Высокие обрывистые скалы в этом месте ограждали две совмещающиеся долины. Сверху они напоминали песочные часы с широким перешейком. Одна долина была намертво ограничена отвесными скалами со всех сторон, попасть в нее можно было только через ту самую часовую горловину из второй долины, где и расположились орденцы, рвущиеся на Грозовой перевал, и дальше, к замку Лангранов.
Эльфы и оборотни-коты с одной стороны, и орки с остальными оборотнями с другой, должны "сомкнуть крылья" на нашей стоянке, и уже вместе с нами, сужая дуговую линию фронта, выдавить орденцев в ту самую, закрытую долину.
Вставал только один вопрос. Как не допустить того, чтобы часть светляков отсиделась по пещерам или ушла еле заметными горными тропами, чтобы уже через несколько сотен лет заново раскидать паутину своих гнилых интриг. Кто-то должен был встречать светляков в той долине, должен был стать той наковальней, на которую должен был упасть орден, чтобы молот союзных армий раздавил эту мерзость навсегда. Кому-то предстояло встать между шансом на спасение и армией ордена.
И этими безумцами, смертниками, камикадзе стали наги. Это был их выбор. Артез Ядовитый обнародовал всё, что мы смогли выяснить, ни скрывая даже предположений, приводя примеры из истории котов. В ответ, наги потребовали от правителя вернуть те самые благовония из храма народу. Сотни и тысячи нагов шли на пункты сбора. Многие из них уже потеряли даже надежду на счастье, многие понимали, что прощения не будет, и их женщины их ни примут, не смотря ни на клятвы, ни на ритуалы. Многие шли мстить. За слёзы и раны, за то, что уже не вернуть и не исправить.
Небольшими отрядами под скрывающими амулетами, наги просачивались в место будущего боя по горным тропам и сквозным пещерам, готовясь только к одному решающему бою. Поэтому ни одного нападения на орденцев в тех местах не было. Чего стоило нагам пропускать мимо себя разъезды и патрули орденцев, известно только богам.
А завтра должны были подтянуться и основные силы, уже сегодня ночью начались переходы. С основной частью, только уже порталами, к своим воинам прибудет и Артез с советом старейшин кланов в полном составе.
А значит и юная Иллая Синяя со своим защитником Маркидом, бывшего оруженосца верховного магистра. Так что завтра Маркус даже сам сможет узнать одной он крови с магистром или нет. Только вот, самого магистра звали Матэо. Все имена начинались на одну и ту же букву. Может и совпадение, а может, и нет.
А вот новости про неизвестный артефакт были очень неприятным сюрпризом. Хуже всего было то, что мы не могли предположить какое действие должен иметь этот артефакт. Учитывая, что его напитали эманациями смерти, действие должно быть разрушительным. Единственное, до чего мы додумались, что с его помощью хотели уничтожить как можно больше воинов противника, даже если магистр и рассчитывал, что столкнется только с нагами.
Маркус тут нам помочь не мог, о планах магистра он вообще ничего не знал, так как особым доверием отмечен не был. Зато с численностью, расположением горных долин, и с четким планом цитадели он нам здорово помог. Заодно и сообщив, что в цитадели остались совсем мальчишки и ветераны, непригодные к бою, а все воины от тринадцати и пока могут сражаться, включая всех магистров, здесь. По численности обе армии были почти равны. На стороне ордена неизвестный артефакт, у нас маги.
Уже засыпая, попробовала подшутить над мамой, что пристроила дочку добровольцам в мужья, а сама на свидание с новым кавалером.
— Какой ещё кавалер? Да я старше этого их, самого престарелого! И потом, мастер меча ордена и Лангран?! — Но игривый тон быстро сменился серьёзным. — Не забывай, ребёнок, я с тобой, только пока есть сила в родовых артефактах, как только она иссякнет, я исчезну. Какие уж тут мужья.
Засыпала я с мыслью, что как только окончим разбираться с орденом, надо будет что-то придумать. Привлечь к решению этой задачи Кайла. Неужели знаний Алиены и Огненного, Хранителя да и всей библиотеки Лангранов не хватит, чтобы придумать, как вернуть тело одной отчаянной некромантке?
