Я с трудом удержался на ногах, уцепившись за перила лестницы. Мои противники смешались, кто-то упал, кто-то выронил оружие, многие зашатались, вцепившись друг в друга, а один из арбалетчиков с воплем полетел за борт. С верхушки бешено раскачивающейся мачты раздался дикий крик дозорного, исполненный такого панического страха, словно он в один миг лишился рассудка. Пираты забыли про меня и бросились к бортам, чтобы посмотреть, в чем дело, и зрелище, представшее их взорам, заставило многих завыть от ужаса.
По обеим сторонам корабля вздымались какие-то движущиеся кольца в несколько охватов толщиной, выходящие из воды выше бортов и переливающиеся на солнце серо-зеленым влажным блеском. Полдюжины таких колец возвышалось по левому и правому борту, а корабль стремительно терял ход и через несколько мгновений уже почти полностью остановился, словно удерживаемый какой-то неведомой, но могучей силой. Я взглянул на огромные серо-зеленые чешуйчатые петли и понял, что это тела живых существ, а точнее, одного существа — морского змея, рассказы о котором я слышал от своего отца и других бывалых моряков и о котором даже читал в некоторых книгах.
Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 193
