— Понял, — кивнул темный, чуть оглянувшись. Ведьмы лежали около друг друга на голой земле.
— Собраться! — зарычала Рита. — Всем, кто может продолжать бой, собраться у опознавательного дерева! — Обессиленные вервольфы, услышав команду, сначала посмотрели на волчицу, как на безумную. — Я сказала, собраться! — Ярость в ее голосе перемешалась с паникой.
— Госпожа, — склонил голову раненый волк, подойдя ближе. — Мы не сможем контратаковать, надо соединиться с...
Кулак бурой ударил оборотня в челюсть.
— Заткнуться и исполнять приказы! — Взгляд, граничащий с безумием. — Или что? Всё? Выдохлись, трусливые псы?
Вервольфы потупили разноцветные глаза. Тяжелый выдох. Первый, второй… Один за другим волки снова поднимались на ноги, протягивали руку помощи братьям и сестрам.
— Мы бьемся до конца. — Теперь Рита прижала костяшки пальцев к груди раненого. — До последнего вздоха.
— До конца. — Пристыженный встряхнул мордой.
Через час собранные организовали новый костяк армии. Рита завыла, и к её вою присоединились остальные. Предсмертный клич, решение сражаться.
— Вперед! — побежала она лидером, ведя смертников за собой.
А в голове билось только одно:
"Любимый, прошу, умоляю тебя. Ты только не умирай! Не умирай, Клиф!"
Две сотни лап сотрясают лес, массивные тела ломают ветки, вздымают землю. Эссенциевые готовятся лавиной обрушиться на потерянную траншею, они готовы принести себя в жертву общему делу. Ведьмы, утирая окровавленные носы, сплетают заклинания, волки активируют силу своих Альф. Суицидальная атака вот-вот начнется. Дыхание учащается, сердца бьются барабаном. Конец опушки, первый огонь, запах гари и человечины.
— Ра! — ускоряется Рита. Руки покрываются пламенем.
Прыжок!
Она вылетает на пустошь, за ней другие... И...
Все как один замерли... Остановились, прекратили дышать. Боевой кураж стих, сменившись ужасом.
— Как же это... — не выдержала одна из ведьм, упав на колени.
И так же, как Рита поднимала волков воспрять, теперь они преклоняли колено, видя что-то неестественное, ведь вервольфы лицезрели… Альфу войны. Еще одного бога во плоти.
Вокруг тишина.
Сотни и сотни мертвецов, десятки уничтоженных машин. Целая гора трупов — казалось, еще немного, и затмит небо. А на этой горе, как на троне, сидел Клиф. Он просто сидел, опираясь о секиру. Тень, падающая на морду, скрывала его эмоции — и исполосованную в мясо плоть. Только два красных глаза прожигали душу. И пар... Пар, подхватываемый ветерком.
Бой за Первую баррикаду породил легенду. Легенду, как один Берсерк вышел против армии Огненных Рыцарей.
И победил.
Глава 27 Осторожность
— И это ты называешь перегруппировкой?!
Хм... Я слышал ворчание Виктора.
— Не тебе меня учить, как воевать, — спокойно отвечала Рита. — И я хотела спасти Клифа.
— Ага.
Затем послышался одиночный рык.
— Прости... — тихо произнесла Мелони. — Все же выйдет не очень красиво.
— Главное, защита работает, а остальное неважно. — Рита, очевидно, терпела, сжимала зубы. — Набивай, не бойся.
Почему так темно?
— М… — протянул я руку. Подняв ее, ощупал свое лицо. На нем обнаружилась тряпка. Когда я снял пропитанную благовониями ткань, взору предстали “стены” небольшой палатки.
Демон стоял около входа, сверля всех присутствующих взглядом. Огромный шрам через все его лицо постепенно затягивался. Рита сидела перед Мелони, а элементалистка работала палочками для набивания рисунков по коже. Мур тоже была тут. Обе ведьмы — перебинтованы, особенно молчунья: бинты скрывали почти все ее тело, оставляя только глаз.
— Очнулся, — кивнул на меня зубастый.
— Всем, — натужно вдохнул я, — привет. — И расслабленно выдохнул. Мой голос был тих, а во рту стоял неприятный привкус.
Мур сразу подошла ко мне, взяв за руку.
— Я цел… Цел, — улыбнулся я.
— Спасибо, Незримая, — также расслабилась бурая.
