Юлия Федотова - Наемники Судьбы.Пенталогия

– Нет, мы отвезем вас в Аполидий и продадим в рабство. Тебя в рудники, Тину в гарем… Да шучу я, не падайте! Разумеется, никто не станет задерживать вас против воли. Просто скажите, где вас ссадить.

– Нам назад надо. У нас в Хемме осталось немного вещей.

– О! – махнула рукой сильфида. – Это забудьте. В Хемму путь закрыт. И холера там, и аборигены могут передумать. На вашем месте я бы пошла на запад.

Эдуард посмотрел на юного герцога. Вспомнил себя позапрошлогоднего.

– Ну зачем ты говоришь глупости? – сказал он сильфиде. – Как они вдвоем пойдут на запад?

– По побережью. Как сюда пришли, так и обратно пойдут.

– А как они сюда пришли? Вы как сюда пришли?

– С караваном, – прошептал Улль. – Из Трегерата шел караван, мы были при кухне.

– Вот видишь! А вдвоем они даже до Алнайшаха не доберутся. Лично я даже сейчас вдвоем с Ильзой не решился бы, а ведь нас целый год учили. Не разбойники или шайтаны, так жара их погубит.

Рагнар изменился в лице:

– Никуда я их не пущу! С нами останутся!

Энка взялась спорить. Они свободные взрослые люди и имеют полное право на самоопределение. А влиять на их жизненный выбор с позиции силы – аморально. Рагнар был непреклонен. Как он сможет смотреть отцу в глаза, если позволит погибнуть единственному сыну его любимой сестры?

– Нет, нет и нет! Места на ковре много, полетят с нами. Вернемся в Староземье, высадим, и пусть себе самоопределяются. Но не в Сехале, согласны?

Влюбленные затравленно переглянулись.

– Согласны, – пискнула пастушка.

– Согласны они! Извольте радоваться! – недовольно бурчал гном. Он вовсе не считал, что на ковре много места. Это сехальцы могут весь день поджавши ноги сидеть. А гному так себя вести непотребно.

Ильза была и вовсе мрачнее тучи. Ей совершенно не улыбалось общество красавицыпастушки. Пусть она и при женихе, да только жених ни в какое сравнение с Хельги не идет. Как бы что не вышло. Следить, ох, следить придется!

Сам Хельги тоже не пришел в восторг от происходящего.

– В горах ванедов у твоих родных тоже мало шансов уцелеть, – сказал он Рагнару. – Драконы и все такое… Знаешь, здесь неподалеку есть маленький чистенький сайрат… сайрат – это сехальское село… у нас там знакомые живут. Ну, заплатим одиндва золотых, пусть приютят их на время. На обратном пути заберем.

Предложение было принято всеми сторонами.

Ильза чуть в ладоши не захлопала.

– Хорошо ты придумал, как от них избавиться, – шепнула она Хельги, убедившись, что Рагнар сидит достаточно далеко.

– И не говори! – кивнул тот. И добавил заговорщицки: – А то вдруг, не дайте боги, петь начнут. Не могу выносить, когда поют! – сказал и оглянулся, не услыхали ли «комедианты»

Но влюбленные были целиком поглощены совершенно новым, неведомым ощущением полета и ничего больше вокруг себя не замечали. Услышал чуткий Аолен. Обычно он в чужую беседу не вмешивался, но тут, на беду, изменил привычке. Из соображений воспитания Ильзы. Хельги имеет большое влияние на девушку, а потому должен сознавать свою ответственность и не настраивать ее против певческого искусства.

– А меня и не надо настраивать, я сама настроилась. Они, певцы эти, зловредные как упыри, только что клыков нет.

– Точно, – хихикнул Хельги. – Надо, чтоб и у них клыки росли! Как отличительный знак Гильдии…

Душераздирающий вопль потряс округу. Это влюбленные надумали поцеловаться…

– Зря вы так расстраиваетесь, – утешал Эдуард несчастных, – у меня однажды вообще рога выросли, вот такие огромные! За деревья цеплялись! А у вас клыки маленькие, изо рта почти не видно. Привыкнете.

– Интересно, это я сам или Царь Народов? – гадал Хельги.

– Один демон! – фыркнула Энка.

– Нет, не один. Если я, дело безнадежно. Если Царь, можно по пути к шестому пункту заглянуть в Оузу и заставить его все исправить. Хотя… – Он не стал договаривать так и рвущуюся с языка гадость.

– Хельги, – Меридит смотрела на брата по оружию сурово, она оочень хорошо понимала, что у него на уме. – Скажи честно, тебе хоть капелькустыдно?

– Честно? Неа! – шепнул он ей на ухо.

Немалых Трудов стоило убедить жителей сайрата принять на постой клыкастую парочку: кто согласится поселить под боком вампиров? Пришлось сочинить сказочку о злом маге, заколдовавшем несчастных влюбленных из ревности. И о чудесном камне, сокрытом в горах ванедов, способном снять заклятие. Одна беда – нежные и слабые создания не вынесут тягот пути. Приютите, люди добрые.

Уговорили, слава всем богам!..

Горы ванедов были не слишком высоки, с Арвеями не сравнить. Зато гораздо выше Безрудных. Дветри вершины даже припорошил снег – маленькие белые шапочки лежали на круглых лысых макушках. Ни деревца, ни приличного кустика не росло в горах ванедов. Лишь низкорослая жесткая колючка украшала… нет, скорее, еще больше уродовала черные осыпные склоны. Кто водился в горах ванедов? А кто может ужиться с драконами? Пищухи, больше некому – для драконов они слишком мелкие. Высоко эти пищухи не забирались, обретались у подножия. А дальше было совсем пусто и безжизненно. Скучно было в горах ванедов… До тех пор, пока не объявился первый дракон.

Он вылетел изза скалы – огромный, черный, блестящий, почти как дикий – и атаковал. Развернулся в крутом вираже, преградив путь намеченной жертве, вздыбился вертикально, раззявил огромную зубастую пасть. Огненная струя вырвалась из нее с ревом. Клубы дыма завились по обеим сторонам драконьей морды наподобие лихих черных усов.

В одном повезло – атаковать дракон начал с почтительного расстояния, видимо, собирался не испепелить жертву, а сбить наземь и лишь потом закусить оной. В последний миг Аолен успел отклонить огонь. Струя пламени, не причинив вреда ни ковру, ни его пассажирам, ушла в склон. Там, куда она ударила, камень оплавился и совсем почернел.

Так вот почему столь черны и безжизненны горы ванедов! Поколения и поколения драконов оставляют на здешних склонах свои огненные следы.

Удивленный и раздосадованный неудачей, дракон изготовился к следующей атаке, но тут в бой вступил грозный и могучий демон, кстати уже имевший опыт общения с летучей скотиной. Он схватил дракона астральной рукой и развернул поперек. Очередная порция убийственного пламени пропала впустую.

Но тот, первый дракон, пойманный под осажденным Эскерольдом, был тварью достаточно благоразумной, к тому же оседланной погонщиком. А этот – этот был молодым и разнузданным. Он не понимал, какая сила мешает ему охотиться, и ярился все больше. Твердь земная дрожала от его рева, огонь плавил камни, дым застилал округу.