12
***
- Ну, и где он? - Алый Старейшина выглядел крайне мрачным, разглядывая Ри с любопытством препарирующего ядовитую лягушку учёного. Молодой Алый дракон кашлянул:
- Не понимаю, о чём ты?
Старейшина раздраженно повёл плечом:
- Клятва неразглашения? Если да, мотни головой, если нет, скажи - да.
Ри мысленно простонал, но послушно мотнул головой, признавая поражение. С учётом разразившегося вокруг истории Дана и Мии скандала, постепенно превращающегося в натуральный пожар, это было всего лишь вопросом времени.
- Ладно, - к удивлению Ри, особо счастливым дедушка не выглядел, скорее наоборот, казался... обеспокоенным?! - Он по крайней мере жив, или мне морально настраиваться на очередную смуту?
- Мы говорим об Осе? - уточнил юный дракон осторожно. Алый Старейшина смерил его неласковым взглядом.
- Ну о ком же ещё? Я не смог ни вызвать его к себе в кабинет, ни напроситься на встречу. Наш личный канал связи перекрыт с сообщением: "Пока не могу ответить", а в кабинете, по утверждению моих людей, торчит фантом. Итак?
- Ваш личный канал связи? С Осом? Но вы же... враги! - Ри понемногу начинало казаться, что он до сих пор не понимал о своей семье, политике и окружающем мире каких-то очень важных вещей. Алый поморщился, будто у него разом разнылись все зубы.
- Враги, - хмыкнул он, - Ребёнок, я скоро справляю три тысячи двухсотлетний юбилей, Ос младше меня, но не намного, будем честны. Враги мы с ним уже два тысячелетия, с тех пор, как поступили учиться: он - после джунглей, я - после войны, когда меня собрали-таки по кусочкам. Он спасал мне жизнь семь раз, я ему - шесть, сколько раз мы сталкивались в противостоянии, я не буду и считать. Я возглавляю совет брюзжащих параноиков-психопатов, он играется с вами в песочнице, и все это должно как-то работать. Ты всерьёз полагаешь, что у нас может не быть личного канала связи?
Ри стало немного стыдно: он действительно так думал и настолько привык к конфронтации между княжеским двором и Старейшинами, что не давал себе труда задуматься: а как эти ссоры обычно решаются? Он знал, что Ос с дедушкой сильно не ладят, но как-то приходят к компромиссу. Но - они спасали друг другу жизнь?
- То есть, это все просто... спектакль? - выдохнул Ри, - Вы двое держите окружающих в напряжении, а сами... сами...
- Почему - спектакль? - удивился дедушка раздраженно, - Всего лишь политика. Ос как таковой один из лучших, кого я знаю, потому-то он мой враг. И да, я поддержал ту смуту, потому что не признавал предыдущего вечно пьяного слизняка на княжеском престоле за правителя. Наш клан сражался и умирал ради того, чтобы у Предгорья был достойный князь, а на трон в итоге село... Ты просто не застал Лира Бирюзового, потому плохо понимаешь масштаб катастрофы: из нынешнего князёнка, признаю, ещё может выйти толк, и то не факт, а его папашу даже обретение пары не заставило остепениться.
Ри нахмурился.
- Понимаю, - сказал он тихо, - Ты много раз рассказывал мне, как был ужасен прошлый князь, но, узнав Оса получше, я решил, что он не мог поддерживать непонятно кого. Да и Тир успел стать мне другом... Начнись что, ты должен знать: моя пара будет на его стороне, и я не предам его, дедушка. Даже если ты прикажешь.
Алый неопределённо хмыкнул, как показалось Ри, чуть ли не одобрительно.
- Да, мне с внуками то ли не повезло, то ли очень повезло - как поглядеть. А насчёт того, что Ос не поддержал бы кого попало... не забывай о его неполноценности. Ос стал наставником маленького княжича Лира в том возрасте, когда почти у всех драконов уже есть ребёнок, а то и двое, и инстинкты просыпаются во всей своей красе, требуя обустраивать гнездо. Княжич рос недостойным, глупым дракончиком - во многом это было ошибкой его родителей, но уже неважно, - но для Оса он стал...
- Ребёнком, - потрясенно выдохнул Ри. До него постепенно начало доходить.
- Верно, - ухмыльнулся Старейшина, - Мы, драконы, можем быть сколько угодно могущественными и хладнокровными, но все же мы живые, у нас есть сердца и инстинкты, делающие нас слабыми и ведомыми. Ос прощал Лиру все, прикрывал его промахи, защищал отчаянно, сколько мог, и чуть не умер с ним вместе. Потом чувства, которые испытывал к отцу, он перенёс, пусть частично, на его сына. Думаешь, почему Ос так нянчится с этой стайкой малолеток? Он немного со странностями, для него дело не в богатстве или власти, просто по его меркам княжеский дворец - его личная пещера, а Тир с Аром, Исом и Ми - малолетние несмышленные внуки. Потому-то я понимаю, что просто так он не улетел бы, и спрашиваю ещё раз: Ос жив?
- Да, - кивнул Ри.
- Уже легче. Кто ещё знает о его отсутствии?
- Весь княжеский совет, - ответил Ри тихо. Алый Старейшина нахмурился и резко бросил:
- Попроси у князя аудиенции от моего имени. Этот вопрос с близнецами надо уладить, пока не произошло катастрофы: мне не нравится то, что витает в воздухе.
***
- Что-то витает в воздухе, - сказал Бран тем задумчивым тоном, который в его исполнении всегда заставлял волосы на загривке Мики подниматься по стойке смирно. Редко, но просыпалось в парне наследие матери, герцогини-провидицы, казненной давным-давно всего лишь за склонность говорить правду и не кланяться, когда стоило бы.
- Последнюю реку прошли, скоро уже начнётся песок, - хмыкнул Натан, явно стараясь сгладить очередной перл Брана, - А над пустыней воздух всегда не такой, что-то есть в нём... эдакое, что то ли удавиться, то ли налакаться хочется.
Мика зябко передёрнула плечами и тут же оказалась прижата к теплому телу. Они с Осом... ну, в общем, кажется, были парочкой, и никого, кроме Мики, это не трогало. Да и сама колдунья решила однозначно забить и двигать по течению, благо её дракон был из воды и плаванье давалось легко. В том смысле что, серьёзно, нужно было быть идиоткой, чтобы отказаться от пары-тройки десятков ночей с кем-то вроде него. Ос был грёбаным идеалом, и только это, пожалуй, можно было записать ему в недостатки. Мика знать не знала, за что ей такое вот счастье, а беспричинные подарочки судьбы нервируют: поневоле ждешь какого-то надувалова. Но, сидя у костра и пригревшись у чужого бока, колдунья приказала себе класть с самой высокой горки на дурацкие мысли: здесь и сейчас у неё был свой дракон, рядом с которым отступали кошмары, было уютно и правильно, как никогда и нигде. Иногда она спрашивала себя: что будет, если он после этого путешествия снова позовёт её с собой? Ответа Мика боялась почти панически.
