представить тебе мою хранительницу и подругу, Маки.
По равнине разнесся лай, заставивший птиц взлететь с ближайших деревьев, и, когда пыль осела, Маки заметила своего друга и бросилась к нему. На ее взгляд, ее массивные ноги не могли бежать достаточно быстро, даже если охотник стоял всего в паре шагов от нее. Рен широко раскрыл объятия и, хотя и был готов, выдохнул, когда голова Маки ткнулась ему в грудь. Она толкнула его о дерево, и его смех подпитал ее желание продолжать тереться об него.
— Маки, — позвал он между двумя приступами смеха. — Маки, прекрати. Мы были вместе всего два дня назад. — Но Маки не слушала. — Давай, девочка, садись.
Львица-собака повиновалась, и земля задрожала еще раз, когда она села, высунув язык и растянув рот в улыбке. Затем она заметила девушку с копьем, и ее улыбка исчезла, сменившись рычанием, которое превратило удивление Сузуме в беспокойство.
— Полегче, девочка, — сказал Рен, вставая между своим духом-хранительницей и новой спутницей. — Она моя подруга, понимаешь? — Он прижал руку к груди, затем переместил ее на плечо Сузуме, которая заставила себя улыбнуться и дружелюбно помахала рукой. Маки, казалось, сопротивлялась этому заявлению и рычала еще несколько секунд, дойдя до того, что приняла охотничью позу.
— Рен? — спросила Сузуме сквозь зубы. — Если ты хотел, чтобы я почувствовала себя в опасности, тебе это удалось.
— Маки, — сказал Рен укоризненным тоном. — Достаточно.
Львица-собака гавкнула, и на ее лице снова появилась улыбка. Охотник прижал руку к земле, и Маки легла, так что ее лицо оказалось на одном уровне с его. «Хорошая девочка», — сказал он, медленно протягивая руку к ее морде. Она закрыла глаза, когда он начал почесывать ее за ушком, и Сузуме, наконец, вздохнула.
— Подойди ближе, — прошептал он через плечо.
Сузуме робко сделала шаг, затем другой, стараясь держать копье за спиной.
— Мне тоже ее погладить?
— Нет, если хочешь сохранить свою руку, — ответил Рен. — Она — чистая энергия. Ты обожжешься. Только те, у кого есть Кровь, могут прикоснуться к ней.
— Кто она? — спросила Сузуме, когда достигла уровня Рен. Маки снова открыла свои блестящие золотистые глаза.
— Она комаину, львица-собака. Полегче, Маки, полегче, — сказал Рен своей подруге, когда та застыла при виде девушки. — Сузуме с нами. Она нам нравится, хорошо? Ты должна защищать и ее. Сузуме, подойди поближе, если хочешь. Только не трогай ее шерсть. Все в порядке, если бы она хотела тебя укусить, она бы уже это сделала.
— Это обнадеживает, — сказала Сузуме, делая еще один шаг вперед. — Она ками?
— Она синши, — сказал Рен. — Посланница ками и хранительница их святынь. Ты, наверное, видела их статуи перед залами.
— Удивительно, — сказала Сузуме.
Сузуме все кажется удивительным, подумал Рен, это освежает. После нескольких лет, проведенных в Ясеки, мир стал не таким уж удивительным, почти скучным. Было приятно посмотреть на него глазами неиспорченного охотника.
— Вчера я говорил тебе, что Крови могут запечатывать души, но мы также можем призывать синши с помощью нашей крови. Обычно для этого мне нужен каменный страж из святилища, но, благодаря четкам Осаму, я могу сделать то же самое, находясь где угодно; по крайней мере, я могу призвать Маки и ее родственников, вместе с которыми дал клятву.
— Она останется с нами? — спросила Сузуме, наконец-то расслабившись в присутствии львицы-собаки. Маки выпрямилась, когда Рен убрал руку, теперь, казалось, ее не беспокоило присутствие девушки.
— К сожалению, нет, — ответил Рен. — Она вернется домой, как только я усну. Мне нужно будет использовать другую бусину, чтобы позвать ее снова. Маки? Готова поохотиться на капп? — Хранительница рявкнула, сразу вставая. — Маки найдет капп и вынюхает их. Тебе нужно только следовать за мной и держаться позади. Может быть, тебе будет страшно, но ты должна оставаться со мной, понятно?
— Да, — нерешительно ответила Сузуме.
— И расчехли свое копье. Оно может тебе понадобиться. Готова, Маки?
Сузуме оставила мягкий чехол для своего копья рядом с их сумками. Она подошла к Рену, и охотник увидел, как на ее юном лице отразилась смесь эмоций. Не так давно он был таким же.
— Просто следуй за мной и постарайся почувствовать присутствие Суги.
Она кивнула, но не излучала уверенности.
Они подошли ближе к пруду, затем обошли его. Рен насчитал еще два ручья, впадающих в пруд и вытекающих из него, но ни один из них не был больше первого. «Маки, начинай отсюда», — сказал он, прежде чем оставить львицу-собаку там, куда он указывал, и вернуться к первоначальному ручью.
Сузуме не отходила от Рена ни на шаг, держа копье двумя руками у груди. Они отошли немного от пруда, затем Рен поднял кулак. На другой стороне воды Маки присела пониже и убрала язык в рот.
— Готова? — спросил он Сузуме.
— Нет, — сказала она.
Рен улыбнулся и опустил руку.
Львица-собака прыгнула в пруд. Ее огромное, но грациозное тело, казалось, повисло в воздухе, прежде чем, наконец, опустилось и шлепнулось прямо в центр пруда. Вокруг нее поднялась стена воды. Сразу же начал идти пар. Затем Маки заметалась, как собака, ищущая свою игрушку, только выражение морды у нее стало диким. По поверхности пруда пошла густая рябь, словно волны разбивались о скалы.
— С минуты на минуту, — сказал себе Рен. Он опустился на корточки. Сузуме последовала его примеру, и оба спрятались в высокой траве на равнине.
Львица-собака собака внезапно выпрямилась и замерла, направив морду к краю пруда. Она залаяла и побежала за тем, что привлекло ее внимание. Небо пронзил пронзительный крик, как будто ворона и жаба заорали одновременно. Затем на него ответили еще несколько похожих, и пруд ожил.
Шестеро капп бросились врассыпную. Девушка ахнула. Один из них направился в их сторону. Это было быстро, так быстро, что казалось, он бежит по воде. Так быстро, что девушка успела увидеть только зелено-голубую фигуру размером с обычную собаку, с черепашьим панцирем на спине, выпрыгнувшую из реки.
— Сейчас! — крикнул Рен, покидая укрытие в траве и прыгая к движущейся фигуре.
Зверь взвизгнул от неожиданности и хотел изменить курс, но это только замедлило его, и Рен ударил ножнами по лицу каппы, отчего тот отшатнулся назад, выпустив струю крови. Охотник не дал ему убежать. Каппа вскочил на ноги быстрее, чем ожидал Рен, и на этот раз, встречая атаку, прыгнул на юношу с широко раскрытыми когтями и клювом.
Когти ничего не схватили, а клюв сомкнулся на ножнах, когда Рен сунул их в пасть ёкаю. Тем же движением он толкнул каппу на берег реки и пронзил ему плечо мечом, пригвоздив существо
