Ох, ничего не помню!
И кто в этом виноват?
Ну как кто?
Вот этот гад, что сидит напротив. Что он со мной сделал?
Хмыкнув, будто бы в ответ на мои мысли, Мерль снял с огня котелок, перелил распространяющее терпкий мятный аромат варево в кружку и сунул мне в ладони:
– Давай.
Прихлебывая горячий горьковатый напиток, чувствовала, что меня потихоньку отпускает засевший внутри холод. Тепло внутреннее сливалось с исходящим от костра. Лиловые языки облизывали медленно истончающиеся ветки. Влажная одежда странно быстро просыхала, грязь с расправленного плаща осыпалась мелкой пылью.
Так что со мной произошло? Припомнила и застонала, прикрывая глаза. Идиотка, вот кто я, а мой спутник вовсе не гад. Ну то есть гад, конечно, но не в этом случае. Сама виновата. Сомлела, словно невинная девица при виде голого орка!
– Именно, – тихо заметил некромант, усмехаясь.
Я привычно понурила голову. Опять вслух… точно, идиотка.
– Согласен. Не вскидывайся, у тебя на лице все написано. И вот еще что. Хорошо, конечно, что ты с ума не сходишь, как ваши светлоэльфийские скакуны, но придется тебя все же приучать…
– К чему? – спросила настороженно.
– Ко Тьме. Дрессировать, как этих. – Мужчина махнул рукой куда-то мне за спину.
Обернувшись, среди замшелых стойл увидела понурых лошадей.
– Правда, не столь жестокими методами.
– Попробуйте только! – Я возмущенно дернулась, обливая штаны кипятком. – Ш-ш-ш…
– Ты забыла, куда едешь? И с кем?
Все мнимое дружелюбие испарилось из тихого голоса. Как и насмешка. Напротив меня сидела, рассматривая через языки магического пламени, сама смерть. В зеленых глазах затаилась мрачная тьма, за спиной плясали отблесками на стене призрачные крылья. Нет, это всего лишь тени, отбрасываемые колышущимися на ветру языками пламени.
Отпрянув, потянулась мыслью к огню.
Защита! На сей раз магия отозвалась, послушно выплескиваясь яростной капелью.
Тускловатые язычки полыхнули ярко-оранжевым, на миг освещая убогое укрытие до самой последней подгнившей соломинки на полу.
– Не забыла. Молодец, – протянул некромант довольно. – Ну-ка…
Пляшущая в глазах темнота отступила, сыто облизываясь. Он протянул руку, шевельнул пальцами, будто накрывая костер покрывалом, и огонь мгновенно угас, оставляя только несколько тлеющих на камнях углей.
Затем с рук некроманта потекла тьма, густая, зримая, угрожающая. И Смерть опять проснулась в зеленых прищуренных глазах. Сознание затопил страх, по коже побежали мурашки. Нет уж!
Я оскалилась, и между нами опять взметнулся огонь, обдав жаром лицо.
– Вот так каждый раз и делай, когда почувствуешь Тьму. Только мысленно, мысленно, поджигать ничего не надо. Еще раз…
Раз за разом выставляя щиты, я быстро согнала сонную одурь. И едва только просохла, как некромант вновь погнал меня под дождь.
И мы отправились дальше. Никакого отдыха, гнал некромант беспощадно. Не то что меня – себя не жалел. И по-моему, он не совсем представлял, куда надо ехать. Взгляд у него был порой такой рассеянный. Тем не менее каждую ночь после кружений по бесконечной холмистой равнине безошибочно выводил к месту, где можно заночевать с относительным удобством.
Странно: такая пустынная местность у самой столицы. В Ронии, да и в княжествах на два-три дня пути вокруг то деревни, то городки, то просто крупные усадьбы, как грибы после дождя, натыканы. Да и пригороды большие. На мой вопрос бывший магистр полыхнул Тьмой, я уже привычно выставила щит и только потом услышала ответ:
– Это Темная Империя. Была. И законы здесь другие. Очень простые. Если сказано не селиться – никто не селился.
– Жизнь дороже?
– Вот именно. А щиты теперь держи постоянно, – приказал он.
– Но зачем?