Прибывший с нагами Маркид возможному родству очень обрадовался. Всё-таки предательство деда, которого он считал единственным родственником, парня сильно задело. Но результатов ритуала, который я проводила под чутким контролем мамы, он ждал с явной надеждой. И когда родство крови подтвердилось, радостно кинулся к любимому наставнику. Как только первые восторги утихли, Маркид подвёл Маркуса к заметно волнующейся Иллае и нагло ухмыляющемуся Наарлейду.
— Я хотел бы тебе представить мою невесту и будущую жену, Иллаю, и побратима, Наарлейда Леройд, также супруга Иллаи в будущем. — Парень сжал вторую ладошку змейки в жесте поддержки.
— Я, к моему сожалению, познакомить тебя со своей невестой не могу. — Улыбнулся в ответ мастер меча. — Она у меня натура романтичная, все больше по полям гуляет и неплохо владеет клинком.
— Простите, мама очень интересуется, а ваша невеста, согласна с тем, что она невеста, да ещё и ваша? — Съязвила я.
— А если сладкого лишу, а пару лишних тренировок с мечом назначу? — Ответил, вполне себе освоившийся, Маркус.
После того, как он услышал, что орденцев будут проверять Иллая, со своим даром, и Ярл, а подстраховывать ещё и Кайл, известный не только, как маг огненной стихии, но и как менталист, настроение у него заметно улучшилось. Всё-таки не все в ордене знали или догадывались о том, что происходит за стенами цитадели. И судьба таких орденцев, его сильно заботила.
— Не переживай, ребёнок! — Кайл обратился ко мне так, как делала это мама. — Придёшь к папе Кайлу, специально для тебя раздобуду пару-тройку пирожных.
— Держи, — Торрен подсунул мне кружку с отваром и кусок сладкого пирога. — А то пока от этих воспитателей дождешься…
— Куда? Она даже поесть ещё не успела. — Встрял Дарден, явно намереваясь отобрать вкуснятину.
Но прямо перед ним словно случайно оказался Зубейр, загораживая ему дорогу, а вокруг меня обвился Раф, пряча ото всех за кольцами своего хвоста и попутно ещё подсовывая пару любимых мною яблок. Эту радостную перепалку нарушил Хранитель своим тихим: "Пора".
Мы не собирались рисковать и испытывать судьбу, надеясь, что вот точно все мародёры и орденцы, шатающиеся по окрестностям, выловлены и согнаны в одно место, и в наш собственный лагерь не ворвётся один из таких незамеченных нами отрядов, пока мы в бою. Всех женщин и детей отправляли вместе с раненными в замок, в безопасность. Даже Иллаю, хотя та и напирала на свой статус главы клана. В лагере остались только настоятельница, я и Маисса.
Разговоры смолкали сами собой. Воины защелкивали карабины ремней, на которых держались доспехи, благо всё серое воинство Хранитель обеспечил на полную. На хвостах появлялись специальные, с зазубренными гранями, наконечники, превращавшие хвост в дополнительное и очень сильное оружие.
Предрассветная дымка становилась все прозрачнее, скоро уже должно взойти солнце. А мы выдвигались на позиции, которые зачищались ещё ночью. Сегодня ни один орденец не вернулся из своих разъездов и обходов. Караульных сняли почти одномоментно, тревогу поднять никто не успел.
С первыми лучами солнца, орденцев разбудил рев боевых рогов и хлобыстание на ветру штандартов. Но надо отдать должное, паники не было. Недолгая, деловая суета, и первые три шеренги воинов ордена уже перекрыли границу орденского лагеря. С удивлением узнала в этом построении македонские фаланги. К тому же, пока мы рассматривали лагерь, полностью готовых к бою шеренг стало семь.
— Железный строй… — выдохнул кто- то из нагов.
— Вскрыть этот щит нам дорого встанет. — Добавил кто-то ещё
— Подождите! — Я судорожно вспоминала школьную программу по истории древнего мира.
Мне повезло. Наш учитель свой предмет знал, любил и буквально заражал интересом к этой дисциплине. Он разъяснял нам такие тонкости, умел так преподнести самый нудный материал, что что-то заучивать было просто ни к чему. Но я и сейчас помнила разницу в захоронениях фараонов в зависимости от династии.
