и способы, а за спиной — обстоятельства. Он хотел стереть заразу с лица земли одним ударом. Ситуация сложилась сама. До него ни руки людей сверху, ни остатки насекомых не доберутся — запасов оружия, подготовленного транспорта и определённых укрытий хватит на десятки лет спокойной жизни. Даже если по части из них библиотека браслета устарела. До жизни оставалось только добраться, поэтому Кам с облегчением почти выбежал, а вовсе не вышел из последнего лифта. Вывалился из кабины, громко дыша и подавляя приметное желание дышать полной грудью. Беглец с удивлением обнаружил, что не дышал прежде, хотя последний подъём занял полминуты и проходил в полнейшем одиночестве. Пусть иррациональность здесь подвела, но именно переживания и сомнения заставили его уйти, спастись от судьбы шестилапого ничтожества, сделать первые шаги к бегству.
Двери верхнего этажа остались позади. С мыслью о долгожданном избавлении Кам оказался снаружи, громко вдохнув свежий воздух. Обнаружил, что облегчение не пришло так быстро, как представлялось раньше. Виски всё ещё тяжелели, голова кружилась и свет заставлял жмуриться. Ничего не изменилось вокруг: в прохладном воздухе также мерзко ощущалась повышенная влажность. Грязь хлюпала под ногами и запах собственного немытого тела отдавал усталостью, наталкивая на противное ощущение приставшей одежды.
— Похоже, теперь нужно идти дальше, — сказал тихо Кам.
Секунды шли по-прежнему, шелест леса заполнял слух. Спустя пару минут, отойдя от навсегда оставленного дома, мужчина осмотрелся, вспоминая дорогу к пауку-вездеходу. Ненависть, обретённая прежде, осталась внизу, вместе с решением всех проблем и сопутствующими сомнениями. Мужчина знал, что переживания вернутся, но позже. Сейчас ничего нельзя было изменить: страх не позволял думать о возвращении, спасительном для общины и Разума. На это Кам и рассчитывал, но пока всё равно не мог сделать даже шаг прочь, к лесу.
Тело мужчины согнулось в дугу, поддаваясь панической атаке. Руки обхватили голову, ноги подкосились, пока по всем частям тела проходили судороги. В такт с ними тревожные мысли сковывали сознание, оставляя место одним стонам да скрежету зубов. В таком состоянии мужчине с минуту ещё удавалось брести вперёд, измазывая ноги в грязи. Но уже под кронами деревьев, заходившими от сильных порывов ветра, силы оставили мужчину. Остановили мышцы и мысли.
Ещё с минуту грязь, стволы и кроны составляли унылую картину, бесследно проходившую перед невидящими глазами. Только через несколько минут, не помня себя и изнывая от головной боли, Кам добрался до паука и ввалился в беспамятстве в кабину. Для него побег почти закончился. Но что-то то внутри навсегда осталось, потерялось и сгинуло под землёй.
5
Идея заниматься спортом считалась обоюдной. При этом Анна отчётливо помнила, как с мужеством приняла это предложение. В тот момент девушка не предполагала, что придётся бегать так часто и так много. Круг за кругом, день за днём, неделя за неделей. Анна ни разу не видела график и не слышала о существовании оного, что ни капли не умаляло интенсивность тренировок. Подробности выяснились в процессе, прописанные предательским мелким шрифтом между сказанных слов. В них не предусматривались компромиссные варианты йоги или пеших прогулок. Почему? Потому что в них не нашлось бы места испытаниям. Остальное казалось незначительным, экзотическим, опасным и несерьёзным. Потому альтернативы не встречали понимания и энтузиазма.
Вдыхать тяжёлый тёплый городской воздух летом или прохладный и спёртый под крышей зала зимой, двигаться на раскалённом асфальте или стучать ногами по покрытию манежа — девушка не видела разницы. Он легко бежал впереди, она старалась не отставать, полная желания провалиться при следующем движении. Никакая техника не привела к заметным улучшениям. Мука длилась от первого шага до момента перехода разума в режим экономии энергии. Дальше, в состоянии забытья, мозг уже не бился в поиске выхода. Окружающие предметы мелькали, смазываясь в картину из растёртых масляных красок.
Бежала она, а время ползло и растягивалось улиткой на склоне. Серые шорты и тёмная футболка с логотипом не мешали движениями, пока кроссовки принимали на себя часть мерных ударов. Один шаг за другим, усилие за усилием — бег вытаскивал девушку из зоны комфорта, пока движения теряли лёгкость и мышцы наливались усталостью.
В себя Анна обычно приходила дома, чтобы почувствовать ещё большую усталость и боль, верную спутницу на пару добрых дней. Зачем чувствовать себя разбитой? Чтобы не хотеть выбираться из душа. Ни фитнеса, ни спортивных игр — кроссовки, правильная форма, наушники в ушах и трекер, лучшие и прочные браслеты. Обязательный моцион, по расписанию с заданной периодичностью, в выкроенный вечер и по утрам в выходные. Перенести резинку с запястья на волосы, включить приложение на телефоне и запустить музыку. Процедура сопровождается необходимым питанием и витаминами, поддержанием формы и общим одобрение.
Анна верила, что могла получать удовольствие от занятий спортом, если бы тренировки не загонялись в жёсткие рамки. Условия сложились сами, как и весь порядок дней. Анна не видела в них проблем, но в душу закрадывалось одиночество. Она видела тенденцию к нему, к разрушению отношений. Да, они вместе живут, вместе работают, вместе проводят свободное время, спят и не спят вдвоём. Но всё меньше общаются, меньше меняются, меньше смеются и понимают друг друга. Может так только казалось.
Субъективность стала ещё одной преградой на пути, путая мысли и усложняя задачу. Взглянуть со стороны на ситуацию не находилось возможным. Не было ни времени, ни расстояния. Понять, в каких бедах виноваты собственные ошибки, девушка могла с большим трудом. Но ещё с большим — признаться в источнике неурядиц и тревог. В отсутствии исполнения собственных желаний.
Прошло больше получаса, когда Анна выключила постоянные уведомления. Сердце вошло в общий ритм, дыхание стало ровным: удар за ударом, вдох и выдох. Не осталось места рутине дней и поискам виновного. Вспышки памяти заняли остаток опустевшего пространства в голове. Перебирая архив моментов, девушка восстанавливала общие воспоминания. Первую встречу, цветы и дни. Разговоры и свидания, ссоры и рутинные мелочи. Вспоминала, как они притирались друг к другу. Как спустя некоторое время с радостью согласилась переехать. Как он подал наводку на стартовую вакансию в той же компании. Она сменила работу, чтобы оказаться ближе. Он поддерживал и в мелочах, и в трудные минуты. Она улыбалась и одобряла смелые начинания. Он представлял смесь подвижности и рациональности, немного замкнутый и забывчивый. Она отвечала за позитивность и сопереживание, порой подталкивая вперёд людей вокруг. Анна не старалась специально, но комфорт постоянно возникал вокруг неё, если жизнь шла вперёд. Но что-то перестало складываться само собой в последнее время. Мелочи переросли в
