— Зачем ты здесь?
— Капитул Высокого Престола приказал доставить двух демонов, которые выйдут из Щели Скверны, в столицу.
— Живыми?
— Живыми или мертвыми.
Шэф весьма заинтриговался:
— А мертвыми-то зачем?
— В Чаше Истины говорят и живые и мертвые.
Глаза Шэфа нехорошо прищурились, чувствовалось, что колдуну повезло, что он уже мертвый. Через неуловимую (почти что) паузу он продолжил допрос:
— Сколько людей было на острове?
— Сорок два.
— Где лагерь?
— На берегу.
— Напротив рейда?
— Да.
— Кто оставался в лагере во время боя?
— Никто.
— Какой сигнал тревоги? — «Голова профессора Доуэля» проигнорировала вопрос, но Шэфа это не смутило — он видимо знал как общаться с подобными супчиками. — Какой сигнал дневной тревоги?
— Дым от костра желтого цвета.
— Видимо корень аларка используют, — пробормотал главком себе под нос и внятно продолжил: — Какой сигнал ночной тревоги?
— Четыре костра.
— Ладно… пока желтого дыма не видно, — сказал любимый руководитель обращаясь к Денису, — а там разберемся по ходу пьесы, после чего продолжил допрос мертвой головы: — Сколько кораблей возле острова?
— Два.
… не врет с — сук-ка… два корабля… Шэф говорил…
— На чем ты пришел? — в ответ тупое молчание. Шэф аж сплюнул с досады:
— На чем ты приплыл?
— На трехпалубном галеоне «Эскортер».
— Откуда?
— Из Паранга.
— Бешенной собаке семь верст не крюк… — пробормотал себе под нос верховный главнокомандующий и задал вопрос: — Как называется второй корабль?
— «Морской конек».
— Тип?
— Бригантина, — мертвый колдун оказался неплохим знатоком типов парусников, ну, по крайней мере, два типа точно знал.
— Что с экипажем?
— Я очистил души еретиков.
— Огнем? — равнодушно уточнил Шэф.
— Водой.
— Бригантина цела?
— Да.
По каким-то неуловимым признакам Денис понял, что Шэф начал торопиться, его вопросы стали простыми и лаконичными, чтобы не сбивать Иллиаша с набранного темпа.
— Сколько моряков на бригантине?
— Двадцать.
— Сколько солдат на бригантине?
— Двенадцать.
— Где она стоит?
— На внешнем рейде.
… Шэф так и сказал… похоже колдун не врет…
— Сколько людей осталось на галеоне? — молчание в ответ. Денису показалось, что Иллиаш стал отвечать медленнее и неохотнее.
— Численность экипажа «Эскортера» после выхода из Паранга?
— Я. Капитан. Два лейтенанта. Двести матросов. Сто солдат.
Внимательно слушая вопросы верховного главнокомандующего и ответы на них мертвого мага — от этой информации между прочим зависела его жизнь, так что он ничего не упускал, Денис умудрялся параллельно размышлять о том, почему на некоторые вопросы Иллиаш не отвечает. Он хорошо помнил вопросы на которые мудрый руководитель ответов не получил: «Должность, звание, место работы», «Какой сигнал тревоги», «Сколько людей осталось на галеоне». Денис пришел к выводу что мертвец отвечал только на те вопросы для которых существовали однозначные ответы — он ничего не уточнял и не переспрашивал. Маг не знал напрямую сколько людей осталось на галеоне — для этого нужно было считать, но он знал сколько их было изначально, он не знал какой сигнал тревоги, потому что его не существовало — были два разных, и уж наверняка он не знал что такое: «Должность, звание, место работы». Между тем допрос продолжался своим чередом:
— Где стоит галеон?
— На внешнем рейде.
… сходится… значит и остальное правда?..
… скорее всего — да… хотя…
… кто знает, на что способна мертвая голова…
— Какой сигнал для подачи шлюпки? — молчание.
Шэф замычал от досады, но тут же взял себя в руки:
— Как на «Эскортере» узнают что демоны захвачены?
— Отряд должен выйти на берег и зажечь три костра.
— Отряд это кто?
— Я, солдаты и закованные в железо демоны. — Шэф досадливо крякнул, бросив тревожный взгляд на тлеющие пирамидки, по большей части уже состоявшие из пепла.
— На «Эскортере» знают, что ты мертв?
— Нет.
— А где знают? — чисто машинально поинтересовался Шэф, и вместо вполне ожидаемого: «нигде», получил обескураживающее: «в капитуле». — Так ладно, — пробормотал про себя главком, энергично потеребив себе загривок, — продолжим. — И уже «официально» обратился к «голове профессора Доуэля»:
— Когда был отдан приказ о поимке демонов?
— В середине амрота.
Шэф растерянно глянул на Дениса, и пробормотав что-то типа: «Ладно, хрен с ним, потом разберемся», — продолжил:
— Кто принял решение о посылке «Эскортера»?
— Епископ Ортег.
— Кто ему посоветовал? — молчание. Шэф задумался, посмотрел на Дениса и предложил:
— Что-то я зациклился… Ничего в голову не приходит. Если есть чего — говори, только побыстрее — время кончается.
— Спроси, были ли у епископа необычные посетители, в середине этого амрота.
— Отвечай, — Шэф уставился тяжелым взглядом на голову Иллиаша, — кто посещал епископа незадолго до вашего отъезда?!
— Епископ Гаташ, консул Ормед… — колдун запнулся, ему было тяжело говорить, но все же продолжил, — человек в чер… — договорить он не сумел, голова Иллиаша, инквизитора Высокого Престола, боевого мага — легата, взорвалась, как граната, заляпав компаньонов мозгами, кровью и прочими малоприятными ингредиентами. Если бы у Дениса не образовалась какая — никакая, но привычка к подобным инцидентам, то его бы наверняка вырвало, а так он сумел уже привычным усилием воли остановить комок на полпути между желудком и горлом, а следующим усилием загнать его обратно. Шэф же, как обычно, остался абсолютно равнодушен к изнанке профессии ходока, справедливо полагая, что ее лицевая сторона вполне компенсирует подобные афронты.
— Вот и сходил за булочкой, — меланхолично резюмировал верховный главнокомандующий окончание допроса, правда — к большой радости Дениса уже нормальным голосом, без демонических обертонов. — Так… так… так… — в задумчивости побарабанил Шэф по зажигалке, которую вертел в руках и тяжело вздохнул, — могло бы и хуже… — … да некуда. — Шэф помолчал. — Ладно, продолжим наши игры…
— В смысле? — уточнил Денис.
