лица, бывших зеркальным отражением ее собственного лица.
— Суль! Помоги! — закричала она. В тот же миг Ханна остановилась.
— Суль?
Не успела Тува ответить, как возле скал показалась Суль, не спеша бредущая к ним.
— Вот уж не думала, что ты позовешь меня, — непринужденно сказала она Туве. — Неужели вы никогда не уясните себе, что вам следует звать нас сразу же, как только вы почувствуете опасность?
Ханна и Гримар неотрывно смотрели на нее.
— Привет, Ханна, — с улыбкой произнесла Суль. — Ты что, не узнаешь меня? Да, конечно, я немного выросла с тех пор, как мы в последний раз виделись с тобой.
— Суль, моя наследница! — радостно произнесла Ханна. — Как у тебя дела? Обрела ли ты величайшую магическую силу, о которой я говорила тебе?
— За это время, что прошло, я сделала немалые успехи, — все с той же непринужденностью ответила Суль.
Гримар с восхищением ощупал ткань ее платья. Его лицо просияло от удовольствия.
— Но чем это вы тут занимались? — с упреком спросила Суль.
— У нас появилась такая редкостная возможность, Суль! — возбужденно произнесла Ханна. — Наш великий господин Тенгель Злой повелел мне уничтожить эту отвратительную бутылку, которую имеет при себе в точности похожая на меня Тува. Если мы отнимем у нее эту бутылку, я стану его главной ведьмой! И ты тоже. Тува на это не пойдет, она старается угодить другим. Но ты-то с нами! Мы-то знаем, что почем! Мы с тобой будем служить нашему великому хозяину!
— Знаешь, Ханна, — с холодной издевкой ответила Суль. — Те условия, которые он мне предложил, не устраивают меня.
Ханна недоверчиво отшатнулась.
— Что? Ты, что, тоже рехнулась? А я-то учила тебя всей этой замечательной дьявольщине!
— Да, пока я жила, я шла по твоим стопам. И к чему это меня привело? На костер, и это, сама понимаешь, удовольствие не из лучших. Нет, меня не сожгли, но мое спасение не является моей заслугой. И твоей тоже.
— Но ведь после этого ты попала к Сатане? — нетерпеливо спросила Ханна.
— Нет. А ты?
— Я тоже, меня он не хотел! Но ведь ты-то такая красавица!
— Благодаря влиянию моей семьи, я смогла избежать твоей судьбы и не попала под начало Тенгеля Злого. Я стала членом содружества предков Людей Льда, меченых и избранных. После смерти у меня все пошло просто великолепно, Ханна. А как у тебя?
Глаза старой ведьмы загорелись.
— Нечего пускать пыль в глаза своими лицемерными уловками! Дай мне бутылку Тувы, и можете обе убираться отсюда!
Суль проигнорировала ее слова.
— Ты был счастлив в жизни, Гримар? — спросила она.
— Не-е-ет, — помедлив, ответил старик.
— А после смерти?
— Что? Что ты говоришь? После смерти ничего не было! Мы пробудились лишь сегодня и сразу были посланы сюда.
— Понятно. Значит, Тенгель Злой заставил вас лежать в смертельном сне почти пятьсот лет. Ни один человек не находится во сне после смерти. Только вы. Время от времени вы слышали его слова, не так ли?
— Да. Он просил нас подождать. Но теперь мы не желаем больше ждать. Теперь мы здесь.
— Но вы старики.
— Да, это так, — согласился Гримар.
— Но так вовсе не должно было быть. Такие, как мы, после смерти становятся молодыми. И мы живем после «смерти» фантастической жизнью. Так чего же вы ждали?
Никто из них не ответил.
— Ну так вот что я вам скажу, — продолжала Суль. — Когда вы больше не будете нужны Тенгелю Злому, он отправит вас в Великую Пасть. Иначе говоря, превратит вас в ничто. Он поступил так с теми, кого одолел в этой борьбе. Стоит вам отобрать бутылку у Тувы, как вы уже не увидите больше ни этого мира, ни мира духов, ни Тенгеля Злого, ни Сатану — ничего!
— Ты лжешь! — в бешенстве произнесла Ханна.
— Зачем мне лгать? Я не хочу, чтобы ты исчезала, Ханна, не хочу, чтобы исчезал Гримар. Вы оба были моими друзьями в долине Людей Льда, и я глубоко скорбела о вас, когда мы вынуждены были покинуть долину. И я отомстила за вас, я убила Хеминга Убийцу Фогда! Поэтому меня схватили и приговорили к сожжению на костре. Но члены моей семьи освободили меня, как я уже сказала. Мне бы очень хотелось остаться вашим другом, но я не смогу этого сделать, если вы будете настаивать на том, чтобы я помогала этой Вонючке.
— Вонючке?
— Да, Тенгелю Злому. Ты никогда не встречалась с ним?
— Нет, — смиренно ответила Ханна. — Мы просто получили приказ.
— Зато я имела сомнительное удовольствие много, много раз лицезреть его. И не могу понять, как можно превозносить эту кучу дерьма! Ведь он к тому же и глуп. Мозги высохли вместе с телом. Поверь мне, он топчет в грязь всех без разбора, как своих друзей, так и врагов. Он любит только одно-единственное существо в мире, самого себя. Если же вы станете на нашу сторону, вам достанутся все почести, вся любовь и все тепло, какие вы только пожелаете.
— Ха! — фыркнула Ханна, тогда как самоуверенность Гримара была несколько поколеблена.
— Вы никогда не примете нас к себе, — пробормотал он.
— Напротив, с распростертыми объятиями, — с подчеркнутой уверенностью ответила Суль, отдавая себе отчет в том, что явно привирает. — Знаешь, Ханна, есть еще один человек — кроме меня, разумеется — кто всегда отзывался о тебе с теплотой.
Ханна снова фыркнула, хотя и сгорала от любопытства.
— Нет такого человека! — заявила она.
— А вот и есть! Это Силье. И слова ее много значат. Силье никогда не считала тебя только злой.
— Но я именно такая! — с упрямством подростка ответила Ханна. — Могу я встретиться с Силье?
— Она не принадлежит к роду Людей Льда, но мы совсем недавно видели ее, все вместе. Так что почему ты не сможешь увидеть ее? Стань на нашу сторону, вернись к нам, и ты встретишь Натаниеля, Руне, Халькатлу и Тенгеля Доброго…
— Тенгеля? Да он просто тряпка! Вот уж из него-то точно ничего не получилось!
— Еще как получилось! Можешь быть уверена, что он стал великим. Короли звали его на помощь, когда болели, в их замках он чувствовал себя как дома, и у него самого было большое поместье в южной Норвегии…
«Прости, Липовая аллея, ты никогда не была большим поместьем», — подумала Суль. Хотя для Ханны и Гримара оно было бы просто огромным.
— И после своей смерти он стал помогать всем меченым и избранным. Он лидер среди нас, и мы с ним входим в семерку самых великих. А за кого тебя держит Тенгель Злой?
— Этого я
