Мысли привычно скакали друг за другом в дерганом ритме сердцебиения, ноги откровенно подгибались… Но как же хорошо!
Эйфорическое состояние не помешало мне убраться отсюда. Попинав ногой сомлевшую Светлую, отчего она глухо застонала, но в себя приходить отказалась, завернул ее в плащ и с некоторым трудом взвалил поперек седла. Перевязал веревкой, чтоб не свалилась, как добыча неаккуратного кочевника, а косу обернул вокруг шеи. Задумчиво погладил нежную кожу у воротника. Теплая… Какая женщина пропадает! Воюет, лезет куда не следует. Правда, здесь она очутилась и моими стараниями тоже… Зато жива!
Но сердце бьется с перебоями. Как она вообще с такой неустойчивостью к чистой темной силе сюда попала? Идиотка, щитов ставить не умеет. Поймав себя на несколько насмешливой нежности, хмыкнул. И что со мною моя Тьма делает! Сентиментальным становлюсь.
Поежившись от холодного мокрого прикосновения, оглянулся. С чахлого деревца, нависающего над местом, мерно капает вода, затекая мне за шиворот, а Лиссе – за пояс плотных кожаных штанов. Замерзнет. Отогреем… вот эти аппетитные округлости…
Нет, но о чем я думаю! Закатив глаза, взобрался в седло. Ну точно, Тьма… Обожаю ее, но не сейчас же потакать возникающим с ее подачи желаниям!
Прямо на мокрой земле разложить эту красавицу, м-да. Вот уж радость! Староват я уже для этого. Да и Лисса вряд ли рада будет.
Я вынужденно двинулся неспешно прочь, потому что эти четвероногие твари двигаться быстрее, чем неторопливой рысью или шагом, не желали, и не помогли никакие понукания. Неблагодарные… вот пущу на жаркое… Или зомби из них сделать? Эти коричневые звери нервно стригли ушами, фыркали и понуро махали хвостами. Грязь смачно чавкала под вяло передвигающимися копытами… Следы мгновенно затягивались сочной, густой жижей. И как на таких лошадях кавалерия сражается?
Побыстрее бы надо отсюда убираться…
Ну хоть погода наладилась. С неба больше не льется противный мелкий дождь, похолодало и слегка посвежело. Воздух очистился наконец от неприятного запаха сотен людей и животных, грязи и крови. Куцые кусты и увядшую траву сменил плотный спутанный мшистый серо-синий покров. Ледяной ветер трепал волосы, не в силах пробраться под одежду. Лиссаэль, не приходя в сознание, сотрясалась мелкой дрожью…
Хорошо…
Так. Стоп. Чего хорошего? Кажется, я за эту Светлую несу некоторую ответственность. Здесь недалеко должен быть заброшенный сторожевой пост. Просушу эту неудачницу, а то заболеет. И умрет. Кто же тогда Коалиции отчеты слать будет? Я сам, что ли?
Свернув в очередной овраг, очень удачно разминулся с патрулем, спешащим к месту выброса темной силы.
Наивные какие! Не скрываются – наоборот, ищут, раскидывая вокруг поисковые чары, раздирающие естественные магические потоки. Да фон от Круга тревожат. Я их еще за четыре сотни шагов засек.
Застыл в ложбине, придерживая лошадей. Хорошо, что эти конкретные нешумливые. Под копытами бежал ручеек, своим шуршанием заглушая дыхание.
А теперь…
Вы нас не видите, вы нас не видите, не слышите, не осязаете, мы – лишь ветер… Старый прием – капля самогипноза и слияние с магическим фоном – сработал, мы исчезли в сумрачной серости дня. Ощущения растворились в ветре и земле. Демона с два у меня бы это получилось, не будь я под завязку полон силы, да на фоне отдачи ритуального Круга.
Боевая пятерка медленно двигалась по гребню холма. Темные плащи с художественными разводами скрывали очертания фигур, но зримое напряжение так и витало вокруг них. Я прикрыл глаза. Два мага, алхимик и воины… сбалансированная партия, молодые, азартные, верные, но такие усталые… Невнимательные. Волны магии раскатывались от них одна за другой…
Нас нет, это только ветер…
На миг замерев, когда рука предводителя поднялась в предупреждающем жесте, они двинулись дальше.
Ха! Победители! Мальчишки самоуверенные!
