Третий архимаг, самый главный, тоже не спит. Креол пять минут назад проснулся и теперь шагает меж палаток — прямо к главной площадке, где реет на ветру трехцветное знамя. Там уже высится сухопарая фигура с крюком вместо руки.
– Ну что, все готово? — негромко спросил Креол. — Пора?..
– Самое время, — кивнул маршал Хобокен. — Бабахайте.
Маг резко вскинул руку. Кончики пальцев полыхнули багровым, и с них сорвалась ослепительная вспышка. С чуть слышным свистом она унеслась высоко в небо и там оглушительно громыхнула.
Над всем лагерем раскрылся огромный пылающий цветок.
– Солнце взошло!!! – прогремел в мегафон Железный Маршал. — Общевойсковой сигнал!!!
Армия мгновенно ожила. Затрубили капральские горны, загрохотали барабаны дэвкаци, заревела большая лагерная сирена. Из палаток выносятся солдаты, строясь в колонны, кавалерия седлает коней, артиллеристы расчехляют орудия.
– Внезапность, быстрота, натиск! — приговаривает Хобокен, следя за секундной стрелкой часов. — Поспешай, поспешай, ребятушки, действуем на упреждение! Наше солнце взошло — уничтожим врага, пока не опомнился!
Но вот построение закончено. На крайнем правом фланге сутулятся могучие дэвкаци. По центру — основное сосредоточение кавалерии во главе с паладинами. Слева — самая плотная масса, сплошь пехота и артиллерия.
– Воины Рокуша!!! – загремел Железный Маршал, проносясь вдоль солдатских колонн. — Вы все знаете, кто я такой! Мое имя Бокаверде Хобокен, и я шестьдесят шесть лет служил вашему и моему отечеству! Служил в жизни, служил и в смерти! Двадцать лет назад я был убит серыми! Я не жалею об этом, воины Рокуша! Если понадобится, сегодня я отдам жизнь еще раз! Серые не должны топтать землю наших отцов! Я так считаю, воины Рокуша! Да последуют за мной те, кто с этим согласен!
Пылкая речь Хобокена звенит неистовым набатом. Каждое слово отдается ударом колокола. В голосе чувствуется невероятная убежденность — и эта убежденность передается каждому услышавшему.
Глаза солдат с каждым мигом разгораются все сильнее, пальцы стискиваются кулаками, из уст само собой рвется бешеное «Харра-а-а!!!». Железный Маршал буквально вливает в сердца удивительную храбрость, заражая бойцов невообразимой, непередаваемой волей к победе.
– Всем известно, что пуще всего на свете колдуны боятся железа!!! – прокричал Хобокен, вздымая палаш. — Напомнить, как они меня прозвали?!!
– ЖЕЛЕЗНЫЙ МАРШАЛ!!! – взревели сто тысяч глоток. — ЖЕЛЕЗНЫЙ МАРШАЛ!!! ЖЕЛЕЗНЫЙ МАРШАЛ!!!
– С нами Единый, атакуем!!! – гаркнул Хобокен, пришпоривая коня и первым устремляясь на поле брани. — Харра!..
– ХАРРА-А-А-А-А-А-А!!! – хлынула следом людская лавина.
Но отнюдь не беспорядочной толпой. Земля задрожала, сотрясаемая сотней тысяч сапог, опускаемых с точностью часового механизма. Левой, правой, левой, правой! Солдат выстроили в колонны еще вчера, заставив накрепко затвердить свое место в общей диспозиции. Когда надо, рокушцы могут создавать ходячие чертежи не хуже серых.
Сначала армия двигалась по холмистой местности. Потом вышла на равнину, сплошь заросшую бурьяном. При короле Заричи Втором эта территория была рокушской, но при Заричи Третьем отошла к Ларии. Пахотные земли со временем забросили, крестьяне переселились в другие места.
