Катя изучала окрестности. Почему Ротгар выбрал именно этот остров для разговора?
— Здесь столько валунов… — проговорила она.
— Согласно шведскому поверью, — сонным голосом отозвался Ротгар, — эти камни накидали огры.
— Зачем? — удивилась Катя.
— Считается, что огры, будучи нечистой силой, не переносят христианства. И, увидев церковь, норовят ее раздолбать. А поскольку они очень тупы, то легко могли перепутать здешний маяк с колокольней. Да и с глазомером у них, видно, проблемы: как видишь, в маяк они так и не попали. Зато забросали камнями всю поляну.
— Чушь какая, — фыркнула Катя. — Точнее, это ваши расовые предрассудки. Во-первых, тролли — не нечистая сила. Во-вторых, они совсем не тупые!
— Тебе просто повезло, — снисходительно ответил эльф. — Ты общаешься с их, так сказать, элитой. Охотник — это совершенно особое создание, пользуясь современной терминологией, — продукт целенаправленного генетического отбора. А Скаллигрим — вообще уникум. Мутант, дитя мегаполиса…
Ротгар негромко рассмеялся и открыл глаза.
— Пожалуй, я пока не буду его трогать. По их меркам он довольно молод. Посмотрю, что из него вырастет. У него забавно устроены мозги. Совершенно не по-огрски. Быстро адаптируется, легко впитывает новую информацию. Для огра, конечно…
Ротгар мечтательно уставился в небо, такое же перламутрово-голубоватое, как и его глаза.
— Здешняя земля иной раз порождает удивительных существ. И среди людей тоже. Вот например, святой Олаф. Помню его очень хорошо. Чрезвычайно кровожадный был конунг, даже среди викингов выделялся свирепостью. Никакой святости, но… кое-какие магические способности. Вот тебе, Катенька, курьез: Олаф — сущий зверь, всю жизнь вел завоевательные войны, вдобавок — колдун. А его после смерти провозглашают святым. Да не просто святым, а святым покровителем Норвегии. За что, как ты думаешь?
— Не знаю.
— Он умел обращать огров в камень.
— И за это его объявили святым? — недоверчиво спросила Катя. — Колдуна?
— Того, кто изгоняет бесов именем Божьим, зовут не колдуном, а экзорцистом. Такой вот природный дар у Олафа обнаружился: скажет огру «умри» — и нет больше огра. Удобно?
— Кому как.
— Удобно. Но скучно. Жаль, что я не успел познакомиться с ним поближе. Люблю все необычное. Но вы, люди, так недолговечны.
— Он при встрече и вас обратил бы во что-нибудь, — сказала Катя.
— Не думаю…
Ротгар закрыл глаза и умолк, словно потеряв интерес к теме. Но потом заговорил снова:
— Присмотрись к этим валунам повнимательней, Катерина. Может быть, это не обычные камни, а окаменевшие огры? Задумайся, почему их тут так много? Может быть, тут их кладбище, или они приходили сюда умирать? Или тут было место их тайных сборищ, и их внезапно застал враг? Или тут была жестокая колдовская битва? Огры защищали что-то дорогое им от колдуна или от человека с крестом и мечом, подобного святому Олафу, — и полегли все до единого…
Нет, здесь на острове Ротгар действительно переменился. По крайней мере изменилось его отношение к ней. Исчезли высокомерие, сарказм, повелительный тон. Ротгар разговаривал с ней как с равной, не насмехался… Неужели баньши говорил правду?
Впрочем, пока Ротгар не сказал Кате ни слова о ее «тайной истинной сущности». Валялся на траве, смотрел на небо и болтал о ерунде… Чего-то ждал?..
«Уж я из него точно ничего вытягивать не буду, — решила Катя. — Когда захочет, тогда сам мне все и расскажет».
Катя подумала-подумала — и тоже легла на траву. Трава была сухая и пахла сеном. Над головой шумели сосны, звенели кузнечики, ветер посвистывал среди валунов.
Ротгар больше ничего не говорил и не шевелился, пригревало солнце. Катя закрыла глаза и прислушалась к своим ощущениям. Земля была теплая, но под тонким дерном — холодный гранит. Катя ощущала, как тонок слой почвы на скале. Снизу тянуло холодом. Холодная вода, холодные скалы. А прямо под тем местом, где они были, — что-то еще более холодное. Что-то темное, ледяное, страшное, как бездонная пропасть…
Катя аж подскочила!
Ощущение холода и страха сразу исчезло.
«Приснилось, что ли?» — подумала она и посмотрела на Ротгара. Эльф лежал на боку, приподнявшись на локте, и наблюдал за ней.
— Что ты вскочила? Тебе нехорошо?
— Там внизу… мне показалось, там что-то есть…
Катю передернуло. Ротгар одобрительно кивнул.
— Знаешь, что это за место? — сказал он. — Курган. Мы как раз на его вершине.
— Какой еще курган?
— Древняя могила. Исторический памятник. Некрополь какого-нибудь хевдинга или конунга. Очень возможно — того самого святого Олафа. Его официальная гробница в Тронхейме очень сомнительна…
— Здесь же Швеция, а не Норвегия, — пробормотала Катя.
Ощущение холодной угрожающей темноты объяснилось. Внизу — могила. Ну и что? Мертвецов Катя не боялась. По крайней мере боялась меньше, чем кое-кого из живых.
— Зачем вы меня сюда привели? — спокойно спросила она. — Из-за этого?
— Отчасти. Этот курган — довольно любопытное место. Такие чары, которых не распутать даже мне. Вот я чувствую, что где-то поблизости, буквально в двух шагах от нас, вход в курган, но где он, никак не определю. Может, ты попробуешь?
Катя обдумала его слова.
— Хотите, чтобы я помогла найти вход? Думаете, я смогу?
— Почему нет? Ты ведь ощутила, что под нами могила.
Катя с сомнением оглянулась. Поляна довольно большая, притом вся завалена камнями. Тут можно год копать — и ничего не найти.
— А зачем вам этот вход? — поинтересовалась она.
Ротгар ответил не сразу.
— Допустим, в кургане зарыты сокровища. Островок, конечно, близко от Стокгольма, но поскольку могила заколдована, то ее пока не нашли и, соответственно, не разграбили. Викинги отправляли своих вождей на тот свет с таким инвентарем, чтобы в Валхалле сразу поняли — к ним попал непростой человек…
— Пещера с сокровищами? — с презрительной гримасой повторила Катя. Она была разочарована. Ротгар мог бы выдумать что-то более свежее и оригинальное. Можно подумать, она поверит, что его интересуют безделушки викингов.
— Ну да, сокровищница, — ответила она саркастически. — И войти туда могу только я. И могу взять там все, что захочу, кроме одного самого простого предмета, который должна принести вам. Извините, эту сказку я уже читала.
Ротгар улыбнулся.
— Хочется чего-то менее примитивного? Хорошо, — сказал он. — Я сам не знаю, что там внутри. Там могут быть сокровища. Не говоря уже о том, что это, в любом случае, будет археологическое открытие века. И сделаешь его ты. Неужели тебе самой не интересно?
