— Тебе не кажется, что Фабиола уже не… — начала я, желая убедить его в тщетности слежки и уговорить отправиться в отель, чтобы нормально выспаться.
Но Вацлав перебил меня:
— А вот и она!
Действительно, из дверей отеля выпорхнула гибкая черная фигурка и уверенно направилась к припаркованной машине.
— Пристегнись! — коротко бросил Вацлав, заводя мотор. — Начинается самое интересное.
Фабиола
Год назад
Корсика
Все оказалось даже проще, чем она рассчитывала. Музей она знала как свои пять пальцев, но навороченная система охраны внушала опасения в успехе мероприятия. Однако ее маленькая сообщница, белая мышка, купленная в зоомагазине, помогла обойти и эту преграду. После того как машины полиции четырежды срывались на зов сигнализации, систему было решено отключить. Четыре бравых офицера заняли пост у витрины с легендарным красным алмазом, не подозревая о том, что за стеклом уже лежит подделка. А Фабиола, скрывшаяся в вентиляционном люке, смогла спокойно покинуть музей через служебный вход.
Выбравшись за ограду, она перекинула рюкзачок через плечо и весело зашагала налево по переулку. Пойди она направо, уперлась бы в фонтан на площади перед музеем. Налево же ее ждала тихая улочка со спящим жилым кварталом, где в такое время не было видно ни души. Что может быть лучше для девушки, которая мечтает остаться невидимкой?
Все складывалось самым замечательным образом. Интуиция не подвела и на этот раз. Вот только какой–то идиот перегородил выход из переулка своей пижонской тачкой. Такая же была у ее недавнего приятеля Винченцо, на память о романе с которым она, без ведома того, оставила себе картину одного знаменитого художника. Винченцо все равно не имел ни малейшего представления о ее истинной ценности: он повесил «мазню» у входа в туалет и в конечном счете погубил бы произведение искусства. Можно сказать, что Фабиола спасла творение мастера. В ее руках полотно задержалось недолго, и она безо всяких сожалений продала его страстному ценителю живописи, отвалившему за нее целое состояние. Сорвав такой куш, Фабиола могла бы на несколько лет осесть в домике на берегу Таиланда и ни о чем не думать. Но, когда она уже выбирала себе один из многочисленных тайских островов, колеблясь между Краби, Самуи и Чангом, в новостях передали, что в корсиканский музей везут легендарный алмаз «Красная принцесса», известный своим редким рубиново–красным цветом. Фабиола прильнула к голубому экрану, на котором директор музея соловьем разливался о суперсовременной охранной системе, взломать которую не под силу никому на свете. Ох зря он это сказал! Райские острова Таиланда тут же отошли на второй план, а в глазах Фабиолы загорелся азарт. Захотелось во что бы то ни стало доказать прилизанному франтику, что он глубоко ошибается. Впрочем, ему это позволительно. Он же не знает, что перед ней, Фабиолой, нет закрытых дверей. Еще не знает.
И вот сейчас, неся в рюкзачке знаменитый алмаз и чувствуя, как за плечами разворачиваются крылья, Фабиола уже предвкушала, как наутро купит билеты в Бангкок. Сегодняшний трофей она пока припрячет от всего мира в своем укромном сейфе. Для камня с пятивековой историей пара–тройка лет ничего не значит. А когда страсти вокруг кражи поутихнут, тогда–то она и подыщет алмазу нового владельца. Пока же она уходит на длительные каникулы и оставит авантюрные приключения ради безмятежного валяния на пляже. А остров можно выбрать и по прибытии. В конце концов, у нее впереди вся жизнь, чтобы объехать все острова Таиланда.
Все было хорошо, все было просто замечательно. Если бы еще не этот придурок, перегородивший выход из улочки. Ну да ничего! Если надо будет, она взберется на крышу крутой тачки, станцует на ней победную тарантеллу и продолжит свой путь.
Фабиола была уже в трех шагах от машины, когда внезапно сбоку раздался щелчок зажигалки, и сноп искр осветил лицо прислонившегося к стене человека. На миг Фабиола остолбенела, убежденная, что это засада и ее поймали с поличным. Сердце пропустило удар, сжавшись в предчувствии катастрофы. Но мужчина не выглядел как полицейский. Он был одет в дорогой костюм, на запястье блеснул настоящий «Ролекс», да и стрижка была слишком безупречной, а лицо — аристократичным, чтобы принадлежать тупому копу. Успокоившись, Фабиола призывно улыбнулась. Незнакомец вполне мог принести дополнительные дивиденды в ее золотой запас, да и собой он был весьма хорош в отличие от ее последнего любовника, банкира с рыхлым пивным животиком и лошадиной челюстью, единственным достоинством которого был набитый золотыми слитками сейф.
Мужчина по–прежнему держал зажигалку горящей, но не пытался прикурить, а только молча разглядывал Фабиолу жадным, голодным взглядом. Этот взгляд окончательно убедил девушку в том, что перед ней не переодетый коп. Так смотрят не на подозреваемую, не на преступницу, не на воровку, так смотрят на красивую и желанную женщину.
— Иди сюда, — тихо позвал он ее по–французски, затушив зажигалку, и она порывисто шагнула в тень, повинуясь его зовущему взгляду.
От него пахло дорогими духами, красивой жизнью и счастьем. Фабиола никогда не задумывалась, как пахнет счастье, но теперь она впервые ощутила его аромат — тягучий, сладкий, пьянящий. Он властно притянул ее к себе, и его руки на удивление равнодушно скользнули по ее обтянутым джинсами крутым бедрам и упругой груди под тонкой тканью майки. Зато они надолго задержались на шее, лаская ее так, словно она была нежнейшим шелком, и Фабиола чуть не замурлыкала от удовольствия, доверившись этим сильным ласковым пальцам. Мужчина наклонился к ней, и по ее шее затанцевал холодок его мятного дыхания. Захотелось поймать его губами, вдохнуть всей грудью, но, когда она потянулась к нему с поцелуем, незнакомец мягко отвернулся, продолжив выписывать морозные узоры на ее шее. Что ж, если ему так нравится…
Фабиола совершенно разомлела от его утонченных ласк. Рюкзачок с драгоценным камнем выпал из дрожащих пальцев, тело льнуло к мужчине, моля о любви. Внезапно мятное дыхание сгустилось до холода металла и кольнуло кожу сталью, вернув в тот далекий, но такой памятный вечер, когда она, удирая от хулиганов, попала в квартиру мужчины с пожаром в глазах. Скосив глаза, Фабиола увидела приставленное к горлу острие кинжала.
— Что ты делаешь? — пролепетала она, от страха переходя на родной язык.
— Заткнись, — прорычал мужчина уже по–испански и по–звериному оскалился.
Маньяк, в панике поняла Фабиола. Он ее сейчас прирежет, этот стильный холеный красавец в дорогом пиджаке от Армани, и глазом не моргнет. И не будет уже ни закатов на морском берегу, ни шепота волн, ни гамака между пальмами, ни сока из кокоса…
