– Тетя, я все понимаю, но выстроить сейчас портал никак не могу. У меня совсем сил не осталось.
И я подробно сообщила тете, на что я эти силы потратила.
– Понятно,– сказала тетя.– Что ж, тогда я сама выстрою портал и заберу тебя. Жди. Я скоро.
– Тетя, это же сон?
– Какой сон, опомнись!
И тут я поняла, что действительно не сплю, а сижу в постели, прижимая ладонь к раненому боку. Голова у меня кружилась так, что казалось – все вокруг меня пустилось в пляс. Головокружение – первый признак энергетического истощения, это любой ведьме известно.
Тут в моей комнате запахло озоном, резко упала температура, и в воздухе соткалось подобие сияющего овала. Из этого овала выступила моя тетя и протянула мне руку:
– Юля, скорей!
– Я даже ни с кем не попрощалась...
– На это нет времени. Руку давай!
Я встала с постели, подошла к радужно мерцавшему овалу и протянула тете руку.
И меня словно всосало пылесосом.
Я привалилась к тетиному плечу и так прошла через портал. Несколько секунд растянулись для меня в вечность.
Но и эти секунды закончились, и я оказалась в магической комнате нашего с тетей дома в Оро.
Я без сил опустилась на пол. Тетя тревожно наклонилась ко мне:
– Что с тобой, милая?
– Я вам уже говорила, что ранена.
– Дай-ка я осмотрю твою рану.
Мы перешли в мою спальню – точнее, тете пришлось почти волочить меня на себе,– где Анна Николаевна уложила меня на кровать и сняла с раны повязку.
– Святая Вальпурга! – только и сказала она.
Ухищрения Май и ее служанок не помогли – края раны почернели и гноились. К тому же от раны шел отвратительный запах. А боль была такая, что мне казалось – я поминутно теряю сознание.
– Юля, сохраняй спокойствие,– велела тетя.– Сейчас я займусь твоей раной. Наговорный клинок?
– Да. Кстати, спасибо за кинжал и амулет. Они очень помогли.
– Не стоит благодарности. А теперь погоди минутку – я смотаюсь в свою магическую комнату за лекарством.
– Ага,– сказала я и провалилась в беспамятство боли.
Я не помню, что и как делала моя тетя, помню только, что боль унялась и я снова заснула. На этот раз без всяких снов. Только откуда-то издалека доносился голос тети, читающей молитвы святой Ва- льпурге.
Было прекрасное солнечное утро, когда я проснулась. Боли в боку словно и не было. А рядом со своей кроватью я обнаружила кресло, в котором дремала Анна Николаевна. Видимо, она всю ночь сражалась за мою жизнь и здоровье.
Я встала. Тело еще было вялым, но я чувствовала, как в него потихоньку возвращается колдовская сила. Об этом свидетельствовал и мой хвост. Когда я была полностью обессилена, он висел тряпка тряпкой, просто шнурок какой-то. А когда сил было достаточно, я могла этим хвостом подковы гнуть.
Сейчас, конечно, было не до подков, но и так неплохо. Я спустилась на кухню и поставила чайник на плиту. А пока он грелся, отправилась умываться и вообще приводить себя в порядок. Только повязку не трогала. Потом переоделась в легкое домашнее платье.
Чайник вскипел, я заварила чай и достала из буфета коробку с пирожными. Есть мне хотелось так, что я была готова слопать холодильник целиком. Впрочем, это даже хорошо: голод – признак улучшения моего состояния.
Я как раз сооружала себе гигантский бутерброд, когда в кухню спустилась тетя.
– Доброе утро, Анна Николаевна! Вы меня просто оживили. Спасибо вам и да благословит вас святая Вальпурга!
– Меня не за что благодарить, милая. Я просто переживала за тебя. Ты была на грани истощения. Это ужасно. А с учетом того, что нам предстоит, это еще ужаснее.
Я торопливо надкусила бутерброд:
– А что нам предстоит?
– Ты прожуй сначала. Прожевала? Нам предстоит магия времени.
Я отложила бутерброд и почти с испугом уставилась на тетю:
– Анна Николаевна, но ведь магия времени практически запрещена. Только муж Дарьи Белинской, его светлость Рупрехт Никомидийский, может дать разрешение на использование этой магии.
– С Герцогом я договорилась,– сказала тетя.– Мы должны провести этот обряд. Мы должны углубиться в прошлое.
