- Злость мужчины при надлежащей стимуляции легко трансформируется в иные чувства, - промолвила богиня, отдавая мысленное повеление звездочкам произвести преобразование одеяний. Туманы на несколько секунд полностью скрыли фигуру богини, а потом рассеялись без остатка, демонстрируя результат. Резкие выдохи, кашель и присвист мужчин можно было считать наивысшей оценкой творчества звездного набора.
- Теперь понятно, - согласились Кэлер и Элтон.
- Да, перед такой тюремщицей я бы сам одежду скинул, стоило ей только бровью повести, - крякнул Кэлберт, не без усилия отводя жадный взгляд от тонкого черного кружева пеньюара и атласной кожи под ним.
- Хочу сойти с ума! - объявил Джей, пожирая глазами богиню, и потребовал: - Если такова панацея, я готов подраться со Златом и попробовать сломать Нрэну вторую руку! Срочно запишите меня в чокнутые!
- Будто ты сейчас нормальный, - подколол брата рыжий Рик с соседнего окна, встопорщив кошачьи усы.
- О, психика - сфера тонкая, больному нужен индивидуальный подход. Тебе, дорогой, чтоб в чувство прийти, другие методы положены, - покачала головой богиня. Живописно колыхнулась волна медовых волос.
- Это какие же? - навострился Покровитель Воров и Шулеров, подавшись вперед.
- Канделябром по ушам или кулаком в нос, - жестоко просветила богиня зарвавшегося братца, не по-доброму сверкнув серебром глаз.
- Ну, может быть... - яркие голубые глаза принца выцвели от возбуждения, узкие губы изогнулись в хищной мечтательной улыбке.
- Кончай, Джей, - устало бросил Элтон.
- Прямо тут? При всех? Фонтаном? - вальяжно 'удивился' белобрысый принц, раздевая Элию взглядом, и положил руку на пояс у пряжки.
- Насчет кулака в нос ты была права, дочка, - решил король, нахмурив смоляные брови, и сделал воспитательно-предупредительный шаг к окну.
- Шутки летят ниже пояса - сразу видно, проблема у нас серьезная, - поднимаясь из кресла, покачала головой богиня, напоминая родичам хорошо известную в узких кругах семьи манеру поведения нервного брата: 'чем хуже дело, тем грубей остроты Джея'. - Ладно, хватит трепаться, я пошла к Лейму, пока он сам не пришел к нам.
- Не могу не признать твою правоту, Элия, - кивнул Эйран, вплетая очередную порцию нитей силы в клетку, трещавшую по швам, несмотря на все непрекращающиеся совокупные труды магов и Источника.
Даже при помощи Сил Лоуленда, маги не без напряжения ставили блоки и восстанавливали обрушенное упрямым Леймом, бьющим в цель с упорством тарана. Бесконечно долго это 'перетягивание каната' продолжаться не могло, даже выносливые боги нуждались в более-менее регулярном отдыхе. А сейчас двум отнюдь не слабым чародеям приходилось изрядно напрягаться, чтобы не дать одному вырваться на свободу. Они уже мысленно перекинулись парой фраз и условились, если дело не пойдет на лад, звать на помощь Связиста.
- Давай, но будь осторожнее, девочка моя, - напутствовал дочь король.
Прекратив пикировку с братьями, Элия выбралась из заполоненной родственниками комнаты и через коридор проследовала к месту заключения Лейма. Вежливо стукнув в дверь в качестве предупреждения о визите, богиня бесстрашно вошла внутрь.
- Я вернулась, - промолвила принцесса, сделав шаг вперед.
Легкие полы пеньюара разошлись, демонстрируя стройную ногу в чулке с ажурным верхом, обутую в туфельку на остром высоком каблуке-стилете. Богиня ступала завораживающе плавно, словно вышедшая на охоту большая кошка. Каждое движение ее совершенного тела, тонкий аромат духов, взмах длинных ресниц, призывный огонь глаз, легкая тень румянца на скулах, влажные губы, вздымающаяся при дыхании грудь, - говорили на языке, понятном любому мужчине, и в иных речах не было нужды.
- Ты сделала из меня пленника. Зачем? - процедил сидевший на тахте Лейм, пожирая Элию яростным, полным неудовлетворенного желания взглядом. Рефлекторно сжавшаяся рука раскрошила в щепу один из деревянных набалдашников на ножке тахты.
- А как ты думаешь? - промурлыкала богиня, медленно приближаясь к воинственному кузену, покачивая бедрами. - Чтобы посмеяться? Чтобы помучить? Чтобы подразнить, подстегнуть твою злость, разгорячить? А может, чтобы прийти и остаться сейчас?... Какой вариант тебе нравится больше?
- Все, - рыкнул Лейм, взметнувшись с тахты, и жестко прижал красавицу к себе, не позволяя ей даже шевельнуться. Жаркие руки и губы его зашарили по телу богини.
- Я хочу, чтобы ты разделся. Сейчас, - чувствительно прикусив зубами мочку его уха, прошептала Элия мужчине, выгибаясь всем телом и не делая ни малейшей попытки освободиться. - Сними все! Хочу видеть твое обнаженное тело!
- Хочешь? - ответный шепот принца походил на глухое рычание дорвавшегося до мяса голодного льва.
- Да, - выдохнула Богиня Любви, поглаживая грудь мужчины сквозь рубашку, царапая ее острыми ногтями. - Сделай это!
- Хорошо, но потом я раздену тебя, - пригрозил Лейм, учащенно дыша, отступил на шаг и, не отрывая от нее глаз, расстегнул цепочку пояса, тот упал на ковер. Избавившись от цепи, бог сорвал алую рубашку, сбросил сапожки, брюки... Элия взяла руку принца в свои, медленно провела ноготками по ладони и, стянув с указательного пальца перстень с рубином, бросила на кучу одежды, вынула из-за уха кузена веточку. Следом она потянулась, сдернула с тахты роскошное светлое покрывало и накинула на вещи принца, закрывая их целиком.
- Закрой глаза, ляг, не двигайся, - снова приказала Элия. С силой, впиваясь ногтями в кожу, потянула кузена на тахту, толкнула на ложе. Лейм с хищной усмешкой позволил ей увлечь себя, длинные ресницы прикрыли глаза. Напряженные мышцы подрагивали, но бог покорно упал навзничь, закинув руки за голову.
Богиня присела рядом и принялась нежно, на сей раз совсем не пытаясь оцарапать или ударить, поглаживать лицо, плечи, грудь молодого родича, звать:
- Лейм, милый, солнышко мое, кузен, где ты, вернись! Пожалуйста! Сладкий мой, мальчик мой дорогой! Где же ты, в каких безднах заплутал? Лейм...
Учащенное дыхание мужчины, возбужденного близостью темпераментной красотки, неожиданно резко успокоилось. Распахнулись зеленые, как листва, знакомые глаза, из которых ушел яростный пламень. Первый взгляд, брошенный на Элию, был полон радости, но почти мгновенно принц сообразил, что он абсолютно гол и возбужден, а кузина, ласково окликающая его, скорее раздета, нежели одета в совершенно восхитительный наряд. Слабый отблеск красного мелькнул в яркой зелени и, уловив в чем дело, Элия поспешно сменила завлекательные одежды на широкие брюки и рубашку, а Лейма заботливо укрыла одеялом.
