Воин вытаращился на командира.
– Как это не было? Тогда на что это нам указал сотник на пограничной заставе, а? И что тогда топтали копыта коней день за днем?
– Не было никакой дороги, – упрямо повторил Сержинар Роун, – и сотник ошибался. Это не дорога – ведь протаптывать ее было некому, это просто длинная проплешина, на которой нет деревьев. Скажи, Кор, тебя не удивляло, что в такой дали от человеческих селений, даже застав, находится удобный конный путь?
– Да, удивляло, но эту дорогу могла протоптать та ужасная сила, о которой говорил Тилл…
– Я считаю, что не могла. Объясню: мы не видели следов на «дороге», так? Так. Зачем же им, спрашивается, тогда протаптывать дорогу, если они свободно могут обходиться и без нее? Нет, это просто более широкое пространство между деревьями, которое, кстати, очень петляло, заметил? (Воин кивнул.) А повороты на дороге делают, если невозможно проделать прямой путь. Наши петли в пути нас куда-то приводили? Нет.
– Да, это все понятно, но что же получается? Мы просто шли по пространству, которое может зарасти густым лесом? Хранн Великий, да куда же мы идем?
– В ловушку. Будь все время настороже и предупреди ребят, только тихо… – Сержи многозначительно кивнул в сторону мага природы, стоявшего чуть поодаль и что-то негромко говорившего одному из своих собратьев-ученых.
– Да, дела, – почесал лысый затылок Кор. – Так что, вашство, переходим ручей и двигаемся дальше?
– Само собой! – вместо командира ответил вездесущий Ринен, взбираясь на своего жеребца. Услышал-таки, лис треклятый! – А вы что, против, господа воители?
Не дожидаясь ответа, маг направил коня вперед, прямо через водоем, у которого они только что останавливались. Разозленный дух источника еще долго кричал ему вслед со дна ругательства на своем языке, но для людей его голос был лишь стуком копыт их коней.
– Признаюсь тебе, вашство: меня трясет, когда я начинаю задумываться о тех следах и об этой никуда не ведущей дороге, да и о предостережении покойного эвива, – напоследок прошептал Кор командиру и отъехал к товарищам.
– И меня тоже, – скорее самому себе, чем подчиненному, ответил Сержи…
Три десятка всадников продолжали медленно двигаться на север, а вокруг стояла все та же картина: высокие стройные сосны расставляли широкие лапы, землю почти полностью закрывал ковер из опавшей хвои и больших коричневых шишек. Иногда с ветки на ветку прыгали рыжие белки, распушив красивые хвосты. Из-за деревьев подчас выглядывали ветвистые оленьи рога, но их носители тут же убегали, стоило кому-то из людей приблизиться, – все-таки присутствие охотника не чуждо для этих пугливых зверей, отметил про себя Роун.
– Эй, Ник, а ну-ка, влезь на дерево, погляди: есть где прогалины?
Караван остановился. Один из солдат удачи скинул наземь кольчугу, пояс с мечом и кинжалом и, ловко цепляясь за длинные ветви, начал лезть на высокую сосну. Быстро затерялся среди хвои, и лишь жалобный скрип веток, прогибающихся под тяжелым наемником, показывал, где тот находится. Вскоре человек влез на самую вершину дерева.
– Ну, что там, Ник?! – крикнул Сержи.
– Ничего, вашство! – громко отозвался воин. – На многие мили вокруг лежит сплошной лес. Ничего не видать, кроме зеленого моря, которое вдали теряется в тумане.
Маг природы нахмурился, о чем-то раздумывая. Сержи бросил на него взгляд и тут же про себя улыбнулся. Что, не нашел того, что искал, магик?
– Ладно, слазь, будем решать, что дальше делать, – повеселевшим голосом крикнул командир.
– Постой, вашство! – воскликнул вдруг воин.
От этого восклицания Сержи замер. Он вдруг почувствовал, как мерзкий страх заструился из пор, а все его опасения ехидно захихикали. Маг, вторя им, усмехнулся.
– Чего там? – спросил он.
– Не могу никак понять… Вроде бы крыша… Какой-то деревянный дом или башня…
– Направление?
– Северо-запад! Повезло, что мы на холме, иначе бы не заметил. Две-три мили напрямик!
– Ладно, слазь!.. – хмуро велел командир, проклиная себя, что послал на дерево самого глазастого из своих ребят. Нужно было заставить лезть одноглазого Тина.
Вскоре они вышли к большому сооружению, затерянному в глубине леса. Весь холм порос цветущим чертополохом. От колючих сиреневых цветов не было никакого спасу.
И ученые, и воины, онемев, смотрели на высокое изящное сооружение незнакомой архитектуры. Возвышающиеся над верхушками сосен покатые настилы крыши, подобно деревянным крыльям, расходились у самой кровли. Они были обвиты плющом и ветвями деревьев. За множеством овальных окон, расположенных высоко над землей, клубился сизый туман. Здесь было очень тихо. Грозный лес застыл в почтительном молчании, боясь нарушить покой этого спящего волшебным сном места.
– Ну что, идем? – вышел из задумчивости маг Ринен.
– Что-то не хочется, – неуверенно ответил Сержи, поглядывая на заросли чертополоха. – Вы заметили, мэтр, какая здесь царит тишина? Так пусть она таковой и остается.
– Вот только не нужно трусить, Роун. Похоже, здесь никого не было очень давно. Видишь, нет ни малейшего следа ни возле стен, ни у входа. Это место выглядит тысячелетним и скорее всего давно заброшено.
Экспедиция подошла к строению. Возле врат, подобно двум стражам, возвышались два больших кристалла мутного синего цвета. Они были такими древними, что глубоко вросли в землю и поросли мхом. Высокие створки дверей украшала золотистая вязь, очень гармонично сочетавшаяся с цветом старого сероватого дерева.
– Давай, ребята, навались! – приказал маг.
Наемники уперли плечи в массивные створки. Толкнули раз-другой – дверь не поддавалась.
– А ну-ка, стой! – внезапно приказал командир, словно придя к какому-то решению. – Всем отойти от двери!
– Что это значит, Роун? – яростно спросил Ринен.
– Это значит, господин королевский маг, что я и мои ребята с места не тронемся, пока не услышим правду.
– Какую правду?
– О цели этой экспедиции.
– О чем он говорит, господин Ринен? – удивленно спросил у мага природы один из его товарищей в науке, молодой волшебник воздушной стихии.
– Умолкни, Хай! – одернул его старик и, зло сощурив глаза, повернулся к Сержи. – А ты, оказывается, не так глуп, как я полагал, наемник.
– Какова цель экспедиции? – повторил Сержи и положил руку на эфес.
– Найти как раз этот храм.
Ученые начали недоуменно переглядываться.
– Так это – храм?
– Да, посвященный богине.
– Алигенте? Синене? Аллайан? – поочередно высказали свои предположения наемники.
– Тиене, – последовал ответ.
– Мертвой богине?[6] Но чей это храм?
