Линус проник в Соленый форт как по маслу. Он стоял в метре позади Улькара, и стражники даже не взглянули на него. Зато сам мальчик мог без зазрения совести пялиться на этих странных существ. Улькар назвал их Салиарами. Когда они наконец отступили в сторону, пропуская Улькара, Линус поспешил за ним следом. Он мог поклясться, что в какой-то момент встретился взглядами с одним из Салиаров, но вместо того, чтобы забить тревогу, стражник зевнул.
За воротами располагалась широкая лестница. Вверх она вела к центральной части оборонительных сооружений крепости, а внизу исчезала в глубине скалы. Два стражника сопровождали их, показывая путь. Из-за этого Линус и Улькар не могли разговаривать между собой. Чем ниже они спускались, тем сырее становился воздух. Местами с потолка капала вода, и на ступеньках было скользко. Улькар украдкой оглядывался через плечо, будто стараясь убедиться, что мальчик не отстал.
И вот они спустились вниз. Линус с удивлением рассматривал открывшийся перед ними сводчатый стеклянный коридор. В ширину он достигал метров десять и пронизывал море насквозь. «Чувствуешь себя будто в перевернутом вверх дном аквариуме», – подумал мальчик. По обе стороны от входа стояли позолоченные статуи Салиаров. Сверху красовалась надпись:
Остиелантем
Жемчужина Вечных Морей
Линус наблюдал за царившей в море суетой. Некоторые плыли самостоятельно, другие – оседлав верхом более крупных существ. Мимо проскользнул большой косяк, судя по всему, рыб. Трудно было разобрать, кого здесь считали за индивидов, а кого – за животных. Это еще одно преимущество почти невидимого состояния. Никто не удивится, если он нечаянно поприветствует хинсидовскую курицу или лошадь.
Улькар обернулся к одному из стражников.
– Где мне найти Храмру? – спросил он.
– Следуй за нами, – ответил Салиар.
Сердце Линуса застучало быстрее. Если Храмра где-то поблизости, значит, и Лионора тоже!
– Похоже, предводители беженцев должны сейчас собраться на совет, чтобы решить, куда двигаться дальше, – объяснил стражник.
– Двигаться дальше? – удивленно воскликнул Улькар.
– Завтра они отправятся в путь. У Остиелантема не хватит средств обеспечить пристанище всему населению Сантионы. Проходи теперь сюда.
Они прошли вперед, и Линус радовался, что никто не видит, как он с изумлением смотрит на всех, кто попадается им на пути. Большеглазое существо, покачиваясь, шло навстречу на длинных лягушачьих ногах. Его кожа пульсировала красным и синим. Другое несло на спине резервуар с водой, связанный трубками с присосками на шее. Линус предположил, что они прикрывают жабры. Почти все здесь имели черты рыб или других обитающих в воде животных.
Прошло совсем немного времени, и они увидели громадную фигуру, возвышавшуюся среди снующей толпы. Казалось, будто рога царапают потолок.
Это была Храмра.
А сразу за ней шла Лионора!
Линус невольно улыбнулся под своей мантией. Не было ничего на свете приятнее, чем наконец увидеть ее. С головы и до кончиков пальцев его накрыло волной тепла. Но потом он обратил внимание на тревожное выражение ее лица – он никогда такого раньше не замечал. А что случилось с ее руками? Кожа красная и бугристая, будто от незаживших ожогов.
На девочку было больно смотреть. Почти такие же чувства возникали у Линуса, когда он смотрел на Линнею.
Лионора прошла мимо мальчика, но, увидев Улькара, резко остановилась.
– Улькар! – закричала она. – Ты здесь! Я боялась, что ты не успеешь догнать нас прежде, чем мы покинем город.
Храмра ничего не сказала. Она даже не взглянула на Улькара. Вместо этого молочно-белый глаз уставился на Линуса.
Линус растерянно оглянулся вокруг и поднял руку, скованно приветствуя великаншу.
– Лионора, – проскрипел голос Храмры. – Я забыла свою сумку с пряными травами. Ты не могла бы принести ее мне?
– Сейчас? – с удивлением переспросила Лионора. – Она правда нужна тебе на встрече?
– Пожалуйста, просто принеси ее, – улыбнулась великанша.
Пожав плечами, Лионора развернулась обратно. Взглянув на Линуса, Храмра кивнула в сторону Лионоры. Мальчик слегка наклонил голову в ответ и пошел следом за сестрой.
Глава девятнадцатая
Лионора не понимала, зачем Храмре именно сейчас понадобилась сумка с пряными травами. Ведь Улькар вернулся, что может быть важнее, чем расспросить его, где прячется Вильхельм?
Девочка пробиралась зигзагом сквозь людской поток. Здесь никто не расступался, заметив ее. Никто уважительно не кланялся, приветствуя, и наоборот – Лионора ловила на себе недовольные взгляды.
Ее предупреждали, что остиеланцы совершенно не заботятся о том, что происходит в окружающем их мире. Она неоднократно слышала, как они шептали, например: «сантионцы пришли, чтобы съесть всю нашу еду» или «сантионцы злоупотребляют нашим гостеприимством». Каждый раз, услышав такое, Лионора стискивала зубы, но думала при этом: «На какую помощь рассчитывают сами остиеланцы в тот день, когда их настигнет Устрашающий огонь?» А он будет здесь обязательно, в этом она не сомневалась.
«Надеюсь, Улькар пришел с хорошими новостями, – рассуждала про себя Лионора. – Если он нашел убежище Вильхельма, мы с Храмрой сможем застичь мага врасплох и постараться убедить его помочь нам заточить Устрашающий огонь обратно в подземелье». Шансы на успех невысоки, но, к сожалению, лучшего плана у нее не было.
Девочка отодвинула темно-красную занавеску, закрывавшую проход в комнату Храмры, зашла внутрь и огляделась вокруг в поисках сумки. Комната была больше, чем та, которую отвели Лионоре, но все равно мала для великанши. «Вряд ли она нормально помещается в эту кровать, – подумала девочка. – Хорошо еще, что Храмра редко спит».
Шорох занавески заставил ее обернуться. Кто-то задвинул ее снова, но в комнате больше никого не было. Или… Секунду…
В комнате внезапно оказался Линус. Он широко улыбался, а в руке держал длинную серую мантию. Лионора изумленно смотрела на него. Потом зажмурилась и взглянула вновь. Неужели это правда?
Девочка тряхнула головой – мысли разлетались по сторонам, как бестолковые мухи. Потом ее обуяла радость, она бросилась к брату и обняла его, стиснув так крепко, что Линус начал задыхаться. Тогда Лионора нехотя отпустила его.
– Как?.. – начала она свой вопрос, но не могла подобрать слов.
– Длинная история, Лионора, – ответил Линус, глубоко вздохнув. – Но я наконец здесь, мне удалось открыть Дверь, и книжка со мной.
Сестра наблюдала за его довольной улыбкой, ничего не понимая.
– Дверь открыта?! – воскликнула она. – Зачем ты открыл ее?
Линус превратился в один большой вопросительный знак.
– Ты же попросила меня достать и принести сюда книжку, и как можно скорее!
– Какую книжку? – посерьезнев, переспросила девочка.
Теперь Лионора испугалась.
– Записную книжку Вильхельма?.. – медленно произнес Линус, и его улыбка угасла.
Девочка медленно покачала головой. Что-то пошло не так, совсем не так.
Мгновение они молча смотрели друг на друга.
– Ты передала мне послание, – сказал в конце концов Линус. – Написала, что Хинсидесу угрожает
