- Нашли, что искали? Это она? - Поинтересовалась старшая сиделка, пожилая женщина с усталыми глазами, у склонившегося над койкой Бертрама.
Бледное, осунувшееся личико. Сама на себя не похожа. Не удивительно, что Дорф ее не узнал. Мечется в бреду, и не выглядит выздоравливающей. Судьба милосердная, пожалей девочку!
- Если она и натворила что, так судьба ее уж наказала. - Вздохнула сиделка. - Может, оставите девочку в покое, капитан?
- Дрова у вас есть? - Невпопад спросил Бертрам.
- Что? - Не поняла сиделка.
- Так. - Бертрам выпрямился, строго посмотрел на женщину. - Эта девочка - важный свидетель. Необходимо, чтобы она выздоровела. Во что бы то ни стало. Так что с этой минуты будете выполнять все мои распоряжения. Все, вы поняли?
Отвернувшись от растерянно кивающей женщины, Бертрам двинулся по проходу, поманив к себе топтавшихся чуть поодаль гвардейцев.
- Я не уверен, что ее можно сейчас перевозить. - Сказал он им, оценивающе оглядывая помещение. - Поэтому устраиваемся здесь. Рубен. На тебе охрана. Возьми пока троих. Ты знаешь, что делать, действуй. Симон. Организуй, чтобы все остальные койки отсюда вынесли. Вместе с обитателями. В соседние помещения, или в соседние здания, если понадобится. Разберись. Даг. Найди дрова, если нет - пали мебель. Срочно растопить оба камина. Спардис. Ты во дворец. Привези Феофана. Из-под земли достань. Склянки свои пусть не забудет. Верион. На тебе снабжение. Дрова, нормальные одеяла, сам подумай, что еще может понадобиться. Зимин. Дуй в казармы, нам нужна подмога. Ну, чего ждешь?
- Мы нашли принцессу, капитан? - Вполголоса поинтересовался Зимин, рослый черноволосый гвардеец.
- Пока мы нашли важного свидетеля. - Отрезал Бертрам. - Принцессу мы найдем, когда здесь будет Феофан. Не хочу, чтобы прислали этого надутого индюка Курда.
Соперничество между дворцовыми лекарями, коих имелся почти десяток, давно уже несло характер вялотекущей войны. Но вне конкуренции меж ними были двое: пользовавший королевскую семью мэтр Курд и молодой Феофан, рангом пониже, в основном оказывавший помощь расквартированным при дворце гвардейцам, не брезгуя при случае обращать внимание и на обслуживающий персонал. Во дворце, к счастью, болели не слишком часто, и полечить какую-нибудь мелкую хворь было весьма престижно у Курда, немного менее престижно - у кого-то из других мэтров. Но умные люди знали: если заболел серьезно, нужно идти к Феофану. Уже одно то, что в свои годы молодой лекарь был приглашен на службу во дворец, говорило о многом.
Феофан прибыл в сопровождении двух молоденьких девушек - это было его собственное нововведение: он сам обучал сиделок для своих больных, и учил кое-чему такому, о чем старые опытные сиделки и не слыхивали. Бертрам услышал топот копыт буйно подъехавшей кавалькады и сам вышел встретить лекаря.
- Что за срочность? - Начал возмущаться Феофан с порога. - Ваши гвардейцы меня, можно сказать, просто похитили. Я оставил больного, раздетого и приготовившегося к осмотру; вы можете представить себе его чувства, когда он не дождется своего лекаря? Вы, почитай, осрамили меня на всю столицу!
- Вы не пожалеете, что приехали. - Пообещал лекарю Бертрам. - Надеюсь только, что рассказы о чудесных исцелениях, которые я о вас слышал, подтвердятся.
- Все настолько плохо? - Сразу посерьезнел Феофан. - Показывайте больного.
Но, войдя в бывшую ``скорбную палату'`, не удержался от восклицания:
- Ох, не знал я, что нищие так живут!
Помещение преобразилось. Оба камина, в каждом из которых можно было бы приготовить быка, жарко пылали. Каменный пол застелили коврами, окна завесили какой-то плотной материей. Теперь местные сиделки под руководством одного из гвардейцев были заняты драпировкой стен. Где Верион умудрился за столь короткое время раздобыть все это богатство, так и осталось тайной за семью печатями - впрочем, Бертрам не без оснований предполагал, что он просто воспользовался преимуществами военного положения.
- Теперь все вон. - Распорядился Феофан, подходя к единственной в комнате кровати. - Капитан, а вы чего ждете?
- Я останусь. - Коротко сказал Бертрам.
Недовольно пожав плечами, лекарь склонился над больной.
- Почему вы сразу не сказали, что это она? - Тихо спросил Феофан некоторое время спустя, когда осмотр был уже закончен.
- Они бы ни за что не оставили ее здесь. А я не был уверен, что ее можно трогать с места.
- А почему пригласили меня?
- Считайте это комплиментом.
- Опасный комплимент. Очень уж велика ответственность.
- Каковы ее шансы?
Феофан потер лоб, заговорил устало, глядя в сторону:
- То, что вы не стали ее перевозить, правильно. Лучше этого пока не делать. Окна завесили зря: здесь душно, а больной нужен воздух. Но сырости быть не должно, так что огонь - это хорошо. Кровать надо передвинуть - вот туда, поближе. Лекарство я буду готовить сам. Это нужно делать каждый день, готовое оно быстро портится. Процедуры... Ну, это я своим девочкам расскажу. Что же касается шансов... Хорошо, что вы нашли ее сегодня, капитан. Завтра могло бы быть поздно.
Процесс превращения нищенского приюта в филиал Королевского дворца продолжался.
Сам Король одобрил решение своего капитана. Собрав консилиум дворцовых лекарей и затем выслушав их всех, Роланд коротко кивнул, но обратился к одному Феофану.
- Полагаю, сударь, вы достаточно разумны, чтобы учесть дельные рекомендации старших коллег. - Сказал Король. - Но руководите лечением вы. Делайте, что считаете нужным. Сохраните мне дочь.
Потом рассказывали, что Курд, услышав эти слова, адресованные молодому лекарю, не сумел сдержать вздох облегчения. Эта сплетня стоила ему доброй половины его клиентуры.
Так что Алина пока оставалась в бывшем (теперь уже) приюте, Бертрам из опального вдруг попал в герои, а Феофан мог рассчитывать на значительное повышение статуса - в случае благополучного исхода дела.
Один из самых захудалых в городе кварталов преобразился несказанно. Нищих или оборванцев здесь теперь нельзя было отыскать днем с огнем. Приют со всеми обитателями перевели в новенькое складское помещение на окраине. Улицы, очищенные от отбросов и вымытые, патрулировались Королевскими гвардейцами. Были и изменения вовсе уж неожиданные: например, после того как Феофан заявил, что принцессе было бы полезно подышать ароматом соснового леса, прямо под окнами бывших казарм был вскрыт значительный участок мостовой и высажены привезенные из леса вместе с землей молодые сосны.