Пехота шагает быстро, но кавалерия при желании обгонит ее вмиг. Однако пока что не обгоняет — специально придерживает коней, движется наравне. Маршал Хобокен по пунктам разъяснил командирам — как кому надлежит действовать, где чье место в общей диспозиции.
Драгуны, гусары, уланы, карабинеры — все напряженно следят за светящимся в ночи клинком. Пока что Белый Меч пребывает в спокойствии у седла Гордого — значит, надо выжидать…
Лагерь противника уже всполошился. Колдуны первыми почувствовали угрозу и теперь торопливо, наспех готовятся к обороне. Железный Маршал, как всегда, ударил неожиданно, ошарашив противника в первую же минуту атаки. Рокушцы с самого начала получили моральное превосходство.
Лод Гвэйдеон, едущий впереди всех, приложил ладонь ко лбу. Передняя линия обороны серых — длинный окоп, тянущийся от самой реки. Еще не совсем окончен — даже отсюда видно копошение бесчисленных цреке. Укреплен стационарными защитными полями-треугольниками и колдовскими минами-ловушками, вокруг во множестве торчат рогатки, темнеет линия бруствера.
Центральная колонна выдвинулась вперед, на ходу перестраиваясь в боевую позицию. Пехотные каре вытянулись широкой линией, за ними заняла позиции кавалерия. При каждой роте виднеется молчаливая фигура эйнхерия-гренадера. Отдельно ото всех парит мерцающий во мраке силуэт — Тивилдорм Призрак, колдун-ренегат.
За передвижениями рокушцев следят из окопа. То тут, то там вспыхивают колдовские огни, рассеивая ночной мрак. Тысячи глаз смотрят на ровные линии пехотных каре и бесчисленную конницу.
Еще полусонные серые готовят мушкеты — задержать противника, пока придут в боевую готовность основные силы. Вот начала палить растянувшаяся вдоль фронта артиллерия. Колдуны уже швыряют первые заклятия — по равнине катятся настоящие волны жидкого огня, угрожая пожрать не одну роту!
Но часть чар поглощается татуировками эйнхериев, а что все-таки просачивается — отражает старый Тивилдорм. Призрачные руки колдуна вращаются кривыми восьмерками, создавая зеркальную защиту, собирая все враждебные импульсы в воздухе над головой. Там горит и пульсирует Сфера Жажды — пока что маленькая, но постепенно все увеличивающаяся.
Первой на штурм окопов пошла пехота, как и положено по общепринятой тактике. Но… но когда до линии фронта осталась треть перехода, лод Гвэйдеон резко вскинулся. Лод Мартиндос, находящийся при главнокомандующем, передал Генералу Ордена мысленный сигнал.
Одно-единственное слово Железного Маршала — пора!
Натренированная рука ухватила рукоять Белого Меча. Клинок взлетел к небесам, сияя даже ярче обычного.
– Вперед, во имя Света!!! – прогремел лод Гвэйдеон, пришпоривая Гордого.
Подъятый меч стал сигналом войскам. Вся кавалерия единым духом вырвалась вперед, устремляясь к окопам. Тяжелый топот сотряс поле. Следом с фузеями наперевес помчалась пехота. Громовое «Харра-а-а-а!» рвется из каждой глотки.
В окопе засуетились. Многие, не выдержав вида приближающихся коней, уже выскакивают наружу, укрываясь за невысоким бруствером. Серые совсем спали с лиц — никто и подумать не мог, что рокушцы отважатся на такую головокружительную атаку! Бросить на окопы кавалерию — это же самое настоящее безумие!
Атаке рокушцев предшествовал артиллерийский обстрел. Бомбы, ядра, дальнобойная картечь — все обрушилось на серых смертоносным дождем. В ответ заговорила их собственная артиллерия, но быстро замолчала — кавалерия уже пересекла линию фронта. Следом в окопы ворвалась пехота, бешено орудуя штыками.