Мел довольно странно повернулась всем корпусом ко мне, словно не сразу услышала голос.
— Ты опять напугал нас... Дурак. — И продолжила работу.
— Буду ругать позже, — кивнула Рита.
— Эм, — чуть приподнялся я. — Что произошло? Помню бой.
Девушки переглянулись.
— Да, — погрустнела волчица. — Ты сражался против армии Огненного комиссара...
— Победил?
— Это мягко сказано, — подключился Виктор. Его настрой был более бодрый, чем у девушек. — В одиночку порвал всех. Сейчас мы на новом месте, а Союз снова занимает траншеи, разгребая сотни тел.
— Хорошо. — Я расслабился, слушая сопение Новы внутри головы.
— Ничего хорошего! — оскалилась Рита.
— Рит, — успокаивающе сказала элементалистка, намекая, что лишние движения мешают набивке рисунка.
— Р, — подавила бурая рык. — Черт, Клиф, ты... — Она отрицательно помотала головой. — Настолько безрассудно! Ты же не бог, чтоб тебя!
— «Ну…» — говорит она, — улыбнулся демон. — «Теперь волки Союза думают иначе».
Наконец я вспомнил. Слишком много крови и эссенции Берсерка затуманило мой разум. Я просто хотел выплеснуть ярость, даже не задумываясь, чем это обернется. Черт... Скольких же я уложил в той бойне?
— Ладно, — отпустив маленькую ручку, я размял пальцы. — Важнее сейчас другое.
— Беатриси, — бросила Мел, окунув иглу в чернила.
— Твою мать! — напрягся я. — Она...
— Все в порядке. — Победная ухмылка, и элементалистка снова полностью повернулась ко мне. — Сейчас объясню.
Попытка захвата разума, успех изобретенной татуировки, понимание того, что каждый может оказаться врагом.
— Вот, теперь вооружаемся, — указала большим пальцем Рита на соединяющиеся линии рисунка. — Виктор никого не подпускает и, — грустный взгляд, — следит, чтобы я или Мур не стали... ею.
— Понятно. — задумался над услышанным. — Хотя странно, что она ослабила хватку. — Я снова приподнялся… ух, мое тело исполосовано шрамами! — Почему?
— Может, ей что-то помешало? — пожал плечами Виктор.
— Или кто-то, — нахмурилась Мел.
— «Мама...» — говорит она. — Мур свела брови домиком.
Алька. Надеюсь, в центральном лагере ты в безопасности, потерпи, скоро мы придем за тобой.
— Мел, — попытался поинтересоваться я, как она пришла к открытию чудо-татуировки. Никакой реакции. — Мел? — повторил я громче.
— А? Что? — удивленно хлопнула она ресницами.
— Ты... — прищурился я. — Ты в порядке?
Судя по взглядам остальных, вопрос получился риторический.
— Да, скоро закончу, а Рита набьет такой же рисунок Мур.
Она вела себя, как обычно.
— Мелони оглохла на одно ухо, — нехотя выдал демон.
— Ну вот зачем ты?! — разозлилась элементалистка.
— Мел… — накатила на меня горечь с новой силой.
— Нормально все, панику не разводите, — хмыкнула девушка. И, прервав набивку, ткнула иголкой в мою сторону. — Лучше расскажи, куда подевались швы.
От синих глаз было не спрятаться, они выдавали злость, предполагали.
— Я попал в засаду розовой гадюки. Диор погиб, — поднял я кукольную руку. — Со мной все порядке, меня просто так не убить.
Моя ухмылка погасла в гнетущей атмосфере. Вроде все радовались, что семья пережила битву, а с другой стороны...
— Эх, — сдалась Рита, понимая, что её тревоги снова выльются в спор. И что она по новой будет говорить, насколько я не берегу себя. А это сейчас лишнее. — Диор был хорошим оборотнем.
— Да. Сукин сын был верен самому себе до самого конца. — Я осекся. — Прости, Мур. — Смертельная опасность — по расписанию, а за словами следить надо.
— «Отец», — говорит она, — потер нос Виктор, чуть смущаясь. — «Я уже не маленькая, и поэтому могу слать наших врагов в жопу». — Зубастый скривился. — Пожалуйста, можно я больше не буду это озвучивать?
Легкий смех заполнил палатку, а я прикоснулся к плечу дочки.
