надвигаются близнецы и их подручные. Рафаэль движется с невероятной скоростью, меч со свистом рассекает воздух. Он разрубает одного солдата, убивает следующего и скрещивает мечи с третьим.
Двое фейри бросаются на меня, я выхватываю нож. В голове раздается раздраженный голос Вивиан: «Кто же берет нож на мечевой бой?»
Первый фейри замахивается мечом. Я пригибаюсь, уворачиваюсь и касаюсь его руки. И использую весь охвативший меня ужас, швыряя его, как в топку, в сознание врага. Нет времени разбираться в его странных мыслях – вместо этого я обрушиваю магию на его ощущения, сбивая с толку и заставляя принять друга за врага. Он поворачивается и пронзает клинком напарника. Я разрываю телепатическую связь; фейри смотрит на солдата, которого только что убил.
– Эйнион! – рыдает он.
Воспользовавшись его растерянностью, я бросаюсь на него и вонзаю нож ему в горло. Он разевает рот от шока и боли, падает с пирса в пенистое море и скрывается в волнах.
Тяжело дыша, оборачиваюсь. Трое мертвых фейри лежат у ног Рафаэля. Он сражается с Видалем, мечи громко лязгают. Женщины, Маэртисы, не видно – наверное, ее тоже поглотили волны, как и убитого мной солдата. Приседаю в боевой стойке и прикидываю расстояние до Рафаэля и его противника. Громила-фейри примерно в дюжине ярдов. Я уже готова атаковать, но кто-то выкручивает мне руку. Вскрикнув от боли, я роняю нож. К моему горлу приставлено лезвие. Я тянусь к спрятанному в ботинке ножу…
– Не советую, – шепчет на ухо Маэртиса и вонзает топор поглубже. Боль обжигает шею.
Стоя на пирсе, я вижу, как Рафаэль парирует мощный удар Видаля и поворотом меча отправляет оружие противника в море. Видаль пытается выхватить меч Рафаэля, но получает рукоятью по лицу и падает на колени. Рафаэль замахивается, чтобы прикончить его.
– Рафаэль Ланселот! – кричит Маэртиса, лезвие впивается мне в кожу. – Твоя слава опережает тебя.
Рафаэль оглядывается и, увидев, в каком я положении, хватает Видаля и приставляет к его шее окровавленный меч.
– Причинишь ей вред – останешься единственным близнецом, – холодно цедит он.
Мы застыли на пирсе под вой морского ветра. Кровь стекает по моей шее за воротник. Я не смею даже сглотнуть.
– Что ж, любопытная ситуация, – произносит Маэртиса таким тоном, словно ей нравится такой вариант.
– Прикончи ее, Маэртиса, – рычит Видаль.
Рафаэль сильнее вдавливает меч в шею противника.
– Тихо, – приказывает он. – Или останешься без уха.
– Так, давай без этих штучек… Мы ведь не такие варвары, как люди. Поговорим? – вкрадчиво предлагает Маэртиса.
– Не о чем говорить. Ты отпускаешь женщину, мы возвращаемся к лодке. Как только доберемся до нее, я отпущу твоего брата, и мы уйдем.
– Не пойдет, – холодно усмехается Маэртиса. – Сначала отпусти брата, а потом я отпущу свою новую подружку.
– Этому не бывать.
– Значит, будем стоять, пока не придут мои солдаты – выяснить, куда подевались командиры.
– Если они приблизятся хоть на шаг, убью твоего брата, – рявкает Рафаэль.
– Фу… Ну что ты опять про убийства, Ланселот? – Маэртиса вздыхает. – Я слышала о тебе, но не думала, что ты настолько кровожаден… Ладно. Предлагаю вот что. Мы вместе идем к лодке. Там одновременно отпускаем заложников и объявляем ничью.
Рафаэль обдумывает предложение и наконец кивает:
– Согласен.