– Проверим, сколько выдержишь. Там, на Острове, – он повел рукой в сторону предполагаемого моря, – Тьма и Смерть эманируют постоянно. И мощность канала не чета моей. Так что готовься… напарница. Насколько бы ты ни была хороша в Светлых искусствах, от Темных так просто не отмахнешься.
Слова были сказаны его обычным, чуть снисходительным тоном. Я покрутила головой. Гад, право слово. Он меня за полезную боевую единицу не считает. Но ничего… Я докажу, прежде всего себе, что хороший, опытный боевой маг может многое… В конце концов, целый год воевала – и ничего, цела!
– Не веришь? Ну-ну… Ходили тут особо одаренные – и до сих пор бродят, только уже в виде зомби. Случится если не чудо, то что-то к нему весьма близкое, если ты выйдешь с Острова хотя бы живой.
– Так чего же вы меня с собой тащите?
– У тебя приказ, ты не забыла, красавица? – Мерль неприятно улыбнулся. – Или ты предпочла бы смерть от руки своих соратников? Как слишком много знающая…
– Но… – Я ошеломленно застыла в седле, схватившись за кристалл души брата.
Некромант недовольно скривился, но придержал лошадь и поравнялся со мной.
– Вот именно. Решать сама будешь, напарница.
Насмешка в тихом голосе раздражала.
А у меня в душе стало пусто и холодно. Обида на весь мир разрасталась и почти затопила сознание. Тьма, как же противно…
– А ребята?
– Те двое наглых, с которыми ты ходила в Светлый лес? Их не тронут. Не они же по подземельям бегали. Вообще вас, Светлых, благородство губит, – задумчиво, немного не к месту протянул некромант.
Пригладил волосы, коснулся рукояти меча, что-то проверяя… Магия колыхнулась, затем вновь свернулась клубком в стальном прибежище.
Я только понуро вздохнула и закуталась в плащ. Ненавижу политику. А мой спутник продолжил, глядя куда-то за горизонт:
– Всех моих сторожей раскидают по самым отдаленным гарнизонам и опасным местам. – В его голосе появилось странное удовлетворение. Злорадное такое.
– Ма-агистр, – протянула я с отвращением, будто это какое-то ругательство из особо гадких.
– Да, – кинул спокойно мужчина, обгоняя меня, – Великий магистр. И благодаря этому факту ты еще жива.
Я нервно сжала поводья. Знает, куда ударить! Я – его должница, причем трижды!
– А вас не тронули!
Мне было немного любопытно – почему, но в душе скопилось куда больше негодования. Я – пешка, а этот, проигравший войну, потерявший страну… в выигрыше! У него даже из эскорта – лишь одна полукровка из Светлых, которой можно пожертвовать, если что! Отпустили темного мага на вольные хлеба! Зло скривившись, тихо выругалась. Везде в выигрыше!
– Попробовали бы они. – Его рука легко прикоснулась к груди, где под курткой покоился странный медальон с драконом. – Это – политика, привыкай, краса моя синеглазая.
А сам-то! Сволочь с глазами изумрудными!
– Мерзость! – и ситуация, и до обидного довольный жизнью собеседник.
Я пришпорила лошадь, обгоняя спутника. Вперед, только вперед, чтобы ветер в лицо и хлесткие удары косы по спине изгнали из души демонов. А мелкая морось смешалась на лице с солеными слезами. Ну почему расставание с иллюзиями всегда так болезненно?
А ведь можно уже было привыкнуть. Кому нужна изгнанница? Все оставшееся до привала время я молчала. И все дни ограничивалась короткими фразами, без которых было уже не обойтись, и, стиснув зубы, держала щиты.
На четвертый день мы вышли к морю.
Мерль, некромант
Лодочная станция только выглядела заброшенной. Пара покосившихся деревянных домов и причал в трех днях пути отовсюду. Какой она еще может быть? К тому же на западе – большой порт… был. Вот и оставили рыбаки бесперспективное место. Понарошку.
Галечный пляж был пуст, чахлый кустарник отчаянно цеплялся за камни, резкие порывы ветра срывали с веток последние сухие листья и швыряли их в воду. А та выносила на берег кучки бурых, пованивающих гнилью водорослей. Рябь, бегущая по серой холодной воде, нагоняла дрожь.
Выпустив легкий импульс темных поисковых чар, в очередной раз убедился в полном отсутствии живого вокруг. Кроме нас, разумеется. Предсказуемо, но приятно.