– Зачем?
– Разве я тебе не говорила? Бриз, Антония и все гости на их свадьбе заморожены.
– Скорее, заторможены.
– Именно! Такого быть не должно. Мы сделаем так: я буду держать для тебя временной коридор, а ты проникнешь на свадьбу до того, как на ней появится колдунья.
– Понятно. Значит, времени на отдых и еду у меня снова нет.
– Наоборот. До ночи ты совершенно свободна. Можешь есть и отлеживать бока сколько душе угодно. Кстати, как бок?
– Не болит.
– После завтрака я его еще осмотрю и поменяю повязку. Как у тебя с энергией?
Я покрутила в воздухе хвостом:
– Вроде восстанавливается.
– Я сделаю для тебя специальный напиток, помогающий привлечь позитивную энергию. Тебе это просто необходимо.
– Ой, не надо! Я знаю, что входит в этот напиток – свекла и морковная ботва. Я не могу такое пить! Честно!
– Юля, не капризничай. Другая ведьма на твоем месте согласилась бы осиновую кору глодать, лишь бы только вернуть себе силы.
– Ох, ну хорошо, хорошо. Я больше не буду спорить. Я полностью подчиняюсь вам, дорогая тетушка.
– Так-то оно лучше,– величаво кивнула Анна Николаевна.
38
Весь день я провела в блаженном покое. Я выпила энергетический коктейль и почувствовала, как возвращаются ко мне силы. Тетя еще два раза перевязала мою рану – слава святой Вальпурге, рана побледнела и выглядела уже не так устрашающе. Большею частью я сидела в саду, в шезлонге, подставив лицо солнцу – ведь от солнца ведьмы тоже берут силы и крепость.
Я как раз дочитывала новый роман Коэльо, когда ко мне вышла из дома тетя. В руках она держала мой мобильный, разрывавшийся от звона.
– Тебя кто-то решил побеспокоить,– сказала тетя.
– Спасибо.– Я взяла из ее рук мобильный и, включив громкую связь, отозвалась:
– Алло?
– Юля Ветрова? – О нет, снова этот проклятый шипящий и скользкий голос! – Юля Ветрова, мы опередили тебя.
– Кто вы такие? – крикнула я,– Представьтесь, пожалуйста.
– Мы маги. Сильные маги. А тебе ни к чему знать, какую ветвь магии мы представляем. Лучше узнай, что мы сделали с твоими друзьями на их свадьбе.
– Что?
– Они теперь как восковые фигуры. Красивые и вечно молодые восковые фигуры.
– Так это вы сделали? Мерзавцы!
– Без оскорблений, Юля. Мы просто делаем то, что нужно. Мы отправили тебя в Суэц, потому что нам было нужно твое отсутствие на свадьбе. Ты лишняя, Юля Ветрова. Ты везде лишняя. И ты очень слабая.
– Ах слабая?! Но это я победила в поединке с... Доном.
– Дон нам больше не был нужен, поэтому силы оставили его. Это были поддавки.
– Нет! Нет!
– Он дрался, как обычный маг, не как наш.
– А вы, значит, необычные маги?
– Мы уже почти не маги. Мы уже почти боги. И не тебе знать о том, что мы умеем.
– Как же! Теперь я знаю, что вы умеете: сбрасывать со счетов ненужных вам и строить пакости. Объясните хоть, почему вам так не понравилась свадьба Бриза и Тони!
– Хорошо. Мы объясним. Не потому, что это важно для тебя, а потому, что мы просто так хотим.
– Ну и...
– Бриз и Антония – дети могущественных ведьм. Теперь, когда молодожены и гости оставлены в Не-Смерти, эти ведьмы бессильны. И значит, перевес за магами. Кому, как не тебе, Юля Ветрова, знать, что и ведьмы и маги ищут верховной власти. Почти божественной. И тот, кто исхитрится выбить почву из-под ног соперника,– тот и будет заправлять миром. До сей поры миром заправляли ведьмы. Это время ушло. Теперь маги обладают властью Четырех Ветров. Тебе все понятно, Юля Ветрова?
– Да, мне понятно то, что вы недоумки. На свете еще есть я, и я объявляю вам войну, понятно?
– Наивная. Думаешь, убила бывшего любовника и потому исполнилась силы. Да мы тебя растопчем и не заметим.