Я направляю свою телепатическую силу через вцепившиеся в мою руку пальцы Маэртисы и почти мгновенно проникаю в ее разум. Это походит на чтение мыслей древнего хитрого паука. Ее прошлое усеяно трупами фейри, которые перешли ей дорогу, и она собирается сделать с нами то же самое.
– Рафаэль, это ловушка! – выпаливаю я. – Как только мы отчалим, она пошлет вслед морского змея. Они подчиняются ей.
– О! – Маэртиса хохочет. – Да она телепат… Как забавно! Признаюсь, она права. Но кто знает, может, у вас получится обогнать морского змея на своей лодчонке…
Довольно. Я напрягаю все силы и посылаю свои мысли в ее сознание. Сейчас заставлю ее бросить топор и…
Ничего подобного, думает она и отшвыривает мои мысли прочь.
Я задыхаюсь. Телепатическая связь прервалась.
– Ты больше не станешь копаться в моих мыслях, – говорит Маэртиса вслух. – Только попробуй еще раз – и останешься без уха.
– Не тронь ее. – Рафаэль стискивает зубы.
– Надоело! – рявкает Маэртиса. – Если мы застрянем здесь надолго, вы оба умрете. И мой брат тоже. Хоть он и тупица, но мне нравится. Так что этому не бывать. И еще понятно, что я не позволю уйти вам обоим. Это было бы глупо, Оберон сдерет с нас кожу заживо. Но я предлагаю разумный торг. Сдайся нам живым.
– Этого не будет, – рычит Рафаэль.
– Ты не понял. Я говорю не о вас обоих, а только о тебе, Ланселот. Я отпущу девушку.
– Нет! – вопит Видаль. – Ты можешь схватить их обоих…
Рафаэль сдавливает ему шею, и Видаль обмякает, теряя сознание.
– Итак, – в голосе Рафаэля звенит металл, – ты что-то сказала?
Похоже, Маэртису не беспокоит подобное обращение с ее братом.
– Я сказала, что мне нужен только ты. Девушке я позволю уйти.
Рафаэль фыркает:
– И отправишь за ней морского змея, как только получишь брата?
– Не отправлю. Ты можешь держать меч у толстой шеи моего братца, пока эта юная телепатка не уплывет подальше.
– Нет, не вздумай! – кричу я. – Она лжет. Ты просто нужен ей живым. Она будет пытать тебя, чтобы выведать всю информацию. Нам нельзя сдаваться живыми!
Рафаэль сжимает челюсти:
– Зачем я вообще тебе нужен?
Маэртиса пожимает плечами:
– Лично мне – незачем. Но провидцы Оберона верещат, что его может остановить только Хранитель Озера. Они говорят, что это ты. И Оберон хочет выяснить, каким образом один человек может разрушить его планы.
Я задыхаюсь. Владычица Озера. Это не Рафаэль. Это я. Видимо, провидцы рассказали Оберону в общих чертах, но указали не на того человека.
– Это я нужна Оберону, – выпаливаю я. – Тана сказала мне, что я – Владычица Озера. Хранительница Озера. Она твердит это уже несколько месяцев. Ты не можешь им сдаться. Послушай, забери в лодку Видаля. Маэртиса не пошлет следом змея, если ты возьмешь в заложники ее брата. Ты сможешь уйти…
Рафаэль поднимает палец.
– Откуда мне знать, что ты не лжешь? – обращается он к Маэртисе.
Она вздыхает:
– Спроси свою подружку-телепатку. Я разрешу ей заглянуть в свои мысли. Она подтвердит, что я говорю правду.
Рафаэль смотрит на меня:
– Сделай это.
Я киваю, но не потому, что собираюсь поиграть в игру Маэртисы. Как только я снова проникну в ее сознание, то заставлю ее отпустить меня.
Снова устанавливаю телепатическую связь и сразу понимаю: Маэртиса говорит правду. Она отпустит меня