Ну можно было бы и не скрываться, погонять их по холмам. Весело, но времени было бы потеряно немерено, да и объясняться потом пришлось. Так что ладно, пусть едут, разбираются сами и докладывают командованию.
А с хорошей погодой я погорячился. Буквально через час, когда мы уже почти добрались до укрытия, неожиданно разразился ливень. Стена воды вмиг накрыла с головой, просачиваясь через одежду, затекая в сапоги. У меня моментально онемели пальцы, а когда наконец за пеленой дождя я узрел смутные тени строений, то с удовольствием признал, что не зря изучал старые карты. Спину раз за разом прошивали судороги, а с волос ручьями лилась вода. За шиворот. Впрочем, теперь уж стаканом больше, стаканом меньше…
Обгорелый остов, зияющий темными провалами окон и ребрами балок, был непригоден для остановки, а вот уцелевшие конюшни выглядели более уютно. Одна стена осыпалась трухой, но оставшиеся бревна вполне уверенно поддерживали крышу. Поросшие мхом, они создавали вполне уютную пещерку и, что самое главное, практически сухую.
Завел лошадей в уцелевшие стойла, с удовольствием вздохнул, потянулся, снимая промокшую куртку. Сгрузил Светлую в дальний угол, подальше от входа, заливаемого водой. Сцепил пальцы, активируя походные чары. У меня целый комплекс разработан. Вода отдельно, грязь отдельно. От меня. Волна игристого, как вина, удовольствия смыла влагу.
Что там у нас по плану?
На костер пошел мокрый губчатый куст, раскинувший ветви с сине-зелеными листочками у обрушенной стены. Капля силы с кольца легко разожгла пропитанные водой, так сказать, дрова. Вот, если не надо использовать амулеты на полную мощность, они вполне безопасны. Магический огонь быстро вытеснит холод за проведенную на входе черту. Ароматный травяной сбор отправился в котелок, в стремительно нагревшуюся дождевую воду. В воздухе запахло горькой мятой.
Первое дело при охлаждениях – замечательный чай из пяти трав, не произрастающих на территории Темной Империи. Милая леди, старшая целительница Коалиции, была весьма потрясена, когда я заявился к ней посреди ночи и выгреб почти все запасы. А уж как радовалась моя охрана, таскаясь по темноте, освещаемой редкими фонарями и зарницами над разрушаемым городом.
Всем радости доставил перед отъездом – и командованию удачи пожелал. Надо будет потом поинтересоваться их карьерой…
Я присел на поваленное бревно, вытянув ноги, и уставился в пространство, вслушиваясь в шум дождя. Тепло постепенно оттесняло сырость наружу, за шумный полог. Тени летучими мышами метались по бревенчатым стенам, плясали на полу, лице Светлой. Огонь медленно, но верно делал свое дело. Согревал снаружи, а по внутренностям вновь расползалось игристое вино Тьмы. Это у меня, разумеется, вряд ли внутри Светлой эта сила гуляет. Она просто сохнет. А какая под ней лужа натекла… мшистый пол весь пропитался влагой. Выжмем плащик? Или силой? Нет, пусть уж сама.
Терпкий запах защекотал в носу у Лиссы. Она сморщила нос, судорожно вздохнула и закашлялась. Приоткрыла мутные глаза и попыталась встать. И почти въехала носом в костер.
А про веревки-то я и забыл. Девушка повалилась на землю, запутавшись в плаще. Привстав, я распутал ее руки и доброжелательно спросил, глядя в яростные синие глаза:
– Красавица, скажи мне, простому некроманту: как ты умудрялась воевать? Ты же в обморок, наверное, падаешь при виде самого кроткого зомби.
Сонное недоумение на идеально очерченном лице мгновенно сменилось яростным возмущением:
– Да я… – отшатнувшись, начала она и захлебнулась словами.
Не удержавшись, нагнулся и щелкнул ее по носу:
– Досушивайся, пей чай, и поехали дальше, малышка.
А сила тебя пока не будет слушаться.
Лиссаэль, маг огня
От мгновенного удара огнем некроманта спасло только то, что магия не желала мне подчиняться. Тело нещадно болело, к горлу подкатывала тошнота, в груди засел кашель. С трудом поднявшись, мрачно уставилась на сидящего у огня мага. Принялась растирать онемевшие руки и ноги. В икрах безумно закололо, когда я шевельнула пальцами. Стянула промокшие сапоги. Огляделась. Стены колыхались, голова кружилась, шум дождя заглушал мысли. Приятный запах…
